Клинер на полную ставку - Гобоз

— Будут обходить город по флангу! — прокомментировал Флакон.

— Но как же так? Они обойдут нас со стороны.

— Не дрейфь. Там сюрприз!

Мы наблюдали очень внимательно как тараканы начинали обходить город и резко останавливались.

— Почему они замерли? Они должны были идти вдоль стен? — спрашивал Скрип.

— Да должны. Но ваш вид ещё молод и не знаком с средством борьбы с тараканами таким как «КлейкоУс» от компании «РассветМед». А ведь этот клей ещё и горит отменно.

Дед Флакон встал и поджог спичку. Подошел к краю столешницы и скинул её вниз.

Огромная толпа доходяг наблюдала как маленький огонёк возник где-то наверху и теперь медленно пикирует вниз. Спичка упала на клейкую поверхность и вспыхнула с такой силой будто только что отрылся портал в адское пекло. Клей загорелся вместе с тараканами, увязшими в ней. Криков не было. Но почти всю округу наполнил хор писков и стрекотаний. Огонь продолжал распространяться по поверхности слизи замыкая армию доходяг в большой полукруг.

— Отступаем в столицу! — выкрикивали надсмотрщики.

Но когда огонь осветил заднюю часть их флангов, они увидели в просвете между пламенем наши полки, которые тихо во тьме обогнули их расположение по такой же тактике.

Начался бой. Их войска наседали на наш полк, но строи тараканов с длинными иглами отбрасывал их нападки раз за разом заставляя отступать их к горящему городу.

— У нас нет выхода! Прорываемся в город! — кричали надсмотрщики.

В страхе и ужасе неровными рядами тараканы противника начали просачиваться в горящий город неся просто огромные потери от огня. Запахло жареным.

— Ну вот и славно! — радостно завибрировал Флакон. — сбросить петарды в огонь!

Почти двести тараканов подкатывали и сбрасывали петарды с поверхности столешницы прямо на охваченный огнём город. Уже этого хватало чтобы тараканы противника остановили продвижение сквозь огненные переулки. Но потом. Потом петарды начинали разрываться одна за одной разъёбывая тела тараканов в труху. Почти половина всего состава, пробравшаяся в город, погибла сразу. Остатки же пытались перегруппироваться и с горем по полам у них это получалось.

— Отправить третий полк в атаку! — скомандовал флакон. — не будем давать им и частицы форы.

В этот самый момент раздалось особое стрекотание, оповещающее тараканов на стенах барной стойки, приготовиться к атаке. Многочисленные особи третьего полка раскрыли панцири обнажая крылья. Они взмыли вверх и устремились прямо в ряды противника, охваченные огнем и взрывами.

Это оказало действительно оглушающий эффект на командование вражеской армии. Они не смогли более управлять своими солдатами. Им ничего не оставалось кроме как оставить сражающихся и горящих подчиненных и двинуться с самыми ближними маршем в глубь города.

— Ну, так я и думал! — сказал Флакон покидая наблюдательный пост и уходя в сторону пивной коробки (Штаба партии).

Тараканы противника продвигались к центру и уже скоро приблизились к не горящей зоне. Они быстро выбежали на площадь перед основанием, где их и встретили остальные войска регулярной тараканьей армии во все оружия. Атака наших войск была моментальная и сокрушительная настолько, что главная битва не затянулась на долго.

Дед остановился перед входом в коробку, повернулся в сторону Скрипа и молвил:

— Ты вождь, иди принимай капитуляцию врага. И город следует потушить, хотя он и сам скоро потухнет. — сказал он, обращая свой взор к небу.

Город продолжал полыхать пламенем с каждой секундой унося всё больше и больше тараканьих жизней. Тараканы лётного полка, выполнив миссию «Атака с небес» отступили так же быстро, как и разбили войска противника. Пылающий круг откуда пришли тараканы врага на подходах к городу уже полностью стух. Наши воины добивали остатки доходяг у стен. Те крохи некогда пятитысячной армии в количестве тридцати тараканов надсмотрщиков сдавались у основания лично вождю Скрипу.

Я стоял на краю столешницы, где некогда стоял Скрип и Флакон и с двухметровой высоты по меркам человека осматривал поле великого побоища. Поле проявления всего военного опыта и смекалки одного старого мага, превратившегося в таракана. Я не мог и подумать, что наш путь начавшись после прибытия в этот неизведанный город, поражающий своей дикостью и самобытностью только появившегося общества, приведёт нас в этот самый миг величия тараканьей доблести и отваги. Если бы тараканам не нужно было уходить из этой кухни, они бы весьма вероятно увековечили сегодняшний подвиг как великий акт самопожертвования тараканчества в битве за свободу против угнетателей. Им предстоял ещё долгий путь к становлению расы. Но я верил, что с рассветом, когда мы выдвинемся на столицу то более не встретим серьёзного сопротивления. Ведь этой самой ночью, каждый таракан в этой кухне, где бы не находился видел, как яростное и всеобъемлющее пламя революции освещало и развеивало сгущающуюся тьму угнетения и рабства.

Чуть позже пошел дождь ведь сработала пожарная сигнализация.

На следующее утро. Наши полки медленным маршем подступали к стенам столицы. Мы вскарабкались на кухонные тумбы и вскоре оказались у главных ворот большого града, украшенного серебряными столовыми приборами и фарфоровыми стаканами. Ворота отворились и мы, раздвигая толпу гражданских ровным строем двинулись по главному проспекту Процветания в направлении к дворцовой площади.

Как я и думал, мы не встретили сопротивления, а многие тараканы из толпы скандировали нам и радостно закидывали обрывками лепестков розы. Оказавшись на главной площади, вперёд вышел наш вождь Скрип. На встречу же ему вышла группа толстых тараканов, обвязанных белой туалетной бумагой.

— Смотри, Арсений. Они сделали себе одежду чтобы их не путали с чернью. — тихо прострекотал Дед Флакон.

Скрип и тараканы из Совета Процветания встретились в центре площади. Потом они что-то обсудили, и пухлые тараканы пошли в сторону главного входа дворца. Мы подошли к Скрипу, и он сказал:

— Пойдёмте внутрь. Там мы и обсудим их капитуляцию…

Мы в сопровождении телохранителей вошли в дворец. Он был полностью выполнен из серебра. Повсюду валялись остатки капель вина, ананасов и гранул грейпфрута. Видимо они шиковали на всю катушку за счет Виктории Эдуардовны.

Осматривая все эти излишки разных яств и вкусностей, которые доселе Скрип даже и не видел, его тараканью душу постепенно поглощала ярость и злость. И когда мы вошли в главный зал — он приказал солдатам