Хранитель Замка - Виктор Молотов

— Хороший вопрос, — сказал наконец Дрозд. — Давайте разбираться.

Он вернулся на два шага, встал напротив.

— Замок вроде вашего вполне мог снять слепок, — продолжил он. — Объект простоял пустым долгое время, потом в него вошёл наследник и начал обживаться. Для магического объекта это встряска. Он мог отпечатать нового хозяина в первую же ночь. Слепок ходит, копит силу, пробует способности. Ваше лицо у него из-за привязки.

Инспектор выдержал паузу, а потом спросил:

— Похоже на правду?

Вот и вся развилка. Он собрал версию сам из своего дара и своего опыта, а от меня требовалось одно слово.

Правда стоила дороже. Ночами на этой неделе я читал всё, что интернет знал про сущностей, и отдельно про тех, кого форумы называли переселенцами из других миров. Про то, как с ними обходятся, было написано везде плюс-минус одинаково, и ответ мне не понравился ни в одной редакции.

Я был мастером, которого призвали чинить замок. А меня могли забрать на эксперименты как какого-нибудь мага из другого мира. Хотя такие появлялись здесь разве что по слухам.

Но я не сомневался, что в случае вскрытия правды государству будет крайне интересно, что за мир, из которого я пришел, и что там происходит. А на эти вопросы отвечать я не хочу.

— Похоже, — сказал я, будто признавая что-то неприятное. — Очень похоже. Он появился после моей первой ночи здесь.

— Ну вот и сошлось, — кивнул Дрозд, всё ещё хмурый, и не было понятно, доволен он тем, что докопался до «истины», или нет.

Ложь я записал себе в пассив, с процентами. Такие кредиты всегда предъявляют к оплате в худший день.

Наверху, в окне четвёртого этажа, за отошедшей фанерой, качнулась тень и ушла вглубь коридора. Слушатель у нашей версии был, и рассказ ему не понравился.

Конрад и Мартин вышли из стены главного корпуса через пару секунд, и по одному их виду читался результат.

Рыцарь двигался рывками, меч он так и держал в руке, и синеватый свет по кромке ещё не погас. Мартин шёл следом, плотный по контуру, заметно меньше обычного, и топор нёс на плече.

— Догнали, — доложил Конрад, останавливаясь передо мной. — Дважды. Зажали в углу, у старой кладовой. Хранитель, меч проходит насквозь. Это оскорбительно.

— Топор его тоже не берёт, — сказал Мартин. — Плохой признак.

Он помолчал и добавил ровно:

— Лев в таких случаях говорил: не берёт лезвие, точи вопрос.

Я повернулся к инспектору. Раз уж личный состав вышел из стен при постороннем, прятать его обратно было поздно, и я разыграл единственную оставшуюся карту: официальную.

— Знакомьтесь, Игорь Викторович. Конрад, страж главного корпуса, семь веков непрерывной службы. Мартин, мастер при замке, на нём сад и хозяйственная часть. Личный состав объекта, — выложил я.

И действие вышло сильнее любых слов. Призраки сразу поняли, что их видят, и игра закончена.

Конрад развернул плечи, и наплечники поздней готики поднялись на высоту, которую я бы назвал парадной. Мартин выпрямился, взял топор к ноге и сделался плотнее на глазах.

Их представили живому чиновнику по всей форме, как людей при должности. Судя по реакции, последний раз такое случалось с ними при жизни.

— Господа, — Дрозд наклонил голову, и вышло это у него без тени насмешки.

— Свободны, — сказал я обоим. — Восстанавливайтесь по комнатам. Сегодня оба ещё понадобитесь.

Они ушли в стену вместе, плечом к плечу, и получилось это у них строевым порядком.

— А вот теперь самое интересное, — сказал Дрозд, проводив их взглядом. — Сущности семи веков выдержки выполняют ваши команды. Молча, мгновенно и, судя по всему, охотно. Меня, Виктор Александрович, интересует именно это.

Скрывать сам факт было бессмысленно: он видел вызов на четвёртом этаже своими глазами и засёк его по секундам.

— Система «Хранитель». Артефактная штуковина у меня в голове. Досталась вместе с наследством. Показывает состояние конструкций, прогнозы, ведёт учёт. Через неё же идёт связь с призраками. Инструкции к ней не прилагалось, так что подробностей у меня меньше, чем вопросов.

Дрозд слушал, и по мере моих слов лицо его менялось. Хмурость немного уходила.

— Очки, — сказал он. — Ну конечно. У вашего деда на первом осмотре были очки, я ещё тогда отметил фон на оправе и списал на возраст объекта. Вот, значит, где она жила.

— Она?

— Наследная система-хранитель, — Дрозд произнёс это как название из реестра. — Виктор Александрович, таких на всю страну единицы. Артефакт привязывается к объекту и к роду. Передаётся со смертью носителя следующему в линии, активируется по крови.

По крови… Кровь у этого тела была правильная, и от этой мысли легче не становилось.

— И работает она интересно: функции открываются по мере восстановления объекта. Чем больше вы починили, тем больше она умеет. Замок в руинах даёт огрызок возможностей. Замок в порядке даёт всё, — продолжил инспектор.

Я сверил услышанное со своей неделей, и всё легло по местам. Процент целостности за смену. Подсказки, которых не было в первый день. Зависшие загрузки на сложных вопросах: система тянулась к функциям, до которых объект ещё не дорос.

— Есть только одна деталь, — добавил Дрозд. — Для активации наследной системы нужен дар. Небольшой, хоть искра. Без дара она лежит мёртвым грузом, у половины наследников так и лежит.

Из стены главного корпуса, на уровне второго этажа, показались двое.

Эльза выплыла по пояс, с чашкой на блюдце, и посмотрела вниз на нас с выражением хозяйки, у которой гости засиделись в прихожей. Генрих Карлович вышел рядом по плечи и заложил руки за спину прямо внутри кладки.

— Виктор, я лишь уточнить, — начала графиня светским тоном. — Посторонний, как я понимаю, уже почти свой. Можно ли выходить? У меня, между прочим, гостиная сто лет не…

— Присоединяюсь к запросу, — прогудел Генрих Карлович.

— Назад. Обоим.

Они подчинились. Подчинение это выглядело так: оба начали уходить в стену со скоростью оседающего тумана, по сантиметру, с достоинством, не отрывая от нас глаз. Любопытство боролось в них с дисциплиной, и она побеждала со счётом, от которого ей было явно стыдно.

Генрих у самой кладки успел гуднуть напоследок:

— Фиксирую: беседа продолжается сверх регламента.

Дрозд проводил обоих взглядом, каким смотрят на витрину коллекции, и ничего не