Ловец разбитых отражений - Юлия Борисовна Гладкая

Мойша пожал плечами и зашагал к ближайшему извозчику. Митя шел рядом, все время ожидая от парня какого-то подвоха. Но нет, наняв бричку, он сел, дождался мага и даже не попытался улизнуть.

Пока бричка тряслась по дорогам, а извозчик то и дело покрикивал на зевак и водителей паровиков, юноша молчал. Маг же, в свою очередь, размышлял: что, если он сейчас направляется в самое пекло и даже не предупредил об этом Стешу?

Мелькнула идея позвать ее через зеркальце. Но он тут же одернул сам себя. Нечего канючить, и сам управится, не маленький.

Бричка меж тем выехала за город, и маг не узнал окраину. Обычно пустующее пространство степи сейчас заполнили телеги и кибитки, повозки и таратайки. Имелись тут и грузовые паровики, стоящие наособицу. Степь пропиталась торговым духом. Издали доносилось ржание коней, крики верблюдов. Слух уловил непривычный говор приезжих, а чуть позже и вовсе иностранную речь. Митя во все глаза глядел кругом и дивился тому, как преобразилось все вокруг в преддверии ярмарки.

Тут бричка свернула с основной дороги к одноэтажным домам, чьи стены белели в сумерках.

– Прибыли, баре, – крикнул извозчик и тут же добавил: – С вас рупь, не меньше.

Мойша тяжело вздохнул, будто о чем-то сожалел, но расплатился и, взглянув на Митю, указал вперед:

– Идемте, господин Демидов, представлю вас отцу.

Маг тем временем успел приладить монокль и теперь, ловя бледный свет луны, оглядывался, ища признаки магических действий. Кое-где блеснули нити заговора, видимо использованные в талисманах, но большой волшбы маг не приметил.

Впрочем, расслабляться раньше времени было бессмысленно, и, заготовив пару заклятий для атаки и защиты, Митя пошел следом за своим проводником в один из домов.

Едва стукнула дверь, как из дома послышался мужской голос:

– Мойша, мальчик мой, это ты?

– Да, отец, но я не один, у нас гость.

– Таки что же это за гость, что ты привел его по ночной поре? – В комнату вошел тучный мужчина в кипе. Курчавая борода подернулась сединой, полосатый жилет поверх белоснежной сорочки с трудом сходился на животе. Золотая цепочка карманных часов поблескивала в свете лампы.

– Глава департамента Зеркальной магии Демидов, – представился Митя, протягивая руку.

– Ой-вей, глава магов в моем доме, – бородатый ответил на рукопожатие. – За что нам такая радость?

– А вот об этом вы мне и расскажете, господин Шнипельсон, – маг вытащил из кармана еще один бутылек с эликсиром и поставил перед иудеем. – Что вы об этом знаете?

– А что я должен об этом знать? – удивился тот.

– Есть мнение, что данный товар был поставлен лавочнику Феофану одним из ваших людей, – холодно произнес маг.

– Ц-ц-ц, как нехорошо выходит, – Шнипельсон покачал головой, – господин Демидов, все мои люди, как вы их назвали, это моя семья, сыновья или племянники. Каждого я качал на этих руках и точно могу сказать, что это не наш товар.

– А чей? – Митя забарабанил железными пальцами.

– А я знаю? – развел руками Абрам.

– Прекратите отвечать вопросом на вопрос, – потребовал маг. – Давайте еще раз, кто-то из ваших людей обладает магией?

– Ни в коем разе! – заверил Шнипельсон.

– И все же я бы хотел убедиться в этом, – настаивал Митя.

– Как скажете, господин маг. Мойша, сынок, позови своих братьев, нам ни к чему портить отношения с Зеркальным департаментом.

Юноша молча покинул комнату, а купец, взяв бутылек, взболтал его и, с интересом разглядывая, спросил:

– А скажите мне, уважаемый, что есть в этой бутыли?

– По сути, ничего, однако продается как лекарство от безумия, – признался Митя.

– Вы посмотрите, как интересно, – купец усмехнулся, – действительно, можно подумать на нас, но я уверяю, это не так. Впрочем, господин Демидов, кто-то очень хочет, чтоб вы так подумали, подсовывая вам этот Парах Тироф. О, а вот и мальчики, можете убедиться, никакой магии.

Митя рассеянно кивнул. Что-то знакомое мелькнуло в словах купца, но вот что, он никак не мог понять.

Меж тем в комнате стало тесно. Десять молодых мужчин, в таких же темных костюмах и белых сорочках, слушаясь старшего, выстроились пред магом.

Митя скользнул по ним взглядом. И, конечно же, не нашел ни одного мага.

– Кто-то из вас видел вот такое? Может, продавал или помогал продавать? – уточнил он, показывая на пузырек. Тот пошел по рукам, но все присутствующие только покачали головами.

– Вот видите, как я и говорил, это не наше, мы торгуем ваксой и гуталином, надо сказать, отличным гуталином. Если вам надо, то только для вас.

– Нет, спасибо, – отмахнулся маг, направляясь к двери, – извините, что побеспокоил.

– Какое беспокойство, о чем вы, – улыбнулся купец, выходя на улицу следом за ним, – я таки могу вам еще чем-то помочь?

– Нет, хотя да, – Митя внимательно посмотрел на Шнипельсона, – вы сказали какие-то слова. Тараф, тироф.

– Парах Тироф, – поправил мага купец. – Цветок Безумия, или иначе его еще называют у нас Цветок Мести, это из одной легенды.

– И о чем она?

– О мести, которая свела с ума целый город, в общем, все умерли, – объяснил купец.

– И это только легенда? – осторожно уточнил Митя.

– Я вас умоляю. В нашем мире всякая легенда может быть только отчасти легендой, – он подмигнул магу и, откланявшись, вернулся в дом.

Митя же, погруженный в свои мысли, направился в сторону выселок. И ему было о чем подумать.

* * *

– Вы что ж делаете, ироды! А ну, пошли прочь, поганцы, ух я вам! – донесся до Мити женский голос.

Он удивленно хотел оглядеться, но вдруг понял, что лежит на земле и мелкие камешки больно впиваются в щеку.

– Эй, парень, ты живой? – Кто-то тормошил его за плечо, отчего по телу прокатилась волна боли.

Вместо ответа маг только застонал, но вопрошающим и этого хватило.

– Живой, слава богу, живехонький, давай-ка поднимайся, бедолага, эк они тебя уделали-то. А за что?

– Кто? – прохрипел Митя, сплевывая на землю кровь, кажется, вместе с зубом.

– Да откель же мне знать? – удивилась тетка. – Только неча тут сидеть да ждать, пока вернутся, шел бы ты, милый, домой.

Митя в целом имел такое же мнение, однако ноги не держали, а перед глазами все плыло. С трудом подняв руку, он ощупал затылок и скривился. Пальцы враз стали липкими от крови. Видимо, напали сзади. Но почему он не помнит?

– Где я? – Маг сел, опершись о землю, не в силах удержаться на ногах.

– У меблированных комнат Савицкого. Вона, слышите музыку? Это у его жильцов вечно патефон играет. Житья нет, – пожаловалась тетка.

– У меблированных комнат? – повторил маг. – Зачем у них?