Холодная война - Петр Алмазный

Явки, связь, координация действий различных групп — к организационной части. Оружие, деньги, оборудование, включая транспортное обеспечение составляют материальную базу. Без одного не работало другое.

Во-вторых, надо понять, кто за что отвечает. Насчет поддержки флота следовало обратиться к наркомвоенмору Кузнецову. Дипломатическая почта — это ведомство наркоминдела и ГРУ. Учебный центр придется организовать силами местных кадров.

Отправкой грузов по воздуху займется авиация. Так. За взаимодействие с флотом назначить ответственным Маландина. За дипломатию и учебный центр — Грибника. За воздушную почту Сталина-младшего. Если каждый будет делать свое дело, все заработает.

В-третьих, необходимо создать единый центр координации. Я не мог контролировать все одновременно. Нужен был человек, который будет знать обо всех каналах, но не станет участвовать в их работе.

Опять напрашивается кандидатура Грибника — он уже в курсе всех операций, но сейчас на него и так возложено слишком многое. Я вообще удивляюсь, как он все успевает? Придется подключать кого-то еще. Я взял чистый лист и начал писать донесение в Москву.

«Товарищу Сталину. Предлагаю следующие меры по поддержке коммунистических партий Западной Европы без прямого военного вмешательства. Первое: создание сети нелегальных каналов связи и поставок через нейтральные страны. Второе: организация учебных центров на территории ГДР. Третье: координация всех действий через единый центр, который будет находиться в подчинении ОКС».

Я писал быстро, четко, без лишних слов. Это было не просто донесение, а план действий на ближайший год. И я знал, что от того, как я его изложу, зависит, примут ли его в Москве или отвергнут. Во втором случае, нам придется искать другие пути.

Берлин. 2 марта 1942 года.

Ночь прошла беспокойно. Штольц почти не спал, прислушиваясь к звукам за дверью. Каждый шорох, каждый скрип половицы действовал на нервы. Разумеется, никто и не думал приходить. Если слежка и была, то весьма профессиональная.

В полдень обер-лейтенант уже стоял у кинотеатра. Купил билет, прошел в зал на второй ряд, к крайнему месту. Оно было свободно. Сел, огляделся. Рядом никого не было. Провел рукой по сиденью и нащупал небольшой металлический жетон.

Спрятал его в карман и остался сидеть, пока не начался фильм. Смотрел на экран, но не видел ни кадра. Все его мысли были о том, что лежит в камере хранения. Когда зажегся свет, Штольц поднялся, вышел из кинотеатра и направился к Силезскому вокзалу.

Камера хранения была в дальнем конце зала. Он нашел ячейку с нужным номером, открыл ее ключом. Внутри лежал небольшой конверт. Обер-лейтенант взял его, запер ячейку и, не оглядываясь, вышел на перрон.

Там он зашел в туалет, где вскрыл конверт. Внутри была записка, написанная от руки: «Штейнер действительно служит в народной полиции, но это не все. Есть сведения, что он связан с группой, которая пытается вывезти бывших нацистских ученых в Швейцарию. Если Вольф ищет его, значит, он хочет получить доступ к этой сети. Твоя задача: найти Штейнера, не выходя на прямой контакт. Выясни, с кем он встречается и где. Дальнейшие инструкции последуют. Кравцов».

Штольц перечитал записку дважды. Штейнер — ключ к сети вывоза нацистских ученых. Вольф ищет его, чтобы получить доступ к этой сети и, наверняка, использовать в своих целях. В любом случае, операция выходила на новый уровень. Он сжег записку в урне.

Берлин, штаб ОКС РККА в Германии, кабинет маршала. 2 марта 1942 года.

Шифровка пришла в тот же день. Она гласила: «План одобряю. Приступайте. Сталин». Никаких пояснений и уточнений. Просто разрешение действовать. Я убрал лист в сейф и вызвал Грибника и Маландина.

— Товарищи, мы начинаем подготовительные мероприятия по невооруженной поддержке работы «Комитета Освобождения Европы», — сказал я, когда они сели за стол. — Товарищ Сталин одобрил мой план план. У нас есть полтора месяца, чтобы подготовить первые каналы поставки нашим западноевропейским товарищам всего необходимого для борьбы.

Я вручил им свой план и дал время ознакомиться. Начальник особого оперативного отдела и начальник штаба ОКС РККА в Германии, как люди дотошные, ознакомились с документом досконально. Убедившись в этом, я сказал:

— Товарищ Грибник, вы отвечаете за нелегальные поставки через Швейцарию и Швецию. Вам нужно создать сеть подставных фирм. Начните с малого — несколько человек, готовых работать с нами. Не торопитесь, но и не затягивайте.

— Вас понял, товарищ маршал.

— Товарищ Маландин, вы обеспечиваете координацию с флотом. С наркомом Кузнецовым я договорюсь. Также нужно задействовать частные рыболовецкие суда, занимающиеся ловом в нейтральных водах. Договоритесь с владельцами, проработайте маршруты и точки встреч.

— Есть, товарищ маршал.

— И еще, — я посмотрел на них обоих. — Мы создаем учебный центр в предместье Берлина. Начнем с малого — две группы по двадцать человек. Французы, итальянцы, греки. Я хочу, чтобы через месяц они начали обучение.

— Где разместим, товарищ командующий? — спросил старший майор госбезопасности.

— Хорошо бы подобрать помещение, где располагались бы не только учебные классы, но и жилые помещения. Любые внешние контакты обучающихся должны быть сведены к минимуму.

— С правительством ГДР будем согласовывать, товарищ маршал? — спросил Маландин.

— Не просто будем согласовывать, а осуществлять деятельность при полной его поддержке. Освобождение Европы от капитализма — это общее дело всех прогрессивных сил.

Берлин. 3–6 марта 1942 года.

Утром следующего дня Штольц начал действовать. Пришлось связаться с другом Вебером, чтобы выяснить, как можно найти Штейнера? И через несколько часов знал домашний адрес и примерное повседневное расписание бывшего сослуживца.

Однако выходить на него самого не торопился. Вместо этого, установил наблюдение за домом Штейнера. И вскоре увидел этого высокого, худого человека с седыми висками, который вышел из дома, сел в машину и поехал в сторону Потсдама.

Обер-лейтенант последовал за ним. Машина остановилась у старой виллы на окраине города. Бывший сослуживец покинул автомобиль и вошел внутрь здания на Крампнитцерштрассе. Штольц ждал почти час, пока тот не вышел и не уехал.

Он запомнил адрес и вернулся в гостиницу. В тот же вечер он передал информацию через Пауля: «Штейнер посещает виллу на окраине Потсдама, Крампнитцерштрассе 11. Скорее всего, это место встреч с теми, кто связан с сетью вывоза».

Вскоре был получен ответ: «Продолжайте наблюдение. Выясните, кто приходит на виллу. Если увидите кого-то из этих лиц, немедленно сообщайте». К записке была приложена пачка фотографий.

И обер-лейтенант засел в долговременной засаде, чтобы продолжить наблюдение за виллой. И на следующий день заметил