Добрым словом и кулаками - Николай Петрович Марчук

показывать каждый Новый год! — я выкрутился как мог из щекотливо ситуации, в которую сам себя загнал. — Ну, а в фильме показаны типичные сценарии семейной жизни, в которой кстати, самая лучшая модель у героини, у которой муж и трое детей, — скомкано попробовал ответить я на поставленный вопрос учительницей про советскую семью, — видно, что она счастлива.

— А главная героиня, что, по-твоему, не счастлива?

— Конечно счастлива, но только после того, как встретила Баталова, а до этого видно, что ей её работа счастья не приносила, а как нормального мужика встретила, так считай и зажила по-настоящему. В реальности она ему ребенка родит и на фиг со своей директорской должности свалит. Нормальный мужик — вот предел мечтаний любой нормальной женщины, а все эти директорские должности они нужны лишь разведенкам, брошенкам и прости господи феминисткам…

Ох, что тут в классе началось: гомон, крики, девчонки на меня тут же накинулись с протестом и язвительными фразочками, пацаны бросились на мою защиту, дескать Поляк прав — бабе место на кухне. Минут двадцать в классе царила полная неразбериха, возмущение и всеобщий гвалт, как на базаре воскресным утром. Короче накидал необдуманно фекалий на вентилятор!

Учительница кое-как угомонила класс, ей даже пришлось несколько раз хлопнуть по столу учебником, чтобы привлечь внимание школьников. Гомон стих, Лариса Ивановна дала возможность высказаться Светловой и Редькиной — конопатой девчонке, которую все за вредность характера звали — Редиской. Одноклассницы меня хорошенько пропесочили, заклеймив «мужланом» и «женоненавистником», но по итогу урока я, Светлова и Редькина получили в дневники пятёрки.

Когда прозвенел звонок на перемену, то Светлова подскочила как подорванная со своего места и как закричит на пацанов, которые гурьбой метнулись к выходу из класса:

— Никто не расходится! Важное сообщение!

— У нас перемена! — закричал в ответ Пыж. — Не имеешь права нас задерживать!

— А ну сядь! — рявкнула Светлова.

Пыжов и все, кто был с ним рядом тут же поплелись на свои места. Все-таки Наташка у нас девчонка суровая, с такой не забалуешься, класс держит в ежовых рукавицах. И чего спрашивается со мной тогда у озера не справилась, как гаркнула бы на меня и промеж глаз дубиной — хрясь… и всех делов!

— У меня важное объявление, — начала Светлова, после того, как все ученики 8-А вновь расселись на свои места, а Лариса Ивановна кивком головы разрешила ей говорить, — поскольку в 8-Б пришли три новых ученика, из которых два — отличники, то наш класс гарантированно проиграет ежегодное соревнование между выпускными классами, а это значит, что из нашего 8-А в старшую школу возьмут всего двоих, максимум троих учеников. Я считаю, что будет правильно если мы прямо сейчас сообща решим кто это будет, чтобы всё было по-честному.

— Светлова из-за этой ерунды ты нас не пустила на перемену? — возмутился Пыжов. — Я не собираюсь идти в девятый класс, можно мне выйти?

— Витя останься в классе, прояви уважение к одноклассникам, — настоятельно попросила классуха.

Пыж с грустным видом замолчал и насупился.

— Итак, давайте начнем с тех, кто хочет идти в 9 класс, — Светлова взяла в руки тетрадь и ручку, — пусть поднимут руки те, кто планирует попасть в 9 класс.

Взметнулось шесть рук: Смирнов, Брюхин, Краснова, Пенькова, Редькина, ну и моя рука.

— Поляк, а ты куда⁈ — возмутился Пыж. — Ладно эти, — кивнул он в сторону сидящих вместе Смирнова и Брюхина, — хорошисты, но ты то куда намылился?

— Имею право, — пожал я плечами, — в 9 класс берут по итогам 8 класса. Если у меня будут все «пятерки», то почему бы мне не пойти в 9 и 10 класс?

— Это не честно! — своим обычным язвительно-обиженным голосом произнесла Редиска. — Поляков всегда был закоренелым двоечником, а тут один класс хорошо отучится и из-за него кто-то другой, то кто все время учился хорошо не попадет в старшую школу. Это возмутительно!

— Поддерживаю! — тут же поддалась вперед Краснова. — Полякову нельзя идти в 9 класс, это нечестно.

— Наташа, а почему ты решила, что мы обязательно проиграем соревнование между классами? — спросил я.

— Это же очевидно, — нахмурилась отличница, — в «Б» классе сейчас с учетом новеньких трое круглых отличников, а у нас только один. По успеваемости мы их никак не одолеем. А все остальные показатели у нас наравне будут, особенно если кто-то сдержит свое обещание и не будет хулиганить как в прошлом году, — Светлова очень выразительно при этом посмотрела на меня, явно намекая, кто самый главный хулиган в красновской средней школе.

— Разрешите я скажу пару слов, — обратился я к классухе.

— Говори, — тут же кивнула Лариса Ивановна.

— Ребята, я вот что тут подумал, — начал я, — а почему бы нам не выиграть соревнование между восьмыми классами? У нас для этого есть все необходимое.

— Это на что ты сейчас намекаешь? — перебила меня Краснова. — Поляков у тебя что где-то завалялись парочку лишних отличников?

— Дело не в отличниках, хоть и в них тоже. Вот прикиньте, если мы, дружно, всем классом подтянем свои оценки, хотя бы на один балл. Хорошисты — станут отличниками, а троечники — станут хорошистами, тогда средний бал по успеваемости у нас всяко будет выше, чем у «Б» класса даже с учетом новичков. Поведение мы и так подтянем, за это я лично возьмусь и если кто из нашего класса будет бурагозить, то я ему так глаз подсвечу, что будет ходить как шелковый, ну а общественную работу мы и так уже наладили — трудовую дружину организовали, а это значит от председателя колхоза благодарственная грамота будет, плюс мне участковый на днях выдаст грамоту за помощь милиции — вот считай уже «Б» класс сделали.

— Поляк, а на фига мне жопу рвать в учебе, если я в девятый класс не планирую идти? — набычился Пыж. — Ладно вы шестеро, а нет, Светлова же тоже в старшую школу пойдет, короче, ладно вы семеро хотите дальше учиться, ну и флаг вам в руки, но зачем всему остальному классу за-ради вас пахать и жилы рвать?

В классе тут же вспыхнул гомон согласных с Пыжовым одноклассников. Две трети класса не планировал идти в следующий класс, они хотели поступать в училища