КОМСОМОЛ-3 - Ольга Войлошникова

— А давайте-ка разбавим наше общество?.. — понятно, что государь не разрешения спрашивал, а просто вежливо ставил в известность. — Илья Алексеевич, что ж вы в приёмной там томитесь, идите за стол.

Вошёл:

— Ваше императорское величество, Коршунов Илья по вашему приказанию…

— Садись уже! — махнул рукой император, и мне осталось только рядом с Соколом угнездиться. — Сколько лет уж герцог, а всё как казак рапортуешь, — проворчал император, сделал ещё одно движение ладонью, и рядом со столом возникли два человека.

Главу Пятого делопроизводства Главного управления Генерального штаба мне приходилось пару раз на больших государственных мероприятиях видеть, где я по вине титула должен был бывать. Фотографироваться, а также привлекать внимание широкой общественности (а тем паче журналистов и газетчиков) начальник армейских контрразведчиков очень не любил. Даже князь Витгенштейн, хоть и по долгу службы много переписывался с ним, но в живую видел тоже от силы раза три.

А вот благообразного старика, похоже, не знал не только я, но и почти никто (кроме, разве что, императрицы).

Первым отмер генерал-майор и склонился в поклоне. Старец тоже глубоко поклонился:

— Долгие лета, государь!

— Присаживайтесь, — нетерпеливо повёл рукой император всероссийский. И так это было сказано, что вновь прибывшие буквально упали на стулья.

— Итак, продолжим. — Император опёрся локтями о стол. — Мы собрали всех вас по причине наличия в нашей стране такой семьи — Коршуновых. Не надо глазами сверкать, Илья Алексеевич. В вашей безусловной преданности России и приносимой пользе стране никто не сомневается. Но сколько же от вас головной боли, ты бы знал! Что ты, что сынуля твой. Жив! Жив и, по последним данным, здоров. Успокойся. Воюет в меру своих сил. — Император усмехнулся. — Всем бы такие мерки. Доклад, теперь можно полный! — Он перевёл взгляд на вновь прибывшего генерал-майора. — И не вставай, Владимир Николаевич! Повырастали каланчи, шея болит на вас смотреть, голову задрав!

ЧАСТЬ ВТОРАЯ, НЕ СТОЛЬ ПУГАЮЩАЯ

Страх и ужас шпионов, Владимир Николаевич Лавров, открыл лежащую перед ним пухлую папку и слегка кашлянув начал:

— Итак. Аркадий Ильич Коршунов, до недавнего времени курсант Специального Иркутского военного училища. В связи с юношеским максимализмом и недовольством своей успеваемостью, под чужой фамилией, записался простым солдатом на фронт. Эта преамбула необходима, чтобы вы, дамы и господа, поняли, в какую неудобную позу он поставил Третье отделение и контрразведку своей выходкой. Мы его банально прое… хм… потеряли. И, собственно, до сих пор имеем о нём только косвенные сведения. Но! Подождите Илья Алексеевич, все вопросы потом. Ещё раз — но! Эти сведения таковы, что не будь это доклады о Коршунове, я бы… — он развёл руками, — не поверил, господа, ей-Богу, не поверил бы! Больше скажу, показательно наказал бы своих экспертов. Итак, после крушения «Императора Константина» и известных событий под Архлебовым, после того, как мы обнаружили его след в санитарном поезде под личиной Аркадия Дерунова, и его последующей пропажи вследствии… кхм… поспешности действий диакона Антипа из Печёрского монастыря, мы не имели о нём никаких сведений.

Генерал-майор потёр подбородок, словно припоминая:

— Далее, в ночь с четырнадцатого на пятнадцатое января параллельно, от наших немецких союзников и от наших войск на западном фронте поступили срочные радиограммы. Некто, представившийся Деруновым, вышел на связь с русским экспедиционным корпусом. Назвал идентификационные коды. И доложил, что имеет материальные доказательства искусственного происхождения истощения магического фона. Требовалась срочная эвакуация этих… улик. Но, вышеназванный Дерунов потребовал дирижабль для эвакуации трёхсот человек мирного населения. Угрожал невозможностью в ином случае предоставить подтверждающие материалы.

— Угрожал? — усмехнулся император.

— М-м-м… иными словами квалифицировать условие: данные будут переданы только если будут эвакуированы люди…

— Да, пожалуй. И что же дальше?

…

Глава 19

ИМПЕРАТОРСКИМ ИЗВОЛЕНИЕМ

ЗАСЕДАНИЕ ПРОДОЛЖАЕТСЯ

Москва, главное управление Третьего отделения

17 января 1948 года, около трёх часов ночи

Коршунов Илья Алексеевич

…

— Слава Богу, командование своевременно согласилось на эти требования. А то, зная нашу армейскую неповоротливость… — генерал-майор Лавров откашлялся. — Хотя в этот раз сработали оперативно, просто выше всяческих похвал. Далее. Связались и с Третьим отделением. На эвакуацию был выделен «Князь Святослав». В качестве сопровождающего мага огневой поддержки вызвалась Софья Иосифовна Витгенштейн. Удивлён, Пётр Петрович, что вы позволили супруге… Не было ведь никаких гарантий, что в точке эвакуации будет нормальный магический фон, а артефакты, как известно, разряжаются с поразительной скоростью.

Пётр хмуро улыбнулся.

— Попробовал бы я не согласиться…

— Ладно! — Лавров встряхнулся. — По прибытии на место эвакуации капитан дирижабля доложил, что на поверхности идёт бой. Благо новейшие средства наблюдения, коими оснащён «Князь Святослав», позволили уточнить, что неустановленная группа ведёт бой против сил «цивилизационного союза». Капитаном было принято решение вступить в бой — против цивилизаторов, естественно. По приземлению в дирижабль были в спешном порядке — и, что немаловажно, очень дисциплинированно — загружено триста восемьдесят шесть человек, среди которых оказалось значительное количество раненых. Заниматься опознаванием отдельных личностей в процессе погрузки на представлялось возможным. Имея в виду возможность в любой момент оказаться под влиянием безмагической бури и потерять все защитные контуры, немедленно по завершении погрузки дирижабль был экстренно поднят на максимальную высоту и благополучно направился в порт назначения, куда и прибыл в точном соответствии с расчётным временем. Уже в процессе первичной регистрации и распределения эвакуированных лиц было выяснено, что графа Коршунова на борту дирижабля нет.

Тут меня разом Петя с Иваном за плечи схватили:

— Тихо, тихо, Илюха, спокойно! — а Лавров укоряющее покачал головой:

— Я договорю, господин герцог! Я прекрасно понимаю ваши чувства! Но все вопросы и эмоции потом!

Тут только я понял, что в ажитации, видать, зубами синими свечу. Ядрёна колупайка, неудобно-то как! Я аккуратно отцепил руки друзей от себя и встал:

— Прошу прощения, ваши императорские величества, господа и дамы, это… нервы. — Эх, надо было перед заходом в кабинет пилюльку маманину принять. Успокоительную. Даром ли она мне целый кулёк отсыпала. — Позвольте мне…

Я думал, выставит меня государь за дверь, но он только отмахнулся:

— Пустое, Коршун! Сядь, слушаем.

Генерал-майор Лавров почти незаметно вздохнул и продолжил:

— Да-алее… Далее начинается очевидное-невероятное. Впрочем, как всегда, если в деле замешаны Коршуновы. Итак, по пунктам. В числе спасённых гражданских выделяется инициативная группа из нескольких человек, которые, по их заявлению, что подтверждено также