Черное Кольцо - Роман Г. Артемьев

несут в себе изначально заложенный создателями посыл. Заклятья противоположных стихий конфликтуют между собой, их лучше не вкладывать в один предмет, даже не применять поблизости. Заклятья одной стихии, наоборот, резонируют, усиливая друг друга. Есть стихии дружественные, нейтральные, враждебные, все их следует знать и учитывать. Задача сложная, поэтому в острых ситуациях вроде боя с незнакомым противником часть традиций рекомендовала применять вне-стихийные заклинания (есть и такие). Практики вроде Стормсонгов на мнение теоретиков плевали, они использовали всё, чем владели.

Так вот, возвращаясь к артефактам. Их созданием Анна всё-таки занималась.

— Служанки дежурят в отдельной уборной комнате, подальше от зала. Они должны иметь при себе полный набор необходимого, если вдруг леди потребуется привести в порядок платье. Кружева отрываются, напитки проливаются на одежду, недоброжелатели могут наложить оскорбительную иллюзию. Основное внимание, конечно, будет приковано ко мне, но вам тоже следует быть настороже.

Объяснять что-либо дяде Джону не требовалось, он балы и приёмы посещал не раз. Лекция предназначалась для Родерика и Мэри.

— Начнём с тебя, Мэри. Держи, — леди передала ей две простенько выглядящие вещицы. Тем не менее, служанка взяла их с широко раскрытыми глазами, осторожно, словно не веря, что ей доверяют подобные ценности. Не носила она прежде серебро с мелкими драгоценными камнями. Да сам факт того, что госпожа доверяет ей предметы с магической начинкой, переводил её на вершину иерархии слуг! — Браслет надень на правую руку. Всю еду, напитки, предметы, которые тебе передают, берешь только этой рукой. Если вдруг браслет нагрелся — немедленно бросай полученное! Значит, тебя пытаются отравить или проклясть. Браслет способен определить простые яды, зловредные эликсиры, мелкие проклятья. Тебе должно хватить, вряд ли на служанку захотят тратить нечто серьёзное.

— Ага, — неловко кивнула Мэри с ошарашенным видом.

— Браслет носи постоянно, — продолжала инструктаж Анна. — Гребень вденешь в волосы перед выходом из кареты. Ты не одаренная, защитные артефакты подобного рода угнетающе действуют на твой организм, поэтому долго носить их нельзя. Говоря простым языком, через несколько часов ношения ты сначала захочешь спать, потом начнёшь запинаться, пальцы станут неловкими, ещё позже перестанешь понимать, что тебе говорят. Зато! Пока на тебе эта вещь, проклясть тебя нельзя. Зелье подлить можно, но против зелья браслет. Поняла?

— Поняла, миледи!

— Если будет возможно, покинешь комнату, посидишь в карете со снятым гребнем. Там своя защита есть. Теперь насчет тебя, Род, — обратилась к парню леди. — На балу ты будешь присутствовать в качестве оруженосца своего дяди, поэтому старайся от него не отходить. Или хотя бы периодически появляйся перед глазами, чтобы он тебя видел. У оруженосцев свой стол, сидеть будешь за ним. Вот тебе браслет, он такой же, как у Мэри. Да, я помню про твоё кольцо, но в данном случае лучше перебдеть.

Вести себя с достоинством, ссор не затевать. Если бокал или тарелку отставил, больше из них не ешь и не пей. Старайся поменьше говорить и побольше слушать — нам надо понимать, какие у гостей между собой отношения. Кто нам друг, кто враг, чего хотят, на что нам рассчитывать. Если попросят показать экипаж, соглашайся, но внимательно смотри, чтобы ничего не подкинули. Ты, в определенном смысле, разведчик: у тебя есть шанс услышать то, о чем не станут упоминать в разговоре со мной или дядей Джоном…

Инструкции леди Стормсонг выдавала до самого отъезда на бал, щедро пересыпая живыми примерами, как из личного опыта, так и услышанными от знакомых. Несмотря на отличие местных традиций от придийских, основа публичных увеселений в колдовских родах Северной Европы одинакова, точно так же, как и поведение отдельных гостей. Балы, пиры, банкеты и прочие празднества никогда не являлись только способом развлечься, они служили множеству разных целей, от поиска подходящей партии для детей до составления союзов против общих врагов.

Ей самой тоже следовало подготовиться, причем основательнее спутников. Наблюдать в первую очередь станут за ней, её же захотят проверить на крепость и прочие качества. А у неё даже защиты нормальной нет! Все артефакты, в которых она посещала балы, остались в Уинби, откуда девушку увезли в том, в чём она в тот момент была. То есть простенькие сережки, обязательные кольца на пальцах и неизменный крестик на шее. Она, разумеется, позднее пыталась исправить ситуацию, разными способами, но вышло с переменным успехом.

Предметы работы мастеров купить сложно, в открытом доступе их почти не найти. Почти — значит, стоят они бешеных денег. А леди Стормсонг, в силу этикета и здравого смысла, носить должна либо мастерские вещи, либо изготовленные собственноручно. Остальные ей не по статусу. Поэтому она старалась, экспериментировала, создавала артефакты, больше похожие на художественные изделия, уместные в облике знатной дамы. Мечтала изготовить малую парюру, чтобы драгоценности составляли единый комплект, усиливающий и взаимодополняющий. Увы, пока что не всё у неё получалось. Например, ей совершенно не давались артефакты ментальной направленности, из-за чего гребень для Мэри оказался непригодным для долгого ношения.

На помощь пришла ритуалистика. Или, правильнее, обрядовая магия, совмещенная с ритуалом — попытки отразить проклятье в наложившего его делались, наверное, ещё в древнейших цивилизациях Земли. Получалось так себе, пока не пришли до отвращения рациональные латины, поставившие магию на относительно научную базу и создавшие ритуал «зеркало Тривии», позднее пересчитанный во множестве вариаций. Стормсонги, разумеется, разработали свою версию. Долго носить «зеркало» не сумел бы и магистр, Анну хватало на половину суток, причем под конец на неё нападал жуткий голод, однако она считала неудобства приемлемой платой за неуязвимость от проклятий воинской и рыцарской ступеней.

— Дома я как-то не задумывалась, сколько времени, каких усилий требует подготовка к балу, — призналась она дяде Джону. — Там всё давно было налажено. И помощниц больше… Всё приходится делать с нуля. Радует, что в следующий раз будет проще.

— Уверена, что он случится? — съехидничал Хингем. — Может, мы так опозоримся, что больше не позовут.

— Никаких «опозоримся»! Мне нужно наладить связь с местной элитой. Нерешенных проблем — пучок и кучка, одни церковники чего стоят!

— А что с ними? — не понял сэр Джон.

— С ними всё плохо. Мы уже дважды не заплатили десятину, и если о первом разе, с медведя, мало кто помнит, то о только что случившемся походе знают все соседи.

По закону предполагалось, что церковная десятина платится с любых доходов. Однако подобным мало кто занимался, просто вносили раз в год фиксированный взнос. Отслеживали только крупные суммы, вроде добычи от убийства уникальных чудинцев и им подобных.

— Ты сама знаешь, что нашей церкви здесь нет.

— Да, по закону мы правы, — согласилась леди. —