Демон отчаяния для разведенки - Нина Матвеева

Он просто не сможет работать, пока не узнает, что означал этот привет. Пока не поставит точку в отношении Валерии Горшиной. Было очень наивно полагать, что жизнь сама собой придёт в норму, когда он получит новую должность и кабинет. Его интерес к этой женщине никуда не делся, он вспыхнул снова из-за одной идиотской записки в два слова.

И как теперь с этим быть? Существовал ли вообще способ вырваться из этой ловушки?

Берт ненадолго прикрыл глаза, затем опустил руку в карман пиджака и нащупал там колечко. То самое, которое Лера оставила на крыше адской канцелярии. Гладкий металл приятно холодил пальцы. Берт не успел вернуть его, когда они оказались в человеческом мире, и не смог выбросить после.

Если он отдаст ей кольцо, это сойдёт за окончательную точку?

Берт мельком взглянул на свои часы, уже по привычке пересчитывая часовой пояс. У Леры сейчас половина девятого вечера. Время, будто бы идеально подходящее для последнего визита.

Больше он не сомневался. Печати быстро оказались у него в руке, затем он наложил маскировку и… нацелился на конкретную квартиру.

Его перебросило точно в тёмный коридор. Хорошо знакомые запахи ненадолго вскружили голову, пульс снова ускорил свой бег. Берт замер, прислушиваясь. Из комнат доносилось бормотание телевизора, кажется, что-то мультяшное.

Похоже, Лиза всё же вернулась домой. Уже хорошо.

Берт бесшумно пересёк коридор и заглянул на пустующую кухню. Кажется, именно здесь всё и началось. Здесь Лера нанесла ему свой первый удар. И как он сразу не понял, чем всё обернётся?

Берт свернул к спальне. Дверь была открыта, на прикроватной тумбочке горел светильник, едва разгоняющий полумрак. Лера лежала на кровати поверх покрывала, свернувшись на боку. Глаза закрыты, одна рука свисала с края кровати. Судя по дыханию, Лера спала — крепко, без сновидений.

Значит, всё в порядке, он зря себя накрутил. В том «привете» не было никакого скрытого смысла. И чтобы выяснить это, он потратил час рабочего времени и две последние печати перемещения. Очень разумно, ничего не скажешь.

Берт опустил руку в карман пиджака и нашёл тонкое колечко. Что ж, по крайней мере, он вернёт Лере её вещь.

Он уже почти шагнул через порог спальни, как вдруг в его запястье с неожиданной силой вцепились чьи-то пальцы.

— Мам! — Пронзительный голос разрезал тишину, как сирена. — Мам, я же говорила, что он ещё появится!! Я говорила…!

Берт дёрнулся на месте, Лера в ту же секунду практически подскочила на кровати. Когда Берт увидел её широко распахнутые глаза, то окончательно понял, что пропал.

Кухня

— … я же говорила, что он ещё появится!! Я говорила!

Лера рывком села на кровати, ощущая только беспорядочные удары сердца в горле. От криков у неё чуть инфаркт не случился, поэтому несколько секунд она тупо таращилась на Лизу, которая — матерь Божья — практически висела на руке Берта!

Берт! Он снова здесь!

Сердце будто подпрыгнуло на кочке и понеслось дальше.

Лера поднялась на ноги, пытаясь одновременно хоть как-то проморгаться, но под напряжённым взглядом Берта замерла. Тот явно был сбит с толку, даже его каменное лицо не могло скрыть тотального ошеломления.

Кажется, ситуация требовала срочного вмешательства.

— Лиз, — произнесла Лера, прочистив горло, — отпусти э-э… дядю Берта.

Лиза нехотя разжала руки, отступила на шаг, но успокаиваться, похоже, не собиралась. Она смотрела на Берта так, будто готова была взорваться от переполнявших её эмоций.

— Я всё сделала, как вы посоветовали, — сообщила она ему, немного задыхаясь от волнения. — И ещё кое-что от себя придумала, с телефоном. Папа не выдержал и привёз меня назад!

Берт молча повернулся к Лизе, а Лера непроизвольно затаила дыхание. Она впервые наблюдала за общением своего ребёнка с демоном, и как к этому относиться, пока не знала.

Берт будто тоже не знал, как себя вести.

— За сколько дней… ты справилась? — спросил он после паузы. В тоне его голоса, всё такого же вкрадчивого, прорезался интерес.

— За два, — быстро ответила Лиза. — Даже за полтора, если вычесть школу.

— Неплохо.

От такой похвалы Лиза буквально расцвела на глазах. Это уже определённо следовало пресечь: хвалить ребёнка за доведение отца до ручки — идея дурная, с какой стороны не посмотри.

Лера откашлялась и строго произнесла:

— Лиз, иди посиди в своей комнате, пока мы… поговорим.

— Но я тоже хочу поговорить! — выпалила дочь в ответ. — Это не честно! Это ведь я его поймала!

Взгляд Леры метнулся к лицу Берта. К счастью, он отреагировал на это самоуверенное заявление в своём стиле. То есть никак.

— Лиза, не спорь. Иди, ты мне обещала за каникулы подтянуть английский.

Немного поупиравшись, Лиза всё же ушла в комнату. Как только дочь скрылась за дверью, Лера явственно ощутила, как воздух в тесном коридоре потеплел на пару градусов. Хотя возможно, во всём было виновато внимание Берта, направленное теперь на неё одну. Кое-как изобразив улыбку, Лера предложила ему пройти на кухню.

На кухне она первым делом бросилась убирать со стола кружки. Наверняка со стороны эта суета выглядела глупо, но ей необходимо было занять чем-то руки и глаза, потому что только так можно было привести в порядок мысли. Появление Берта действительно застало её врасплох.

— Ничего ведь не случилось? — спросила Лера, укладывая кружки в раковину. Затем мельком обернулась и добавила: — В смысле… ты не с плохими новостями?

— Нет. Всё в порядке.

Услышав ответ, она выдохнула. Затем уже спокойнее взялась за чайник и откинула крышку. Пока наливалась вода, Лера машинально провела рукой по волосам и чуть не застонала вслух, обнаружив прицепленный сбоку крабик. Не удивительно, что Берт рассматривал её так напряжённо. Черти, бегающие по аду, и те выглядели опрятнее, чем она со своей лохматой головой и в домашнем костюме, отметившем пятилетний юбилей.

Когда Лера всё же собралась с духом и обернулась, Берт уже сидел за столом. И это зрелище неожиданно захватило её. Самый настоящий демон, нечеловечески сильный и немного пугающий, сидел на её кухне, за тем же столом, за которым пару часов назад они с Лизой ужинали. В чёрном деловом костюме Берт походил на мрачного жнеца, что явился к ним из какого-то монохромного измерения. Вся кухня на его фоне вдруг стала маленькой и игрушечной.

— Я пришёл вернуть кое-что, —