Необычные истории старого Дома - Юлия Чернухина

Поднял Отрывкин глаза от подоконника – и встретился взглядом, по-другому не скажешь, с громадным красным цветком на небольшом кустике чертополоха, кто его знает откуда взявшемся. Отрывкин отпрянул от столь пристального взгляда. Тем более непонятно, чем смотрел цветок: глаз не было.

Окно было распахнуто, и Отрывкин, по привычке со всеми разговаривать, спросил:

– Ты кто?

– Конь в пальто. Разве не видно? – с сарказмом ответил цветок.

– А ты откуда? – спросил Отрывкин первое попавшееся.

– Оттуда, – язвил цветок, – всех моих родичей повыполол, а меня пропустил.

– И что мне теперь, извиняться, что ли? – начал заводиться Отрывкин.

– А я виноват, что сорняк, а не настурция какая-нибудь? – в свою очередь возмутился чертополох.

– От меня что надо? – устало спросил Отрывкин. Еще и ссоры с цветком ему не хватало.

– Должок с тебя, – ухмыльнулось растение. И ка-а-ак плюнет какой-то зеленой массой прямо в лицо Отрывкину! – Наслаждайся, – сказал цветок и поковылял прочь от Дома.

Что тут началось! Отрывкин орет от боли, Дом хлопает ставнями и роняет кочерги.

Все прибежали и увидели жуткую картину: лицо Отрывкина, руки, да и туловище, наверное (под одеждой не видно), проросли и продолжали прорастать гигантскими колючками зеленого цвета. А на краю поляны, раскачиваясь из стороны в сторону, шлепал какой-то непонятный цветок. Шел он по направлению к лесу.

– Цветок… – бормотал Отрывкин. – Остановить…

– Цветок никуда не денется. Чертополох это, злой по природе, – бросил Ворон. – А вот за что он тебя так – это уже интересно.

– Потом, – просипел Отрывкин, – помоги.

– Конечно, – сказал Ворон.

– Я тоже, – вызвалась Сова.

Взявшись за руки (или что там у них было), птицы громко закричали, заклацали клювами и что есть сил подули на Отрывкина, стоявшего между ними. Он был похож на кактус, да еще и в крови от иголок.

Иголки мигом скукожились, засохли и отвалились. На их месте остались маленькие красные пятнышки, как от укусов. Взяв живую воду, Отрывкин протер пятнышки, и они исчезли.

– Ты везде протирай: споры могли остаться, – сказала Сова.

Отрывкин еще раз протерся живой водой и почувствовал себя совсем хорошо.

– А с чертополохом что делать будем? Ведь тоже от нас пострадал, – спросил Отрывкин.

– Пойду поговорю с ним, что ли, – небрежно сказал Соловей и упорхнул.

Всем стало тревожно.

Через какое-то время из леса вышел чертополох, сверкающий своим цветком, а на плече у него сидел Соловей и пел. Да как пел – заслушаться можно было.

– И что, он теперь не злобный и не буйный? – саркастически спросил Ворон.

– Не-а. Он теперь член нашей команды. Я его подвел к озерцу, показал, каким он стал, а еще показал, каким он мог бы быть. И предложил выбор. Но он так себя полюбил – в жизни не видел такого красивого цветка у себя. Не мог оторваться от своего отражения. Пришлось зеркало подарить.

– Так ты из него нарцисса сделал, что ли? – засмеялся Лёва.

– Почему? Как был чертополохом, так и остался. Сказал, что такой красоте неуместно быть злобной. И теперь он всех любит, но себя больше, – обиженный, что не оценили его труд, пробубнил Соловей.

Тут уж грохнули все.

Особенно смеялся Отрывкин. У него ничего не болело, и он был счастлив.

К окну подошел смущенный чертополох, извинился за свою выходку и спросил, где бы ему остановиться для проживания.

– Да где хочешь, – отсмеялся Олег, – поляна и лес большие. Ходить ты умеешь, выбирай сам. Только уговор: никаких обид и ссор. Своих не трогаем! Закон этого Дома, Дома с привидениями.

Глава 11. «Я водяной, я водяной…»[7]

Как-то решил Отрывкин собрать своих и отдохнуть на реке.

Река протекала по границе его области с соседней. Была большая, судоходная. Хорошие местечки для рыбалки, для отдыха там тоже были. Недолго думая, свистнул всех, и через пять минут на лужайке перед Домом собрались все.

И постоянные обитатели, и дракончики Уголек с Зеленым, и волчишка Марья.

Ни у кого не было возражений. Подзарядив левитационный кристалл, собрались в путь. Вдруг видят – косолапит и новый друг, Чертополох.

– Я тоже хочу, возьмите меня с собой!

– Конечно, заходи, – приветливо сказал Отрывкин.

– И меня тоже, – тихо прошептало серебристое пятно из параллельного мира.

– А ты-то когда успело? – задал риторический вопрос Отрывкин.

– А я свист услыхало.

– Ну и свистишь ты, Олегыч, – усмехнулся Лёва, – в другом измерении слышно.

– Да это я просто на вас настроено, – объяснило пятно.

– Кстати, давно хотел спросить: имя-то у тебя есть? – продолжил Отрывкин.

– Есть, – сказало пятно, – принц я вообще-то. Из соседнего измерения. А зовут Пятнышко.

– Ну, Пятнышко так Пятнышко. Василиса, крысок не забыла?

– Нет. Накормлены, спать уложены.

– Тогда поехали! – крикнул Олег, и Дом медленно стал подниматься в воздух. А потом величественно полетел в сторону реки.

Пролетали они над лесами, над полями. Красиво вокруг, спокойно и радостно. Радостно и на душе у Отрывкина стало. Все-таки и он к этому благополучию свою пятерню приложил. Он да друзья его. Было чем гордиться: леса стояли чистые, поля засеяны, луга покрыты роскошными травами. А самое главное – люди живут счастливо. Всякое случается, конечно, но редко.

День почти летели. Дом газку прибавил, и к вечеру сели на чудесной полянке: речка рядом с пляжиком, искупаться можно. А чуть дальше пройдешь – заводь, как раз для рыбы.

Расположились кто как хотел. Огонь разожгли – сами, без магии. Шашлыков нажарили, картохи и еще каких-то овощей напекли – дракончики рады были. Они за это время немного подросли. Стали метра два, не меньше, но и большими им не быть. Уголек, когда ящеркой была, совсем ведь была малюсенькая. Поэтому и драконом стала некрупным. Зеленый, очевидно, тоже некрупным был от рождения. Но питались одними овощами в разных видах.

Чертополох нашел для себя удобную влажную ямку и оттуда поблескивал любящим – да-да, уже любящим – взглядом. Хотя кто его знает, где у него глаза были.

Отрывкин собрал снасть и пошел на рыбалку. Свежей ухи хотелось, не магической.

Нашел укромное местечко в заводи, надел червяка на крючок, закинул удочку и сел уютненько ждать, когда клюнет.

Сидеть и ждать пришлось недолго. Караси один за другим повалили. Да крупные, да жирные. Почти ведро натягал.

«На всех хватит!» – азартно думал Отрывкин.

И тут така-а-ая поклевка! Удилище – в дугу. Отрывкин тянет – ни туда, ни сюда.

И вдруг вода взбурлила, и из самого центра вздувшегося водяного пузыря появилась какая-то непонятная лысая голова с длинными обвислыми усами и круглыми красными глазами.

«Кто это? – подумал Отрывкин. – И чего уставился-то?