Фантастика 2026-98 - Андрей Волковский

я пока не получил, но по прежнему опыту прикинуть могу, что, скорее всего, будет официальный следователь. Какой-нибудь болван, зато с полномочиями. Ты ему не завидуй — на самом деле ваша волшебная братия с собственной охранкой сотрудничает крайне неохотно, так что преимущество у него чисто номинальное. И как будто бы независимо от него будем мы. Будет считаться, что нас наняло некое частное лицо, заинтересованное в деле. Какой-нибудь родственник пострадавшей или еще кто-нибудь. Господин Марк и его заместители умеют находить и убеждать заинтересованных лиц. Вот под прикрытием этого лица мы и будем задавать все вопросы. Если повезет, то нам будут на них отвечать гораздо охотнее, чем нашему официальному коллеге.

— Но, например, шкатулку, которая отравила Линта, не покажут.

— Если сумеешь обосновать, что отравление студента относится к основному делу, то покажут. Просто неофициально. Тут вообще многое зависит от удачи. Тот парень, что будет формально вести расследование, может оказаться вообще в нем не заинтересован, тогда его на каждую мелочь придется чуть ли не пинками сподвигать. Или, наоборот, некоторых задевает роль подставного следователя, и они бросаются доказывать себе и начальству, что они-де круче агентов Тайной Службы. Тогда он будет замалчивать то, что раскопает сам, чтобы раскрыть дело первым. Придется из него информацию вытрясать, почти как из злодея, только без рукоприкладства.

— А без таких сложностей нельзя?

— Не, — развел руками Пит. — С людьми без сложностей не бывает.

Он посмотрел на скисшего волшебника и добавил:

— Иногда все-таки везет, и попадаются вполне нормальные ребята. Так что не теряйте надежды, ваше мажество!

— И много ты их встречал? — буркнул волшебник.

— Не очень, — признал Пит. — Впрочем, по правде говоря, я и сам еще так не работал. Только на подхвате бывал. Зато и у тех, кто с официальной бумажкой, и у тех, кто в тени. Так что насмотрелся на этот процесс с обеих сторон. Давай раньше времени не будем впадать в тоску?

— А когда уже можно будет? — усмехнулся Скай.

— Ну, этот момент мы точно не пропустим, — рассмеялся Пит и тут же снова стал серьезен. — А нашего страдальца не пора показывать лекарю? Может, его надо в больницу отвезти?

— Пока вроде бы опасности нет, — успокоил его Скай. — Была бы, я бы не про дела с тобой разговаривал, а уже бы целителя сюда волок. Надеюсь, зелье подействует как надо. Тогда через три дня Ник уже будет на ногах. Самое сложное — заставить его чинно пролежать эти три дня, а не вскочить, едва только силы начнут возвращаться.

— Заставлю, — пообещал Пит.

— И как у тебя это получается? Почему тебя он слушается, а со мной препирается по поводу и без? — посетовал волшебник. — Я же ему зла не желаю! И даже волшебству его учу.

— Ты добрый, а я, ежели чего, и подзатыльник отвесить могу, — рассмеялся Пит. — Если серьезно, то ты его жалеешь. Ему это не нравится.

— А ты разве его не жалеешь? Он же столько пережил.

— Говорю же, добрый ты, — обвинительно ткнул в волшебника пальцем Пит. — А я не очень. Ну да, он пережил такое, что нам и в кошмарах не привидится. Но, заметь, пережил. Дальше живет. Нам помогать старается, волшебству вон учится. Я его за это уважаю, без всяких поблажек. Потому что вот так вот пережить, не сломаться — это совсем не каждому под силу. Он сильный, и я это признаю, но при этом я старше и намного опытнее. Так что потакать ему во всем тоже не собираюсь. На том и сходимся.

— Получается, я его своей жалостью унижаю? — расстроился Скай.

— И при этом балуешь, — согласился Пит. — Ты только не старайся сейчас срочно поменять свое к нему отношение, ладно? Пусть все выстраивается постепенно.

— Ну и что мне в таком случае делать?

— Ничего, — улыбнулся Пит. — На самом деле, он к тебе очень привязан и прекрасно понимает, что ты не хочешь его обидеть. Ты уже все равно будешь думать над моими словами, значит, жалеть его станешь меньше. Видишь, какой я коварный интриган?

— Настоящий тайный агент, — согласился волшебник.

На душе немного полегчало.

К обеду Ник проснулся. Выглядел он не намного лучше ходячего покойника, но еды попросил нормальной и умял целую тарелку куриного супа. Запил малиновым морсом с очередной порцией лекарства и снова уснул. Скай оставил Пита присматривать за больным, а сам отправился в Гильдию.

Господин Рисс расхаживал из угла в угол. Просторный кабинет был рослому плечистому волшебнику как будто бы немного тесноват.

— Да уж, откопали вы нам задачку, коллега, — Рисс обвиняюще посмотрел на Ская.

Тот молчал. По пути он как раз пообещал себе оставаться вежливым и не злиться на «больших дядь», как бы скверно они себя ни вели. Нервы, в конце концов, из казны не компенсируют.

Рисс помолчал, вздохнул и продолжил уже другим тоном:

— Покойный волшебник, чьи останки вы обнаружили в подземелье, был моим коллегой сто с лишним лет назад. Расследовал исчезновение молодой волшебницы, выпускницы ларежской Школы, но и сам пропал. После него это дело еще какое-то время велось, пока не ушло в архив как бесперспективное. Портрет этой волшебницы, то есть ее призрак, конечно, нашелся в этом проклятущем музее. И он там не последний из старых. Но это — дела дней давно минувших. А нынешнего гаденыша вы, похоже, все-таки спугнули.

Скай с самым виноватым видом потупился, хотя своей вины и не чувствовал. Они со своей стороны сделали все возможное, чтобы злодей не понял, что его выставку кто-то посетил, но если тот пришел в подземелье вскоре после кладоискателей, то мог почувствовать остатки силы от Очищающего заклятья. Ну или просто заметил, что пыли на полу скопилось слишком мало. Говорить об этом сейчас Риссу никакого смысла не было.

— Вы, кстати, не обсчитались? Полотен точно было пятьдесят одно?

— Точно, — уверенно ответил Скай. — Мы их не только посчитали, но и отметили на плане комнаты.

— Да, на вашем плане пятьдесят одно. А на стенах их пятьдесят. Пропало одно из свежих.

— Последнее?

Рисс посмотрел на молодого волшебника с непонятным выражением. То ли одобрил вопрос, то ли наоборот, счел его глупым.

— Нет, не последнее. По крайней мере, не до конца просохшая картина там есть, а на стене имеется промежуток между двух картин вот здесь, — он взял со стола план, новый, не тот, что рисовал Линт. — Похоже, что не хватает картины восьмилетней давности. Если, конечно, он действительно рисовал по одной в год.

— А разве это не так? — удивился Скай. —