Дилетант - Александр Владимирович Забусов

Только наглый бомж не рассосался, словно саранча на юге. Совета не послушал. Он уже рядом. Он в непосредственной близости, которую было трудно ждать от представителя деклассированного элемента, от которого, кстати, алкоголем – ни свежим, ни застоявшимся вчерашним – совсем не пахнет, а пахнет опасностью. И видно уже, что краями с ним не разойдешься. Просто так в машину даже сесть не получится. Но место безлюдное, а значит, можно помочь господину в сторонке уединиться, полежать, подумать на досуге о своем поведении и смысле жизни.

Уж слишком близко от Рязанцева неизвестный лицом «подторговывал», а потому без лишних изысков, молниеносно нанес удар под нижнюю челюсть. Старался не покалечить, но всё же вырубить товарища качественно, а потому с ног свалил. Удивился, когда тот, сверкнув стоптанными каблуками видавших виды ботинок, встал на ноги без видимых последствий от принудительного сотрясения головного мозга, буром в атаку попёр, но уже не один, а с коллективом помощников, включавшим в себя и молодую девицу. Дальше размышлять Сергею некогда стало…

Много воды утекло с тех пор, как Игорь первый раз испил смертного. Всякого повидать довелось. Было время, когда с клановыми вампирами сталкивались. После подобных тесных общений с родственничками не все в гнездо вернулись, восьмерых кайтифов Носферату испить умудрились. Вот и сейчас что-то подобное происходило. Смертный, показавшийся сначала легкой добычей, во время захвата не стал паниковать, а умело держал дистанцию и чувствительно огрызался, при этом калечил соплеменников. В машину сесть ему не позволили. Лилька постаралась, сдержала. Это когда парень братьев раскидал. Он в отместку, походя, свернул ей шею, и если бы не подоспели с новой атакой, кто знает, может и голову оторвал бы. Закралось сомнение. Человек ли это? Сила. Мощь. Умения. Скорость, подобная древним или полукровкам в восьмом поколении, которым для пропитания и кровь-то не всегда нужна, могут человеческой пищей обходиться, хотя и кровью не побрезгуют, если сама на зуб течь будет.

Когда головой Когана пробил стекло в машине, а самого кошерного кайтифа сунул внутрь, ударом локтя, как боевым клевцом, переломав тому позвоночник и надолго выведя из строя, подумал – все! Не сладить с жертвой… Остальные представители гнезда подоспели в самый критический момент.

Заметив пополнение в рядах противника, парень дурью маяться не стал, отступил.

«Умный! Да?»

Метнулся к кладбищу и в мгновение ока скрылся за решеткой ворот, исчез в скорбном пределе людского тлена, увенчанного крестами и памятниками. И что теперь? Войти? Так нет! Табу! Святая земля, на ее территории каменная церковь гарантом несокрушимости правил выступает.

Самый молодой в гнезде, Стас, не навоевался видно. Не успел вовремя на помощь прийти, в избытке чувств и голода, стоя перед калиткой, обернулся, окликнул вопросом:

– Догоним? А, Игорь?

Скорей в шутку, чем всерьез ответил недоумку:

– Давай! Ты первый, мы – следом.

Дурачок повелся, вошел за ограду, оказавшись в пределах кладбища, и снова оглянулся на остальных. Лицо хоть и пышет злобой, но не наполнено болью. Что происходит? Святая земля стала обычной?

Решение принял быстро. Распорядился:

– Все за мной. Догнать!..

Рязанцев уже понял, кому он так приглянулся. Когда численный перевес у нежити проявился, не имея при себе даже серебряного гвоздя, решил ретироваться на освященной земле.

Сначала показалось, что вампиры преследовать не посмеют. Отдышался, ревизию организма провел. Ничего страшного, как говорится, отделался легким испугом.

Как часто бывает в южных широтах России, кладбище пестрело буйной растительностью, проявляя разные краски: от яркой зелени до оранжевого цвета граммофончиков, плетями заплетавших оградки и памятники. В эти краски добавляли свою лепту густые заросли дикой ежевики. По центральной, отсыпанной красноватой щебенкой дороге, глазея на вычурные памятники на могилах умершей городской элиты прошлых лет, поплелся подальше от ворот. Понадеялся на то, что городской погост имеет второй выход. Встречаться с клыкастыми совсем не хотелось. Распоясались они конкретно, и в другой раз стоило бы прийти и территорию почистить, но в этой реальности у него совсем другие проблемы решать пристало, а ко всему прочему он еще и безоружен. Вот только завтра снова придется на то же место приходить, ожидать связника. А ведь, если разобраться, настала пора самому принцессу искать. Время поджимает.

Центральный проход подвел прямо к церквушке. Кладбищенский храм был возведен в так называемом русско-византийском стиле. Даже в низких воротах церкви, больше походивших на калитку, проглядывались коренастые, приземистые очертания церковных строений севера, но в то же время своей «одноглавостью» она как бы стремилась ввысь.

На подходе к церквушке увидел, как одинокая фигура человека, преодолев три крутые ступени, вышла из тени крыльцового козырька. По одежде сразу ясно стало, Сергея встречает служивый человек – церковник данной реальности. Он тоже вглядывался в пришлого.

Подошел. Первым поздоровался:

– Здравствуйте, батюшка.

– Здрав будь, сын мой. Я – иеромонах Савва. Могилку проведать пришел или за благословением?

Сергей озирнулся. Заметил мелькнувшую у недалекого памятника тень, понял, что у него и у служителя культа времени почти не осталось. Прежние законы Вселенной в этом Мире перестали распространяться на местную нежить. Торопливо повел разговор в предостерегающем русле:

– Простите, батюшка, за благословением потом обязательно подойду, а сейчас и вам и мне лучше поспешить в церкви укрыться.

Шагнул к священнику, подхватил под локоть, к церковной двери потащил. Иеромонах не упирался, но и не особо торопился. Спросил:

– От кого прятаться собрался, мирянин?

– Вампиры! Быстрей, батюшка!

Вот только после этой фразы священник, мужчина крепкий и основательный, на месте встал, будто ногами в землю врос. Во взгляде жалость проявилась. На Сергея, как на умалишенного посмотрел. Ну да, а чего он ждал от брата во Христе? Здесь, как и везде, отношения между верующими исполнены простоты и искренности, смиренной готовности при неправоте тотчас же просить прощения, но и любое отступление от заученных канонов не приветствуется.

До открытого проема церковного предела не более пяти шагов оставалось. Вот только местный батюшка ему не верил и в устоявшихся понятиях не сомневался. Исходя из этих классических доктрин, тут же решил переубедить отступника от правил:

– Храни нас, Господи! Ты ошибаешься, дитя неразумное. Ни один диавольский последыш не заступит черты святой земли.

Рязанцев невольно стрельнул взглядом за спину батюшки, обреченно проронил:

– Поздно, поп. Дьявольские отродья уже здесь. За спину глянь!

Иеромонах оглянулся. Семеро особей в человечьем обличье, ощерив хищный оскал и тем самым выказав правоту мирянина, торчали на границе неширокой площадки перед церковным фасадом, непонятно по какой причине не решаясь наброситься на двух людей.

«Куда они уставились?» – пронеслось в голове Сергея.

Скосил глаза, проследив