Мальчик, который ел призраков - Дарья Александровна Крупкина

Хмыкнув, Даниэль подвёл итог истории, даже тон изменив на будничный:

– Это произошло лет двадцать назад, дом снесли. Я приезжал несколько раз и ещё придётся, постепенно уговариваю всех лоа уходить отсюда. Скоро место перестанет быть таким мрачным.

– Зачем тебе?

– Ну. – Даниэль как будто смутился. – Это не очень хорошо для лоа, быть привязанными к подобному месту. Лоа не добрые и не злые, но после такой энергии могут стать более агрессивными. Это ни к чему.

– То есть ты заботишься о бездомных лоа?

– Тебе стоило задать другой вопрос.

– Какой?

– Откуда я знаю всё в таких подробностях.

Звучало почти зловеще, но как и у этого места постепенно пропадал ореол мрачности, так и Изабель чем дольше сидела на пыльном продавленном диване рядом с Даниэлем, тем больше чувствовала себя на своём месте. Тут не было ничего зловещего, только прошлые смерти, плохая энергия и туча растерянных лоа.

– Двадцать лет назад ты был ещё мальчиком, – сказала Изабель. – Мог что-то слышать. А богатое воображение достроило. Ты книгу об этом написал? Или…

Изабель осеклась, а Даниэль кивнул:

– Да, Генри был здесь и поглотил призрака мадам Бенуа. То, что от неё осталось, зацепилось за это место и продолжало мучиться. От неё Генри и узнал эту историю.

– Он не говорил.

– Я так понимаю, это был последний призрак, которого он съел. Он приезжал сюда с Айвори, тот позвал его в это место, чуял, что здесь что-то не так, но не понимал, что именно. Ты знакома с Айвори?

Изабель кивнула. Она действительно припоминала, недели две назад Генри поглотил призрака, он говорил об этом… точно, он был с Айвори! Историю так подробно не рассказывал, Изабель в тот момент была занята поставкой в магазин посуды времён Гражданской войны, там возникло много сложностей. А вот у Генри, наоборот, всё прошло легко, не о чем было вдаваться в подробности.

– У него не было проблем, – нахмурилась Изабель. – Но… подожди, это было около двух недель назад. После этого Генри и стал сниться дом. Этот?

Даниэль покачал головой:

– Точно нет. Генри бы узнал. И он ничего от тебя не скрывал, вряд ли связал эти два события. Айвори связал. Потому что он знает многое, недоступное другим людям. И потому что ему тоже снятся сны о странном доме, который его зовёт.

Изабель не знала, радоваться ей, что Генри не один с этим, или дело принимало скверный оборот, если одинаковые сны снятся обоим.

– Я не только уговариваю лоа уйти отсюда, – пояснил Даниэль. – Я пытаюсь понять, как обычное поглощение призрака повлекло за собой странные сны, и что это за зов такой. Айвори – мой друг.

– То есть разговор о культистах вчера был всего лишь предлогом встретиться с Генри? Но почему ты ему ничего не сказал?

– Решил сначала показать место тебе и рассказать обо всём. Ты сможешь лучше подать это брату. И культисты не были предлогом. Ты знаешь, как звали того, кто всё организовал на болотах?

– Уайт Гиллори. – Изабель совершенно не понимала, к чему клонит Даниэль. – Он в тюрьме, ожидает суда, но там вопрос в том, сколько десятков лет он будет сидеть.

– Его жену так и не нашли. Её причастность не доказана, никто из культистов не видел женщину. Руби Гиллори. В девичестве Бенуа.

Ошарашенно Изабель огляделась, смотря на руины совершенно по-другому. Это не просто место, где свершались тёмные ритуалы, где лоа до сих пор цеплялись за невидимые капли пролитой крови. Не только место, где юная девушка неделю жила в компании трупов своих родителей.

Даниэль прав, всё как-то связано. Кусочки пазла идеально подходили друг к другу, но те, что в центре картины, ещё предстояло собрать, чтобы увидеть её целиком.

– Я знал об этом от детективов, они же привлекали меня для оценки ритуальных убийств. Поэтому, когда Айвори рассказал об этом месте, я навёл справки… и скажи, Изабель, ты же не считаешь это совпадением? Генри выводит на чистую воду культистов, но жена главаря скрывается. И после того как Генри и Айвори приезжают на место её старого дома, куда тянет Айвори, они оба начинают видеть странные сны. Я пока не понимаю, какого чёрта тут происходит, но готов поспорить, что Руби Гиллори знала о занятиях своего мужа. И это всё связано с ней.

6

У бабушки был старенький телевизор, Генри помнил его с детства.

Большой, громоздкий, он притаился в углу и давно не включался. Бабушка постелила сверху вязаную салфетку и поставила статуэтку какого-то святого. После её смерти Генри с Изабель почти не трогали вещи, в том числе и телевизор. Генри не имел представления, работает ли старая рухлядь, или, может, кто заинтересуется антиквариатом в магазине сестры.

Телевизор стоял с мёртвым, выключенным экраном.

Таким же ощущал себя Генри. Давно остывшие внутренние детали, неизвестно, будет ли работать, если включить. Или отзовётся чёрно-белыми помехами, как при настройке на пустой канал.

Генри тоже был настроен на пустой канал. На приём сигнала, которого не было, а может, и не существовало. На зов, манивший в болота, где среди кипарисов и испанского мха притаился особняк. То ли сохранившийся с колониальных плантаторских времён, то ли чья-то несбывшаяся фантазия о семейном гнёздышке. Или его вовсе не существовало.

Отстранённо Генри понял, что шагает вдоль дороги. Смутно ощущал босыми ногами неровности земли, мелкие камушки и веточки. Насекомые вились вокруг голых рук и шеи, иногда пытались усесться на джинсы или футболку. Генри не чувствовал их укусов.

Вокруг раскинулась луизианская ночь, шумная от кваканья лягушек. Мимо изредка проезжали машины, но ни одна не остановилась, чтобы окликнуть босого паренька, шагавшего вдоль дороги.

Генри видел себя почти со стороны. И в то же время ощущал, как шагает вперёд, приближаясь к неведомому зову. Он тянул его, манил, наполнял пустым каналом, лишая собственных мыслей, но Генри не протестовал. Не потому, что не мог, а потому, что это было возможностью узнать, что же таится за этим странным зовом. Что это за дом? Зачем туда настойчиво зовут?

Последняя мысль оказалась ярче других, кольнула, ведь раньше Генри думал о том, что ощущает зов, но ему казалось, он исходит от дома. Но так ли это? Он покачнулся, отчасти выходя из транса, и на шаг или два зашёл на дорогу, машина пронеслась мимо и обдала ветром.

Это отрезвило.

Торопливо Генри сошёл на обочину. Попадать