Пару грамм — душа - Сим Симович

— Слушаюсь, товарищ куратор. Буду мазать по расписанию.

— Смотри у меня, Осеев, — Марина слабо улыбнулась в ответ, развернулась и пошла по коридору в сторону лестницы, бросив через плечо: — И кепку свою дурацкую на парах сними, пока Широков тебя за нее окончательно не проклял!

Нико проводил ее взглядом, пока стук каблучков не стих за поворотом на лестничную клетку.

Юноша сжал копеечный тюбик в кулаке и убрал его во внутренний карман олимпийки, прямо по соседству с гравитационным фальшионом, спрятанным за пологом пространственной складки.

«Сентиментальный идиот, — беззлобно пробурчал Малик в глубине черепа, потягивая невидимый бренди. — Календула. Против следов отдачи второго ранга. Какая тонкая медицинская мысль. Впрочем… признаю, девчонка с характером. Будет чертовски жаль, если наши друзья из ЧОПа разнесут это уютное заведение на куски».

— Не разнесут, — Нико поправил козырек кепки, натягивая его до самых бровей.

Взгляд мага снова стал холодным, расчетливым и предельно собранным. Передышка закончилась. Впереди был вечер, промзона и серые бетонные корпуса ЧОП «Цитадель-Гарант», где пришло время провести генеральную ревизию чужих сокровищ.

Граница между окраинным жилым массивом и заводской промзоной всегда выглядела как рубеж двух разных эпох.

С одной стороны узкой двухполосной дороги уныло жались друг к другу облупленные панельные пятиэтажки с темными, будто подслеповатыми окнами и ржавыми детскими качелями во дворах. С другой — начиналась глухая полоса отчуждения: заросли колючего чертополоха, вспученный корнями тополей асфальт и бесконечная череда уходящих в темноту бетонных заборов. В канавах у обочины маслянисто поблескивали лужи, пахнущие сырым мазутом и прелой травой, а над землей тянулись толстые нитки теплотрассы, укутанные в клочья изодранной стекловаты.

Штаб-квартира частного охранного предприятия «Цитадель-Гарант» располагалась в самом тупике Заводского проезда, занимая массивную трехэтажную коробку бывшего заводоуправления силикатного комбината.

Здание из серого, потемневшего от сырости бетона выглядело неприступно и казенно. Оконные проемы первого этажа были наглухо заварены толстыми стальными листами с узкими смотровыми щелями, а по всему периметру территорию опоясывала трехметровая ограда из монолитных плит. По верхнему срезу забора вились тугие, хищные спирали армированной колючей ленты «Егоза», между витками которой тускло поблескивали датчики натяжения.

Через каждые пятнадцать метров на выносных кронштейнах висели поворотные купольные камеры наблюдения в антивандальных кожухах. Их объективы методично вычерчивали сектора перекрестного обзора, подсвечивая мокрый гравий невидимыми для человеческого глаза пучками инфракрасных лучей.

Нико наблюдал за объектом с площадки заброшенной вентиляционной градирни, укрывшись в тени полуразрушенной кирпичной кладки на высоте четвертого этажа.

Графитовая ветровка от «Malik Gray» надежно отсекала промозглый ночной сквозняк, а глубоко надвинутый козырек кепки скрывал сосредоточенное лицо. Юноша не двигался уже добрых двадцать минут, дыша медленно, поверхностно, подстроив ритм сердца под шелест редких порывов ветра. Тонкая воздушная прослойка вокруг его силуэта гасила любое случайное тепловое излучение, делая мага абсолютно невидимым для тепловизоров на вышках охраны.

— Ну и убожество, — негромко пробормотал Нико, прищурившись.

Взгляд парня подернулся морозной дымкой: в глубине серебряных радужек провернулись крошечные черные венцы, запуская пассивное зрение «Ока Бездны».

Реальность вокруг забора дрогнула, расслаиваясь на спектры скрытых энергий.

Обычный посторонний наблюдатель увидел бы здесь лишь заурядную базу ЧОПа с хорошим бюджетом на системы безопасности. Однако сквозь арканное зрение открылась совершенно иная картина. По фасаду серого здания змеилась грубая, неровная сетка из тонких медных шин и свинцовых пластин, впаянных прямо под слой свежей штукатурки.

Это был экранирующий контур — примитивный, дешевый кустарный экран, предназначенный для глушения радиочастот и сокрытия тонких эфирных возмущений от внешних приборов слежения. Вадим Красовский явно экономил на провинциальных филиалах: контур был собран на скорую руку, в узловых соединениях шин фонила утечка статического потенциала, а в районе вентиляционных шахт на крыше экранировка вовсе зияла откровенными проплешинами. Для любого инквизитора Небесного Престола такая защита выглядела дырявым решетом.

Зато то, что скрывалось за этим решетом, заставило Нико податься вперед, вцепившись пальцами в мокрый кирпич парапета.

Глубоко в подвальных помещениях здания, метрах в пяти под землей, пульсировал мощный, стабильный источник плотной эфирной энергии.

Свечение пробивалось сквозь железобетонные перекрытия густым, тяжелым индиговым маревом. По плотности и частоте вибрации этот сгусток на порядок превосходил рассеянный фон осеннего леса: там, в цоколе, хранился концентрированный эфир первородного качества, стянутый в одну точку и бережно запечатанный в изолирующие контейнеры.

В этот момент глухие металлические ворота базы с низким гидравлическим гулом поползли в сторону.

На огороженную территорию, тяжело переваливаясь на мокрых выбоинах, въехал крытый трехосный грузовик без номерных знаков. Следом за ним скользнул темный седан сопровождения, из которого тут же выскочили четверо бойцов в черной полевой форме без шевронов, с автоматами на одноточечных ремнях. Охранники действовали слаженно, без лишней суеты перекрывая сектора и оттесняя дежурных с проходной к рампе разгрузочного дебаркадера.

Брезентовый полог грузовика откинулся.

Нико сфокусировал зрение, приближая картинку с помощью встречной воздушной линзы.

Из кузова на бетонную площадку полетели длинные дощатые ящики с трафаретными надписями: «Росгидромет. Оборудование зондирования атмосферы. Хрупкое». Но внутри деревянной тары лежали вовсе не метеорологические зонды. Под тонким слоем поролона и упаковочной стружки «Око Бездны» высветило тяжелые цилиндрические капсулы из обедненного свинца, оплетенные изолирующими кабелями.

Четверо грузчиков в прорезиненных фартуках и тяжелых респираторах с натугой вытащили массивный герметичный контейнер с пломбами радиационного контроля. На внешнем кожухе ящика висела полевая бирка с геодезическими координатами одной из лесных гарей в соседнем районе.

Внутри контейнера лежали куски спекшейся до состояния черного стекла почвы, оплавленный озерный ил и комья глины, намертво пропитанные ядовитым ихором Бездны. Это были образцы грунта с мест недавних хроно-разрывов, собранные поисковыми группами Вадима буквально по горячим следам.

Красовский методично пылесосил всю область. Архимаг Иллюзий выгребал любые осколки рухнувших пространственных коридоров, чтобы извлечь из них крохи первородного кристалла и пустить сырую силу на накачку собственных ментальных сетей.

— Какое убогое зрелище, — раздался за левым ухом ленивый, тягучий голос, пахнущий горьким миндалем и трубочным табаком.

Малик де Сад материализовался прямо на скользком железном поручне градирни, непринужденно покачивая ногой в безупречно начищенном лакированном