Демон отчаяния для разведенки - Нина Матвеева

груди. — Если что, я желаю ей встретить конец как можно позже, можешь так и передать ей в качестве поздравлений. Но она всё же смертный человек… По крайней мере, на половину или больше.

Услышав этот откровенный намёк, Берт замер. То, как быстро Асмодей менял направление беседы, очень настораживало.

И почему он вдруг заговорил об этом?

— Ты что-то выяснил? — осторожно уточнил Берт.

— Ничего конкретного. Пытался раскопать информацию о родителях, но… Как бы то ни было, её ведь не отследили, когда она попала в ад. Значит приняли за свою. Ну и иммунитет к демоническим силам оттуда же.

Да. А ещё Лера смогла активировать печать перемещения, когда Берт возвратил её обратно в человеческое измерение. С его помощью, но смогла.

В том, что Лера — полукровка, уже не оставалось сомнений, но Берта это не беспокоило. Даже наоборот, от мысли, что Лера частично принадлежит его миру, становилось легче.

— Мне до сих пор любопытно, какой именно демон пробежал у неё в родословной… — задумчиво протянул Асмодей. — Ставлю на твою специализацию. Не зря же вас друг к другу притянуло…

Берт растерянно моргнул.

Он сказал «друг к другу» так, будто… что-то знал.

Берт уже хотел уточнить, что именно он имел в виду, но лицо Асмодея сделалось таким отвратительно самодовольным, что он лишь поморщился.

Нет, только не это. Обсуждать с ним Леру он не будет.

— Мне пора.

Асмодей наградил его ещё одной понимающей улыбочкой.

— Если узнаешь какие-нибудь подробности, прибегай поболтать. У меня ещё много печатей… А у Валерии ещё будут именины, новый год, восьмое марта…

Он явно издевался, но Берт стойко это стерпел. Он ведь готовился.

— Ладно. Спасибо.

Развернувшись, он направился к выходу.

— И Берт, — раздался оклик в спину, — не забудь купить подарок на день рождения! Приходить к женщине без подарка — дурной тон!

С днем рождения

В ювелирном отделе торгового центра пахло чем-то подозрительно приторным. Играла тихая музыка, фоном гудели голоса, из-за чего Берт никак не мог сосредоточиться. Вдобавок к этому, всё вокруг блестело так, что хотелось зажмуриться. Но Берт продолжал стоять у витрины и пытался рассматривать драгоценности на чёрных бархатных подушечках.

Продавец — молоденькая девушка с идеальным каре — приближалась к нему уже дважды и оба раза в последний момент отступала. Похоже, чувствовала демоническую ауру. Других причин Берт просто не находил — сегодня он был одет безупречно с человеческой точки зрения: белая рубашка, чёрные брюки и тёмное пальто. Другими словами, он выглядел как среднестатистический мужчина, способный позволить себе посещение ювелирного магазина.

С третьей попытки продавец всё же подошла и замерла напротив. Профессиональная улыбка на её лице явно боролась с настороженностью.

— Могу я вам помочь? — вежливо спросила она.

Берт опустил взгляд на витрину и кивнул.

— Ищете что-то конкретное? Подарок?

А она очень догадлива, подумал Берт. Хорошо, это существенно облегчало ему задачу.

— Да, мне нужен подарок.

— Прекрасно. Кому подбираете? Жене или подруге?…

Вопрос поставил Берта в тупик.

Зачем нужны такие подробности? На что вообще влияет ответ? Женам и подругам принято дарить разное?

Если это действительно так, то ему нужен подарок, уместный в обоих случаях. Просто дружественный презент ему точно не подойдёт.

— Среднее, — выдавил Берт наконец.

— М-м, понятно. Какой стиль она предпочитает? Что-то яркое, заметное, или более сдержанное?

Берт поднял взгляд на свою собеседницу и застыл. Как же сложно. Если бы он знал, что начнётся анкетирование, то подготовился бы к нему заранее.

— Сколько… ей лет? — выпалила консультантка будто испуганно.

— Тридцать шесть, — ответил Берт. Эту информацию он помнил ещё по заказу. — То есть, теперь тридцать семь.

— Значит, подарок на день рождения?

— Да, на день рождения.

— Отлично! — оживилась девушка, и профессиональная улыбка на её лице наконец взяла верх. — День рождения — это чудесный повод. Давайте подберём что-нибудь подходящее. Вы знаете её размер кольца? — Берт в очередной раз сдвинул брови, и консультантка моментально на это отреагировала: — Тогда кольцо сразу исключаем. Угадать размер практически невозможно, неловко получится. Да и кольца обычно дарят по другому поводу…

Вот оно что. Да, Берт припоминал эту деталь человеческих традиций. Пожалуй, стоило взять её на заметку.

Консультантка тем временем уже скользила вдоль витрины с видом человека, у которого имелся план.

— Браслет тоже рискованно — запястья у всех разные. Я бы предложила подвеску, беспроигрышный вариант. Присмотритесь?

Берт подошёл ближе и взглянул на бархатную подушечку, аккуратно выставленную на стекло. Подвесок на ней было около десятка — разных форм, с камнями и без.

— Вот, например, — начала девушка деловито, — это жёлтое золото с бриллиантом, огранка «принцесса». Очень популярная форма, квадратная, хорошо держит блеск. Если именинница любит что-то заметное, это очень хороший вариант.

Берт осмотрел камень. Блестело действительно сильно. Он попытался представить такой блеск на Лере и непроизвольно поморщился.

— Рядом — розовое золото с аметистом, огранка «груша». Мягкий фиолетовый, очень женственный. Дальше — белое золото с сапфиром, огранка «овал». Идеально для зрелой женщины. А вот тут — варианты попроще, лаконичные формы, без лишних деталей.

Берт слушал молча, стараясь оценить каждый камень, что лежал на бархате. Информации было много, но никакого отклика она не вызывала.

Женственный фиолетовый? Лаконичные формы? О чём это должно ему сказать?

И что вообще значит «идеально для зрелой женщины»? По демоническим меркам тридцать семь лет — это буквально юность, даже силы к этому возрасту раскрываются не у всех. Да, человеческие жизни текут быстрее, но Берту не хотелось применять слово «зрелая» к той, кто была младше его почти в четыре раза.

В какой-то момент собственные мысли настолько задушили Берта, что он уже готов был согласиться на женственный фиолетовый. Но неожиданно его взгляд упал на витрину под выставленной подушечкой, и там он рассмотрел нечто действительно занятное.

— А это что за камень? — спросил он, указав на синюю каплю в изящной серебристой оправе.

— О, это лондонский топаз. — Консультантка осторожно достала с витрины подвеску и чуть повернула её к лампе. Синие грани блеснули аквамариновым оттенком. — У этого камня есть особенность. Природные топазы — бледно-голубые или серые, а такой насыщенный синий оттенок они приобретают благодаря сильному воздействию облучения. Сейчас, разумеется, никакой радиации в нём нет, — торопливо добавила девушка, —