Диспноэ - Юлия Арвер

Аникеев получал щедрые дивиденды от аренды множества помещений. Их семье принадлежали два торговых центра в Петрограде и еще два в Москве. Перед ним отчитывались управляющие делами, и потому Аникеев предпочитал не работать в общепринятом смысле этого слова. Даже бизнес никакой не открыл от скуки.

– Завидуй молча, ищейка, – буркнул Герман и гордо взял Варвару под руку. – Кажется, ты хотела поздороваться с нашим айдолом. Кирилл говорил, что он принес с собой приглашения в ВИП-зону. Еще и вечеринку готовит через неделю.

– Попробовал бы он не принести. Я, как никто, ждала их концерт, – обиженно зыркнув на Кирилла, отозвалась Варвара и покорно последовала следом за Германом.

– Твоя невеста слишком много внимания уделяет Тимурке. Неужели хочет выспросить номер его пластического хирурга?

– Да пусть хоть спит с ним. Мне плевать.

И равнодушный вид Кирилла это подтверждал. Больше ни разу не обернувшись на невесту, он с видом хозяина проводил Ника на второй этаж и толкнул вторую справа тяжелую дверь из темного дерева. Они прошли в рабочий кабинет Германа. Если бы Аникеев не задумал подлизаться к Кириллу и не целовал его в зад, то ни за что не отдал бы на растерзание святая святых. Ник, как бы ни ценил Кирилла, не позволил бы ему чувствовать себя хозяином в своем кабинете. Да еще и водить туда ненавистных гостей!

Воронцов воспринимал демонстративное радушие Германа как что-то само собой разумеющееся и даже не думал смущаться. Он указал Нику на кожаное кресло у стола, а сам уселся прямо на место хозяина кабинета. Уселся и уставился на Ника своими нечеловеческими глазами, обезвреженными стеклами очков. И во взгляде этом горело: «Выкладывай, что за фигню ты опять придумал».

– В общем, я пришел к тебе просить разрешения на допрос демона Алана, который уже четырнадцать лет заточен в Проклятом соборе. Это важно для дела Димы и Оли, – решился Ник.

– Неожиданно, – протянул Кирилл. – Разве допрос демона, который столько лет света белого не видел, поможет нам поймать убийцу?

– Честно говоря, допрос – это не все. В наших интересах отпустить его на время, чтобы демон помог найти мать Лизаветы. Уж очень большой зуб он на нее точит. Такой союзник будет нам очень полезен.

– Ты в своем уме, Баркалов?! – взвился Кирилл и стукнул кулаком по столу. – Отпустить демона на свободу! Тупее ничего не мог придумать?! Кто только тебя надоумил?!

– Сам додумался, – бормотнул Ник и сжал челюсти, чувствуя, как предательский румянец заливает щеки.

Как же он ненавидел ощущать себя подчиненным Кирилла, а не его другом. Накосячившим подчиненным. Но в этот раз он не косячил!

Тем временем Воронцов что-то понял и громко фыркнул.

– Чую влияние Кёлер. Вот почему ты так защищал эту бешеную женщину, когда она сбежала от Родина? Голубки спелись и решили вытащить на волю демона, такого же мерзкого, как Гордий?

Ник глубоко вздохнул, успокаиваясь, и выложил Кириллу по порядку все, что накопал за прошедшие два дня. Верней, за две бессонные ночи. О связи Алана с шайкой матери Лизаветы и об их совместных делишках, об Эмиле и о прошлом лучшей ищейки Петрограда, которая могла за баснословные деньги достать из-под земли даже черта. Рассказал, как мать Лизы благополучно подставила подельника, свалив на него убийство семьи из четырех человек. Умолчал лишь о том, что совсем не сочувствовал Алану и желал ему, как и всем остальным узникам Проклятого собора, гнить там до скончания веков.

– Алан – далеко не ангел. Поверь, я и сам никогда не выпустил бы этого ублюдка из камеры, если бы он не оказался единственным, с чьей помощью мы сможем отыскать хоть какие-то зацепки. Он, как никто, заинтересован в мести. Алан отыщет нам Елену Кёлер, а за это мы дадим ему иллюзию свободы. Разве не крутой план?

– План – полная дичь, – наконец нарушил молчание Кирилл.

– Алан – лучшая ищейка. Помощь демона-хамелеона явно не лишняя. Ждать ощутимого содействия от Милы и ее клана не приходится, пока ты с ней не переспишь. А ты не переспишь, ты же у нас примерный семьянин. Вот и остается: либо эта гниющая мразь, либо однажды гниющими мразями можем очутиться мы сами. И гнить будем не в Проклятом соборе, а в гробах.

– Как же ты собираешься заставить его сотрудничать? Поверь, демон, которому пришлось провести четырнадцать лет в одиночной камере Проклятого собора, жаждет только смерти для каждого из нас. Сомневаюсь, что он бросится тебе на шею с клятвами верности.

– С ним будет говорить Лиза. По ее словам, к ней Алан всегда благоволил. Она сумеет убедить его.

– Просто чудо-женщина, – фыркнул Кирилл. – Ваша идея все равно попахивает дерьмом и не выгорит, попомни мое слово.

– Позволь нам хотя бы попытаться. У нас с Лизой готов план.

– И что за план, позволь узнать? – скептически поинтересовался Кирилл.

– Как я уже и говорил: дать Алану иллюзию свободы.

– А если он надумает сбежать?

– Не сможет. Мы привяжем его к Лизе. Она станет гарантом его верности. Есть обряд, который не позволит ему причинить ей вред и сбежать.

Ника передернуло, как и каждый раз, когда он думал о ритуале. Добровольно привязать к себе демона? Да лучше сразу сдохнуть! Лизавета – его героиня!

– И Кёлер согласна?

– Она и предложила этот вариант. Лизавета, оказывается, подкована в ритуалах. Я и не предполагал, что у нее в голове целая библиотека.

Ник вновь умолчал, как сильно коробила его идея Лизы и необходимость участвовать во всем этом дерьме. Как выворачивало наизнанку от мысли, что придется сотрудничать с демоном, которого отнюдь не просто так упекли в Проклятый собор. Пусть Алана подставили, но шлейф, тянущийся за ним после распада империи, фонил кровью и трупной вонью. Чего стоило только открытие «Мертвой воды», собравшей под своей крышей худших отбросов Петрограда! Если бы не аргументы Лизаветы, Ник лучше отгрыз бы себе ногу, чем добровольно шагнул в камеру к демону.

Кирилл помолчал, задумчиво покусывая ноготь на большом пальце, но наконец с сарказмом произнес:

– Похоже, Кёлер готова привязать к себе кого угодно, только бы избавиться от охраны Родина.

Ник угрюмо потупился. Родин не вызывал у него неприязни, пока не решил активно приударить за Лизаветой. Мало ему девчуль из клубов и сайтов знакомств? Решил, что Лиза – вариант поинтересней, а тут еще и Кирилл со своей навязчивой заботой о той, кого неделю назад с удовольствием сжег бы на костре инквизиции. Похоже, Родин поймал азарт и не позволит жертве просто так вырваться из капкана. Ник не