Идеальный мир для Химеролога 10 - Олег Сапфир

— Вот именно, — кивнул я. — Вас никто не рассматривает как конкурентов. Вас рассматривают как актив. Темляков хочет обанкротить это место, загнать вас в невыплачиваемые долги, чтобы пансионат перешёл под внешнее управление. А потом он просто купит его у банка за сущие копейки. Зданию здесь цена — мусор, а вот ваша государственная лицензия на работу со спецконтингентом и квоты на содержание — это золотая жила. Получить такую лицензию с нуля сейчас практически нереально, а вот переоформить готовое предприятие после банкротства — раз плюнуть.

— Но мои люди… Как он смог их уговорить на убийства⁈

— А никого не убивают, вы же сами заметили, — я пожал плечами. — Людей просто доводят до края, вызывают приступы. Плюс Темляков пообещал вашим медикам шикарные условия. Увеличение зарплаты в два раза после смены владельца, сохранение текущих рабочих мест и солидный разовый бонус прямо сейчас в конвертах. Но самая жирная наживка в другом. Темляков гарантировал каждому вступившему в схему сотруднику право оформить в новый пансионат двух человек. Бесплатно по документам. По факту это будут «мёртвые души», фиктивные пациенты, за содержание которых государство продолжит исправно переводить субсидии. Эти деньги сотрудники будут просто забирать себе в карман каждый месяц. Стабильный, высокий доход за счёт Империи. Согласитесь, от такой халявы сложно отказаться людям с маленькой бюджетной зарплатой.

Эмиль Елисеевич закрыл лицо руками.

— Что же делать… — глухо произнёс он сквозь пальцы. — Это конец. Если я уволю их всех сегодня, завтра мне придётся закрыть пансионат. Никто не выйдет на смены. Пациенты останутся без ухода. А если начну нанимать новых…

— То Темляков купит и новых, — закончил я за него. — Схема уже работает, её деньгами заливают щедро. Не паникуйте раньше времени. Я займусь решением этой проблемы, но сейчас у меня просто нет свободных окон в графике. Придумаю, как перекрыть кислород Темлякову и очистить ваше учреждение без вреда для стариков.

— А пока вы думаете? Они же продолжат подливать дрянь в капельницы! Кто-нибудь из пациентов может не пережить следующий приступ!

— Не продолжат. Мой человек находится в здании, а по вентиляции курсируют весьма специфические охранники. Пока они здесь, ни одна медсестра не сможет добавить в раствор ничего лишнего. Идиотов, желающих расстаться с пальцами, среди вашего персонала нет. Ждите моего сигнала.

Оставив директора переваривать информацию, я вышел в коридор и направился в сад. Пыж уже сменил дислокацию. Ветеран грелся на солнышке в беседке. Возле его коляски кучковалась группа из десятка стариков. Они выглядели хмуро, стояли прямо и курили. У многих не хватало конечностей, кто-то опирался на сучковатые палки, но спины они держали так, будто готовились к построению на плацу.

Пыж заметил меня и махнул.

— Командир!

Я приблизился к беседке. Десяток пожилых взглядов скрестились на мне. Изучающие, тяжёлые взгляды людей, прошедших через мясорубки Диких Земель.

— Чего тебе, Игнат Петрович?

Ветеран указал на столпившихся стариков.

— Начальник, познакомься. Это военные в отставке, бывшие штурмовики, оперативники с кордонов. Я тут с ними разговорился… В общем, мы с парнями посмотрели на то, что ты с нами сделал. Кости больше не ломит, мотор в груди работает как в двадцать лет…

Один из стариков, крепкий мужчина с глубоким шрамом через всё лицо, шагнул вперёд и сухо кашлянул.

— Мы не любим тянуть кота за причинные места. Игнат сказал, что вы умеете лечить безнадёжное. Особым способом.

— Ну, зависит от обстоятельств. Услуги стоят денег.

— У нас нет денег, — честно признался мужик. — Зато у нас остался опыт. Оружие держать мы умеем, дисциплину знаем, приказы исполняем чётко. Пыж обмолвился, что вам нужны люди. Если вы сможете поставить нас на ноги так же, как его… Мы готовы работать.

Я окинул взглядом этот клуб по интересам. Десять обстрелянных ветеранов. Империя выбросила их на свалку, выплачивая жалкую пенсию. Их знания и рефлексы ржавели без дела. А у меня как раз назревал колоссальный кадровый голод. Стройка в Изумрудной зоне требовала серьёзной охраны периметра, фермы придётся защищать круглосуточно. Да и на других объектах пара крепких ребят на контроле очередей не помешает. Отдельная автономная группа мне сейчас нужна как воздух.

При этом привлекать внимание наёмных корпораций мне не улыбалось, светиться с большими контрактами тоже. А эти старики идеальный вариант. Надёжные, невидимые для системы, готовые пахать за шанс вернуть себе нормальное тело.

— Звучит заманчиво, — медленно произнёс я, изучая потенциальных рекрутов. — И охранники на фермы мне действительно пригодятся. Но я сейчас загружен по горло оперативными задачами, чтобы заниматься собеседованиями на лавочке. Завтра утром пришлёте подробные анкеты. Весь боевой опыт, травмы, умения и хронические болячки расписать детально. Передайте бумаги моему администратору Валерии, она сейчас заведует отделом кадров. Она всё рассортирует и назначит время.

Уже выходя за ворота пансионата, я услышал позади тихие смешки ветеранов. Надежда иногда творит с людьми лучшие вещи, чем любая алхимия. Оставалось только понять, где я возьму время, чтобы залатать ещё десяток переломанных организмов, и не сойти при этом с ума.

* * *

Восточный периметр Петербурга

Тяжёлый десантный броневик со скрежетом переполз через металлические ограничители контрольно-пропускного пункта и грузно осел на рессорах. Бронированная аппарель ударилась о мокрый бетон, разбрызгивая лужи.

Бойцы сводного отряда «Стражей», который таким стал после того, как часть отряда была отправлена в командировку под Выборгом, а из-за внезапного нашествия диких химер, был срочно доукомплектован людьми с опытом из рядов гвардии императора и лояльных семей, выбирались наружу молча, с трудом переставляя ноги. Они напоминали ожившие статуи из грязи. Керамические пластины доспехов покрывал густой слой запёкшейся слизи мутантов, болотной тины, глубоких борозд от когтей и человеческой крови. Никто не пытался оттирать визоры шлемов, проверять остаток заряда в кристаллах или переговариваться. Единственное, на что у них сейчас хватало воли — это аккуратно вывести следом за собой своих питомцев.

Боевые пантеры буквально выползали из тёмного нутра десантного отсека. Идеальные машины для убийства, гордость имперской селекции, сейчас выглядели как растерзанные мишени с полигона. У одной огромной кошки правый бок представлял собой сплошной химический ожог, обнаживший рёбра. Вторая волочила задние лапы, оставляя на бетоне багровые разводы.

Командир отряда стянул с головы помятый шлем, швырнул его на пластиковый ящик с песком и провёл рукой по слипшимся от пота волосам. Его личная химера, Влада, тяжело осела прямо у его ботинка, положила массивную