Власть памяти - Ирина Эльба

— Я тоже ничего не помню. А что было? — поинтересовалась я, усаживаясь на пол.

— Последствия эльфийского вина, — усмехнулся Ксандр, а целитель при этих словах напрягся, с укором на него поглядывая. — Мы с Лэном принесли несколько бутылок. Пошло хорошо, а вот побочка так себе. Только у меня похмелье?

— Я только кушать хочу, — пожала я плечами. — А что было-то?

— Кажется, мы играли в салочки, но это не точно, — отмахнулся гибрид. — Я тоже весьма смутно помню произошедшее. Ладно, мы пойдем.

— Кира, давай переселяться в соседнюю комнату. Здесь однозначно нужна уборка. Заодно просканирую тебя, чтобы проверить состояние.

Соседняя комната не сильно отличалась от предыдущей. Целитель, положив руку мне на лоб, стал перенаправлять жизненные и энергетические потоки, акцентируя силу на восстановлении ауры.

— Что со мной не так? — полюбопытствовала я, разглядывая напряженное лицо эльфа.

— Кроме очевидного истощения?

— Я не про это, Лэн. И ты меня прекрасно понял. Почему мужчины смотрят на меня так… странно.

— С желанием? В тебе течет кровь демонов, и это — основная причина. Ой, не смотри так испуганно. Есть маги, которые видят подобное. Но они будут молчать, потому что демонстрация таких способностей опасна в первую очередь для них самих. Так вот, ты не замечаешь, как источаешь демоническое обаяние. Пока ты не возьмешь его под контроль, одни будут молиться на тебя, другие — ненавидеть, но у всех станет превалировать единственное желание: заполучить. В малых количествах эта сила помогает расположить к себе, а вот в больших…

— А на вас троих, значит, она плохо действует? Раз вы не пытаетесь меня «заполучить»…

— Я на настойке, которая блокирует влечение. А у Ксандра и Ревирина хорошая выдержка, но не стоит проверять их на прочность.

— А я? Я ведь тоже поддаюсь таким чарам. Взять хотя бы вампиров… — Только вот в голове почему-то всплыл образ белобрысого демона.

— Ваша сила, сталкиваясь друг с другом, экранируется в обратном направлении, вызывая весьма своеобразную реакцию. Тебе надо научиться ставить щиты.

— Как только вернется магия, так сразу же, — отрезала я, чувствуя вспышку раздражения из-за темы своей силы. — Прости, что-то я себя плохо контролирую.

— Все хорошо, это последствия стресса. Вот погостишь у меня, я тебя и на ноги поставлю, и откормить успею, и знания впихну. — Эльф потрепал меня по макушке и помог подняться. — Пошли, злой хомяк!

Вкусный запах печеного заполнил весь дом. Вернее, его неразрушенную часть. Надо будет потом все же выяснить, что мы натворили.

— Так, солнышко, сегодня я ворую тебя у целителя! Мне понадобится помощь с одним древним фолиантом. Драконий еще не забыла? — ухмыльнулся Ревирин.

— Спрашиваешь! Если я не слышу животных, это еще не значит, что я забыла их язык!

— Значит, сегодня после обеда отправимся в архив.

* * *

Если честно, когда эльф говорил про архив, я представляла себе здание где-нибудь в центре города. Серый скучный фасад с рядами печальных стеллажей внутри и грустным архивариусом. Но мои фантазии оказались далеки от реальности. Вместо запыленных комнат с запахом плесени мы оказались возле огромного дуба, раскинувшего свои ветви на добрые десятки метров.

— На каждом ярусе дерева находится комната, отведенная под отдельный временной период, — пояснил Ревирин. — Далее деление идет по расам, языковым группам и алфавиту.

Комната, в которую мы вошли, имела грандиозные размеры и освещалась как солнечным светом, так и магическими светлячками. Тут стояли стеллажи с книгами, удобные кресла для чтения. За большим столом симпатичный эльф в обнимку с магбуком попивал нечто из оранжевого термоса.

— Добро пожаловать! Списки книг вы найдете на кристаллах за третьим стеллажом слева. Приятного времяпровождения! — заученно пробубнил архивариус.

Махнув рукой на это детище технического прогресса, мы потопали по указанным координатам. Благо все оказалось и вправду легче легкого. Найдя необходимый фолиант и вычитав в нем новый способ закалки металла, Ревирин решил вознаградить мой бедный мозг и язык за утомительный перевод и отвести в кафе.

Цветущий парк, по которому мы неспешно прогуливались, оказался на удивление пуст. Ревирин объяснил такое явление кратко: «Еще не вечер!» — и утянул меня с натоптанной тропинки вбок, протащив сквозь еле заметный просвет. Мое возмущенное фырканье резко оборвалось, когда перед глазами предстала причина внезапной смены маршрута. Огромный куст диких черных роз терялся в зарослях деревьев, выдавая себя лишь тихим журчанием родника, бьющего поблизости.

— Это розы Аль'кархель — цветы желаний. Эльфы часто приходят сюда поделиться своими мечтами. Не знаю, правдивы ли рассказы, но — попытка не пытка.

Изящная ладонь слегка прикоснулась к одному из цветков и замерла. На контрасте особенно ярко выделялись светлая кожа и длинные пальцы. Повторив движение, я закрыла глаза. Мыслей не осталось. Желаний тоже. Хотелось просто, чтобы все это прекратилось: нападения демонов, война, пророчества и издевательства надо мной маленькой.

— Загадала?

— Кажется. А ты?

— Загадал. И сейчас мне бы хотелось узнать силу этих цветов.

Ревирин осторожно притянул меня к себе, согревая теплом объятий. Они были мне хорошо знакомы: сколько раз я прибегала к нему, когда искала утешения из-за неудачного эксперимента, ссоры с мамой или иной глупости. Утыкалась носом в рубашку, пахнущую чем-то цветочно-хвойным, и закрывала глаза, прячась от всех невзгод.

Но сейчас объятия друга казались другими. Он смотрел иначе, внимательно вглядываясь в мое лицо и ища там ответ на вопрос, который вот-вот должен был сорваться с губ:

— Ты будешь со мной?

В этот самый момент весь мой мир перевернулся, заставляя сжаться сердце. Четыре слова, меняющие все наше «до» и наше «после». Смогу ли я однажды быть рядом с ним не как друг, а как любимая женщина? Не знаю. Возможно, однажды, но не сейчас. Только как объяснить это, чтобы не обидеть? Как донести, что он для меня нечто большее, чем друг, но полюбить его как мужчину я сейчас не в силах?

Встав на носочки, я осторожно коснулась его губ. В этот поцелуй я вложила весь свой страх потерять друга и искреннее сожаление, что не смогла оправдать его ожидания. Сладость губ сменилась странной горечью и привкусом соли. Только сейчас я почувствовала, что плачу.

— Я не требую от тебя поспешного ответа, — улыбнулся эльф, сцеловывая соленую влагу. — Просто знай, что я люблю тебя и буду ждать.

От этих простых и таких правильных слов поток слез стал еще сильнее, оставляя мокрые разводы на белой ткани его рубашки.

— Зачем я тебе, Ревирин? От меня одни беды. Тем более сейчас, в столь смутное время. Я ведь полудемон, и ты знаешь это. Меня хочет убить