Блюз серых лисиц - Елена Владимировна Добрынина

Страх двинуться умом не прошел совсем, но немного поутих, уступив место раздражению. Сначала еле заметному, но со временем донимающим все больше, подобно больному зубу.

«...он тебе так и не сказал?», – вспоминалось мне.

Да, не сказал, даже не намекнул, хотя уж фейри-то в состоянии понять, какими способностями обладают люди.

«Доверие хрупкая штука...» Вот-вот, хрупкое. Мне так и слышалось сухое потрескивание, с каким начинает крошиться истончившееся стекло.

Можно было спросить себя: «Эй, разве кто-то тебе что-то обещал?». Можно было дождаться Донни и задать ему пару вопросов. Можно было, наконец, осторожно навести справки у остальных. Факт в том, что это даже не пришло мне в голову. Мне было ясно как божий день, что в данном вопросе я могу рассчитывать только на себя. К тому же мне хотелось взять небольшой реванш. Ну и заодно выяснить для себя еще один щекотливый вопрос: распространяется ли мой дар на народ Холмов.

Да-да, вы все правильно поняли: я собирался как следует потренироваться, а затем – чем черт не шутит – провернуть с нашим боссом ту же штуку, что и с Бри или Одзавой.

«Не убьет же он меня в конце концов».

Потом бар открылся, и я на время позабыл о секретных планах, тем более что гости в этот день оказались на редкость многочисленны и разговорчивы, да и сплетни, которые они обсуждали, заслуживали внимания: снова начали пропадать волшебные создания, а какие-то лиходеи, приехавшие на огромных шумных машинах, собирались вырубить старые бузинные деревья, но что- там приключилось, и они быстро передумали. Тут версии расходились: кто говорил, неисправности возникли, кто – перепугались чего-то, одно было известно наверняка: с бузинной хозяйкой сам Лесной господин потом разговаривал, а после этой истории увел ее куда-то.

Гости шумели, спорили, буянили. Магнусу и Одзаве даже пришлось выставить вон компанию особенно разошедшихся богганов. Райан помогал мне, Берди и заглянувшая к нам Линдси – малютке Бри.

Донни пожаловал уже под утро с большой корзиной рубиновых яблок в руках. Остановился у порога, окинул недоуменным взглядом все еще полный посетителей зал, поморщился, выхватил револьвер и пару раз выстрелил прямо в потолок.

Бах! Бах!

Галдеж тут же смолк. Установилась благословенная тишина.

– То-то же, – одобрил он еле слышно и уже громко, с театральной благодушной улыбкой и стальным блеском в глазах возвестил:

Уже уходите? Ну что ж, благодарю,

Благодарю вас всех. Спокойной ночи...

Еще мгновение гости сидели на своих местах, а потом будто ураган прошелся по залу и вымел всех до единого в радушно распахнувшиеся двери.

– Ну все, приехали», – тихо вздохнул О'ши.

Бри охнула, а Берди и Одзава переглянулись и подошли ближе. Я же, благодаря университетскому курсу английской литературы узнавший строки классика, был, мягко говоря, озадачен.

Донни взгромоздил корзину на стойку и, облокотившись на стойку, плавно повел рукой.

– Двойной виски, золотце. Сразу парочку.

– Трудный день? – предположил я, отметив, что сегодня мы поменялись местами. Судя по ответной усмешке этот факт не остался незамеченным. – Я думал, ты терпеть не можешь Шекспира.

– Так и есть, – подтвердил Донни философски. – Негодую на пройдоху Билла, недолюбливаю яблоки из Холмов и ненавижу ходить в должниках. Но вот он я: с цитатой на устах, нафаршированный плодами по самые уши да еще и кругом обязанный Мирддину. Что поделать, жизнь нечасто интересуется нашими желаниями.

Первый стакан фейри выпил залпом, словно воду. Второй слегка пригубил и покрутил в пальцах.

– Мирддину?

– Здесь его знают под этим именем. Господин лесов, заботливый владыка деревьев и справедливейший пастырь диких зверей. К людям он, разумеется, не столь дружелюбен. – Донни сделал паузу, медленно отпил виски – в это время в зале стояла совершеннейшая тишина – а потом улыбнулся так широко и лихо, что от предчувствия неприятностей даже в затылке заломило. – Он согласился принять под сень своих лесов всех волшебных созданий, которые захотят покинуть город.

У Райана изо рта выпала сигарета. Берди прикусила палец. Магни снял очки и принялся аккуратно протирать стекла тканевой салфеткой.

Возникло стойкое ощущение, что этот Мирддин доселе не отличался гостеприимством. Что настораживало еще больше.

– А фзамен..? – святой отец озвучил тот вопрос, который интересовал нас всех.

– Что может попросить добрый хозяин леса у лиса, живущего в городе? – рассмеялся фейри. И смех этот, отрывистый, глуховатый, казался каким угодно, только не беззаботным. – Разве только добыть еду для своих старых ветвистых любимцев.

«Еду? Для деревьев? Что за ерунда?»

– Так что, все дело в нескольких мешках навоза? – удивился я.

Донни покачал головой.

– Священные деревья Мирддина предпочитают вкушать кровь и плоть. В давние времена это решалось просто: друиды – жрецы его – хоронили умерших в корнях под землей. Теперь жрецов нет, сердце леса живет впроголодь, а это всегда скверно сказывается на характере.

– Подожди-ка... Хочешь сказать, что мы теперь должны поставлять хозяину леса... мертвецов?

Фейри посмотрел на меня поверх наполовину опустевшего стакана.

– Я уже говорил тебе, что ты догадливый мальчик? – спросил он восхищенно. – Жизнь одних созданий оплачивается жизнями других, разве это не справедливо? А что до мертвецов, скоро в них не будет недостатка...

Мрачное пророчество повисло в воздухе удушливой взвесью.

Донни вдруг наклонился вперед, с ловкостью хищника сцапал меня за руку и стиснул пальцы так сильно, что я почти перестал их чувствовать.

– Но в это дело ты соваться не будешь, так ведь, золотце? – И чтоб я сдох, если это был вопрос.

Положа руку на сердце я испытал облегчение: принесение кровавых жертв никогда не входило в сферу моих интересов.

– Почему это? – все же спросил я, с трудом выдернув ладонь из захвата.

Фейри сначала прикончил виски, отставил в сторону пустой стакан и только потом ответил, с видом «ну ладно, раз не хочешь по-хорошему...»:

– Во-первых, я так решил. А во-вторых... Спросим-ка у остальных, согласен ли кто из них взять тебя в напарники. Есть желающие? – осведомился он, смотря по сторонам.

Желающих не нашлось.

Неплохой удар по самолюбию, правда?

«Да пошел ты», – думал я.

«И вы тоже, предатели...», – думал я.

«Я вам всем еще докажу...», – думал я.