Кайа.История про одолженную жизнь(том 1-7) - Александр Алексеевич Иванов

…граф быстрым шагом вышел из парадной на улицу, а затем направился к оставленному авто.

Мария…она его любовница. С сегодняшнего дня уже бывшая, разумеется. Не зарегистрированная. Они находились в свободных, так сказать, отношениях.

В итоге эта барышня так и осталась для него до конца не разгаданной загадкой.

Она была с ним не из-за денег или каких-то выгод, что несут его титул и должность. Это факт, а факт — самая упрямая в мире вещь…

Граф натурально заскрежетал зубами, ведь эту фразу он услышал от психопата.

…ибо Мария — любимая дочка весьма и весьма состоятельных родителей. У нее есть буквально все (в разумных пределах, конечно), что только может пожелать молодая женщина. Подарки тоже не слишком-то жалует, но при этом достаточно умна, чтобы принимать их (а граф достаточно умен, чтобы не дарить то, чего она не примет точно), не обижая дарителя…то бишь графа…своим отказом.

По большому счету эти отношения ей были совершенно ни к чему.

В некотором смысле даже вредны. Стать женой…или в самом крайнем случае зарегистрированной любовницей…уважаемого человека она смогла бы без всяких проблем.

Мстислав предпочитал считать их отношения ее капризом.

«Извини, заяц, но он не оставил мне иного выбора. Ему невозможно перечить, но ты ведь и сам это знаешь, правда?». — вспомнились ему слова видения.

— С психопата станется сделать из Марии бомбистку-смертницу!

Графа внезапно охватила лютая злоба. Не на Марию, конечно. На дьявольского паяца.

Разумеется, «специально обученные люди» проверяли барышню, что называется, под микроскопом, изучая ее биографию, связи и прочее со всем тщанием. Ничего подозрительного в итоге не обнаружили. Однако имея дело с Воландом, никогда не знаешь, кто окажется игрушкой в его руках.

Неизвестно, является ли Мария марионеткой психопата или же ее появление — просто каприз. В любом случае, Мстиславу категорически не хочется, чтобы в реальности с любовницей приключилась трагедия. По крайней мере, он не желает быть самолично причастным к чему-то подобному. Это во-первых. А во-вторых, он не может себе позволить умереть до того, как дело будет сделано.

— Какая же все-таки невообразимая ты тварь! — вслух произнес Мстислав, мысленно обращаясь к Воланду и с надеждой подумав о том, что явление Марии в его апартаменты — это все-таки очередной ее каприз.

Сев в авто, граф проехал к круглосуточному магазину, где в отделе печатной продукции приобрел справочник гостиничных предприятий Петербурга.

Вернувшись за руль, Мстислав принялся торопливо листать страницы справочника и вскоре нашел то, что искал. Адрес гостиницы (если точнее, то одного из самых дешевых заезжих домов для «черной кости» — на самой окраине столицы), в которой ноги бы его не было в любое другое время, кроме сегодняшней ночи.

В заезжем доме, позже.

«За оплату наличными ассигнациями скидка 6%» — объявление на рецепции.

— Здравствуйте, господин. Чем могу служить? — безэмоциональным тоном и с таким же выражением на лице поинтересовалась непривлекательная дородная особа неопределенного возраста, являющаяся распорядительницей (и женой хозяина) заезжего дома, когда граф подошел на рецепцию.

Да уж, отличный визитный билет для этого местечка. — глядя на женщину, подумал граф, отметив затем тот факт, что на стойке имеется аппарат электросвязи. Он даже и не надеялся обнаружить такую древность. Однако эта штука очень даже кстати, не нужно будет рисковать, используя «левый» видеофон.

— Здравствуйте. Мне нужен номер на пару дней. И чтобы никто не беспокоил!

Распорядительница на несколько секунд уставилась на него…не мигая…своими тускло голубыми глазами, а затем сказала:

— Конечно, господин, но за неудобства требуется доплатить отдельно.

Графа прошиб холодный пот.

— За какие еще неудобства? — спросил он, засунув руку в карман пальто и обняв ладонью рукоять пистолета.

— Господин, мне пятьдесят восемь лет. Из них тридцать четыре я стою за этой стойкой. Навидалась всякого, уж поверьте. Дела постояльцев меня не касаются, но за доставленные нашему предприятию неудобства взимается дополнительная плата. Я позабочусь о том, чтобы вашей репутации не было нанесено ущерба, можете в этом на меня полностью положиться. Опыт имеется. — все тем же безэмоциональным тоном сказала распорядительница.

Графу вспомнилось то, как четверть века назад по Петербургу (и по стране в целом) прокатилась волна самоубийств среди «знатных». Тогда имело место едва ли не самое громкое дело о государственной измене и растрате (в котором засветилось огромное количество «знатных») за все время существования государства российского. И, если память ему не изменяет, не малое их (самоубийств) число по какой-то причине произошло как раз в такого рода заезжих домах. Видимо, и здесь тоже, отсюда и…опыт.

— Это… — граф сбился с мысли, — справедливо.

Мстислав положил на стойку удостоверение личности (на чужое имя), а также несколько крупных ассигнаций. В конце концов, эта женщина права, и неудобства, которые он вскоре причинит, требуют компенсации. К счастью, в данном случае всего лишь денежной.

Пересчитав деньги и убрав их затем в сейф, распорядительница зарегистрировала графа, после чего выдала ему ключи, а также заспанную горничную — скорее всего, китайскую беженку — чтобы та «проводила господина в его номер» и…«при надобности оказала бы ему прочие услуги».

Сервис.

Возле номера.

«Прочие услуги» граф истребовать не стал. Вместо этого выдал чаевые, размер коих сразу примирил горничную с ночной побудкой, и отпустил девушку досыпать.

Когда горничная удалилась, граф быстро огляделся по сторонам…а затем, достав из кармана оружие, осторожно отпер дверь в номер, после чего толкнул, открывая. Одномоментно с этим сделал шаг в сторону, уходя с линии возможного огня.

В любом ином случае он счел бы свои действия безумной паранойей. Но не теперь, когда дело касается адского паяца.

Выждав с полминуты, граф, готовый выстрелить на любой шорох, зашел в номер. Помещение, несмотря на ночное время, оказалось относительно неплохо освещено городской иллюминацией за окном.

Поставив портфель на пол, он пошарил освободившейся рукой по стене и нашел выключатель.

Включил свет.

Вопреки его ожиданиям, в номере (пусть вся обстановка и была видавшей виды, что естественно для подобного места) оказалось очень чисто и в некотором роде даже уютно.

Скинув ботинки и не оборачиваясь, граф закрыл ногой дверь, а затем (опять же свободной рукой и на ощупь) запер ее на замок.

Кроватей было две, он заглянул под каждую. Никого и ничего.

Шкаф пуст.

Задернул шторы, а затем проверил ванную комнату. Посторонние не обнаружились и там.

Вернувшись в комнату, Мстислав дополнительно подпер стулом дверь. Сняв