Кухарка для дракона - Ада Нэрис

Но он не передумал.

— Хорошо, — сказал он наконец. — Давай попробуем.

Элла замерла. Слово повисло в воздухе, тёплое и настоящее.

— Правда? — переспросила она, боясь поверить.

— Правда. Ты никогда не предлагала глупостей. Если ты думаешь, что это сработает — значит, стоит попробовать.

Она вскочила со стула так резко, что он едва не опрокинулся. Подбежала к нему, обхватила за шею, прижалась изо всех сил.

— Спасибо! — выдохнула она ему в плечо. — Ты не пожалеешь. Обещаю. Мы такое сделаем! Все будут ездить только к нам! Лучшая таверна во всём королевстве!

Он обнял её в ответ, прижал к себе. Голос его звучал глухо, но тепло:

— Я не пожалел ещё ни разу с тех пор, как ты появилась.

Она отстранилась, посмотрела на него. В его глазах было то самое выражение, которое она уже научилась узнавать — спокойное, любящее, чуть насмешливое. Он верил в неё. Просто верил. Без вопросов, без сомнений.

— Значит, завтра начинаем, — сказала она деловито, вытирая непрошеные слёзы. — Осмотрим зал. Нужно понять, что там вообще есть, что убрать, что починить.

— Там давно никто не был, — заметил Аррион. — Пыль, паутина, может, мыши.

— Мыши — не проблема. Кошку заведём. Или ты можешь магией их выгнать?

— Могу. Но кошка лучше. Меньше магии — больше доверия.

Она улыбнулась. Он учился. Учился думать по-человечески, учился понимать, что людям важно.

— Столы, стулья, — продолжила она, загибая пальцы. — У тебя есть где-то в замке старая мебель? Не парадная, а простая, для гостей?

— В подвалах много всего. Предки не выбрасывали.

— Отлично. Значит, переберём, починим, если надо. Посуда? Тарелки, кружки, ложки?

— Тоже есть. Целые кладовые с посудой. Надо только перемыть.

— Это я быстро. Кухня у меня уже есть, печи работают, ледник есть. Продукты будем у Калеба брать, он обещал помогать.

— Калеб будет рад, — усмехнулся Аррион. — Он давно хотел стать главным поставщиком.

— Станет. И меню надо продумать. Что-то простое, но вкусное. Супы, жаркое, пироги. И обязательно что-то особенное, ради чего люди будут специально ехать.

— Например?

— Например, твой чай. Серебристый. Нигде такого нет. Будем подавать как фирменный напиток. «Чай дракона». Круто Звучит?

— Звучит как отрава, — заметил он.

— Звучит загадочно. Люди любят загадочное.

Она говорила и говорила, а он слушал и улыбался. Впервые за многие столетия ему было интересно то, что происходит здесь и сейчас. Не в древних книгах, не в звёздах, не в магии. А в этой маленькой, тёплой женщине, которая сидела напротив и рисовала пальцем на столе их будущее.

— А ты? — спросила она вдруг. — Ты согласен? Правда? Это же твой дом, твой покой, твоя тишина. А тут будут чужие люди, шум, гам.

Он взял её руку в свою. Пальцы его были тёплыми, сухими, надёжными.

— Мой дом, — сказал он медленно, — это не стены. Это ты. Где ты — там и дом. А если ты хочешь таверну — значит, будет таверна. Я с тобой.

У неё снова защипало в глазах. Она прижалась щекой к его руке, закрыла глаза.

— Я люблю тебя, — сказала она тихо.

— Я знаю, — ответил он. — Я тоже.

Они сидели так долго. Потом Элла встрепенулась:

— Всё, хватит сидеть. Пошли смотреть зал. Вдруг там всё совсем плохо? Вдруг крыша течёт?

— Не течёт, я проверял.

— А вдруг мыши съели все стулья?

— Тогда сделаем новые с помощью магии.

— Вот видишь, — улыбнулась она, вставая. — Магия пригодилась. Не только для книжек.

Он поднялся следом, взял её за руку.

— Для всего пригодится. Для тебя — особенно.

Она засмеялась и потянула его к двери. Впереди была куча дел, пыль, паутина, мыши и тысячи мелочей. Но всё это было не страшно. Потому что они были вместе. И это значило больше, чем любые трудности.

Глава 18

Они вышли из кухни и направились в нижний зал. Элла шла быстро, почти бежала, и Аррион едва поспевал за ней, хотя ноги у него были длиннее. Ей не терпелось увидеть то место, которое станет их таверной. Тем более что она там ни разу не была — за всё время в замке она освоила только кухню, библиотеку, жилые комнаты и кладовые. А нижний зал оставался запертым, и она как-то не задумывалась, что там.

— Давно тут никого не было? — спросила она на ходу.

— Лет сто, — ответил Аррион спокойно. — Может, больше. Я не помню.

— Сто лет? — Элла остановилась, обернулась. — Там же, наверное, всё в паутине!

— Наверное, — согласился он. — Но пауки тоже жить хотят.

Она фыркнула и побежала дальше.

Дверь в нижний зал была массивной, дубовой, с коваными петлями, которые, кажется, никто не смазывал всё это столетие. Аррион толкнул её — петли жалобно заскрипели, но дверь поддалась.

И они вошли.

Элла замерла на пороге.

Зал был огромным. Намного больше, чем тот, где они сидели у камина. Высокие сводчатые потолки уходили в темноту, вдоль стен тянулись каменные колонны, а в дальнем конце, у противоположной стены, зиял чёрный провал огромного камина. Камин был таким большим, что в нём можно было зажарить целого быка, не то что просто дрова положить.

Но красоты во всём этом не было. Было холодно, сыро и мрачно. Каменный пол казался ледяным, даже на расстоянии. Стены покрывал налёт вековой пыли, по углам висела паутина, и в воздухе пахло затхлостью и временем. Солнечный свет едва пробивался сквозь узкие окна, затянутые грязью.

— Ого, — сказала Элла. — Работы много.

— Много, — согласился Аррион. — Но мы справимся.

Он шагнул в зал, и Элла пошла за ним. Шаги гулко отдавались в пустоте. Она подошла к камину, заглянула внутрь — там было темно и пахло старой золой.

— Камин рабочий? — спросила она.

— Должен быть. Я не проверял.

— Проверим. Если дым будет идти в зал, а не в трубу — придётся чистить.

Она огляделась, прикидывая масштаб. Столы, стулья, освещение, утепление. И главное — чтобы было уютно. Не просто чисто, а именно уютно. Чтобы люди заходили и хотели остаться.

— С чего начнём? — спросила она.

Аррион оглядел