Необычные истории старого Дома - Юлия Чернухина

Ворон дунул, клацнул клювом – и никого не осталось на месте крысака.

И только пятеро малышей сладко спали и не подозревали о разыгравшейся трагедии.

– Это наши новые жильцы, – строго сказал Отрывкин, – просьба любить и не обижать. А ты, Ворон, расскажи все-таки свою историю, если не очень сложно.

– Хорошо, – сказал Ворон. И начал…

Байки старого Ворона: Переезд

Звали ее Лариса Самуиловна Крендич.

Девушка высокая, выше среднего, с толстой косой цвета воронова крыла, а вокруг круглого личика – короткие кудряшки, которые не влезли в косу и никак не хотели заплетаться. Лицо было живое, подвижное, – каждая эмоция на виду, и черные глазищи на пол-лица, затененные мохнатыми ресницами. Иногда в этих глазах вспыхивала смешинка, а полные губы лукаво улыбались. Но чаще в них отражалась вся мировая скорбь. И в такие моменты хотелось обнять за плечи, защитить от всего зла мира.

Конечно, все, кто ее знал, называли Ларочкой. Когда некому было помочь старикам, звали Ларочку. В магазин ли сбегать, за ребенком присмотреть – всё к ней. Была она медсестрой. Но все называли ее сестрой милосердия. Жила с родителями. Они души не чаяли в своей девочке. Нехорошие языки (они везде есть) говорили: «Ох уж эти еврейские семьи! Так со своими детьми носятся…»

Собиралась Ларочка поступать в медицинский, когда пришла беда. Пришел на ее землю враг лютый и безжалостный. Но сначала всё как-то думалось, что приспособятся.

И вдруг всем оповещения пришли: срочно вывозят в Германию. Целыми семьями. Со всем скарбом.

Делать нечего, засобиралась и Ларочкина семья.

– Ничего, – утешал отец всех, а больше всего себя самого, – и на чужбине люди живут.

Подогнали им подводы. Взять разрешили совсем немного («Там купите!») и повезли. Люди сидели, переговаривались, подшучивали, строили планы на будущую жизнь в другой стране. Пока вдруг кто-то не спросил:

– А почему через Бабий Яр? Там до станции крюк еще делать…

Но любопытного успокоили: мол, как надо, так и везут. «Мимо станции небось не проедут», – смеялся кто-то.

Ларочке стало тревожно, и она, как всегда это делала, прижалась к матери.

Стоял конец сентября 1941 года. Это была первая поездка в Бабий Яр.

Ларочке не исполнилось еще и семнадцати.

Никогда не исполнилось.

Вася расплакалась, погладила сироток, и они с Лёвой ушли.

Каждый, выходя из спальни Отрывкина, гладил крысят и вытирал глаза, Ворон в том числе.

Глава 10. И еще крысята, и Отрывкин-кактус

За крысятами присматривать была поставлена Василиса – все-таки опыт с детьми и так далее. Наставницей по межвидовым отношениям к котятам назначили Сову – на полном серьезе. С условием, что никаких прапорских заскоков и тем более дедулиной настойки не будет, пока она с малышами.

А с малышами она была весь световой день, да еще и ночи прихватывала, если нужны были для обучения.

Так что сами понимаете, какое бывало настроение у Совы. Но неожиданно роль наставника ей пришлась по душе. Котята ее любили, можно сказать, с пеленок, называли тетушкой – и Сова таяла. Куда-то неожиданно подевался прапор со своими привычками и ругательствами, клюв у Совы теперь всегда был надлежащей формы и отполирован. И превратилась наша Сова в настоящую гранд-даму, если, конечно, ничто не угрожало ее подопечным. Но если вдруг – тогда держись, полетят клочки по закоулочкам.

Так что все малыши были при няньках, ухожены, и воспитанием их занимались две самые лучшие (и единственные в Доме) воспитательницы.

Дети – и котята, и крысята – росли добрыми, чуткими и воспитаны были лучше своих взрослых. И так случается. У крысят открылись глазки, и тут-то и началось самое интересное. Бегали они шустро, и Васе приходилось буквально летать по всему Дому, чтобы кто не потерялся. Потом крыски поняли, что от них хотят. И стали послушными воспитанниками тетушки Васи. (Лёва всегда смеялся, когда слышал, как называют его жену. Пока однажды не словил подзатыльник от Отрывкина: авторитет жены, мол, подрываешь.)

Жизнь шла своим чередом.

Однажды Отрывкину понадобилась живая вода из лаборатории. Он аккуратно накапал в пузырек несколько капель и герметично заткнул стеклянной пробкой. Пипетку вымыл и положил на специальный лоток сушиться.

И пошел себе в Дом – продолжить кое-какой неопасный опыт.

А тем временем тетушка Сова проводила предметный урок на природе: как нельзя сдирать кору с деревьев и что будет, если все деревья останутся без коры. Для наглядного примера, как вылечить разодранное дерево, Сова зашла в лабораторию, увидела пипетку из-под живой воды, вроде мытую, и решила, что даже в такой разбавленной пропорции силы живой воды вполне хватит, чтобы заживить дерево. Она набрала в пипетку воды из-под крана и понесла к расцарапанному котятами дереву.

Котята сидели в ряд и наблюдали, что будет.

Самая любопытная, Аська, спросила:

– А хватит ли силы у разбавленной живой воды?

– Хватит, – авторитетно заявила Сова и капнула на кору.

Сначала ничего не происходило. Потом кора позеленела, стала разрастаться и закрывать раны дерева и, наконец, стала бурой, как и весь ствол.

– Ой, как здорово! – заверещали котята. А Матвей, самый серьезный, произнес достаточно логичную вещь:

– Значит, деревья можно драть, если их так просто заживить?

– Я тебе дам «драть», – разозлилась Сова. – А не подумал, что и дереву может быть больно? А не подумал, что частое использование магии приведет к нарушению баланса в нашем мире? А это, в свою очередь, приведет к росту негативной материи и ухудшению жизни?

– Я понял, тетушка Сова, извини, – стыдливо произнес Матвей.

– Мы все всё поняли, – подтвердили котята.

Сова растаяла и пошла относить пипетку, думая при этом: «Какие умняшки! А кто их такими делает? Я!»

При таких приятных мыслях Сова стряхнула остатки влаги с пипетки на траву, положила пипетку в лоток и пошла к котятам – дальше учить их жизни. Очень ей это нравилось. Да и любила она их, что уж там. Рыжие пострелы – так она их называла любя.

Поскольку Сова с котятами скрылась за деревьями, она не увидела, что маленькая капелька из пипетки, которую она вытряхнула, попала на небольшой кустик чертополоха. Он неведомо как остался расти здесь после массовой чистки вокруг Дома.

На кустике образовался бутончик, потом он разросся до размеров крупного яблока, налился ярко-красным цветом – и распустился. Это был самый яркий и красивый цветок в саду в это время. И самый крупный. Неожиданно растение выдернуло один корень из земли, другой – и потихоньку зашкандыбало в сторону Дома.

Отрывкин тем временем залил живой водой в смеси с затиркой трещинки, появившиеся