Академия Даркленд - Анна Сергеевна Одувалова

Ускоряю шаг. Каблуки гулко стучат по плитке. Все кончено. Правда вылезла наружу. Так почему же так муторно на душе?

Открываю дверь в женский туалет, запираюсь в кабинке. Прислоняюсь лбом к холодной перегородке. Можно больше не врать. Не притворяться, что терплю его прикосновения. Но вместо облегчения – тошнотворная тяжесть под ребрами.

Сделав последний глоток воздуха, пропитанного запахом дезинфектора, я выталкиваю себя из прохладного помещения санузла, где плескала себе в лицо ледяной водой. Сердце все еще колотится где-то в горле, но дыхание становится намного ровнее.

Шаг за шагом, намеренно твердо иду по коридору к главному выходу. Подошвы почти не шумят по полированному полу. Каждая клеточка напряжена в ожидании: вот-вот чья-то рука тяжело ляжет мне на плечо и голос мирс Аманды скажет: «С тобой тоже надо поговорить».

Такое развитие ситуации кажется мне логичным. Краем глаза ловлю движение охранника у дверей и напрягаюсь, но он лишь зевает, уткнувшись в магфон. Удивительно, но из академии я выхожу без вопросов и проблем.

Попадаю в нетипично солнечный двор академии. Воздух здесь другой: теплый, с запахом скошенной травы и далекого моря. Но спокойнее не становится. Группы студентов, сбившиеся кучками, резко замолкают, когда я прохожу мимо. Их шепот шипит у меня за спиной, словно меня окружают агрессивно настроенные змеи.

Всю дорогу до кованых ворот меня преследуют взгляды. Не просто любопытные, а острые, колючие. Осуждающие. Интересно, почему? Потому что теперь в их глазах я подружка убийцы? Так в Даркленде это скорее норма. Здесь днем с огнем не отыщешь законопослушных граждан.

Я чувствую, как жар поднимается к щекам, и заставляю себя смотреть прямо перед собой. Подбородок выше. Шаг шире. Просто иду. Куда? К морю. К старому маяку на краю кампуса. Туда, где ветер и шум волн могут смыть эту липкую тишину. У меня есть конкретная цель – сбежать с этого проклятого острова с Давидом. Один раз Джаспер помешал мне это сделать. Сейчас такой возможности у него нет. И я должна бы радоваться, но почему-то не получается. И я невольно злюсь сама на себя.

Песчаная тропинка к берегу вьется между дюн, поросших жесткой травой. Солнце слепит, отражаясь в окнах маяка. Я дохожу почти до самой воды и чувствую соленые брызги на губах. Сейчас нужно повернуть направо, в сторону города. Найти Давида. Я все еще верю, что он ждет меня, ищет встречи. Надеюсь, что до него не добралась мать. Он – мой билет в свободное будущее.

И это гораздо важнее, чем Джаспер, который… который сам полез в эту историю. Сам нарывался. И не исключено, что действительно виноват в смерти Деборы. Я слишком плохо его знаю, чтобы на сто процентов быть уверенной в его невиновности.

Крепче сжимаю кулаки и в очередной раз, как мантру, произношу:

– Мне все равно. Совсем. Абсолютно. Надо просто идти вперед, не оглядываясь.

Отворачиваюсь от маяка и делаю несколько шагов к дороге, ведущей в город. Пять шагов… Десять… Пятнадцать…

Ноги становятся тяжелыми, будто в сапоги налили свинца. В ушах не шум прибоя, а голос Джаспера. Его смех. Его растерянное лицо, когда его уводили…

– Демоны! – шиплю я сквозь зубы, резко останавливаясь. Песок скрипит под подошвой.

Проклятый Джаспер!

Я зажмуриваюсь, но вижу только его. Почему? Почему я не могу просто выбросить его из головы? Почему его проблемы вдруг стали моими?

С грохотом сердца разворачиваюсь на сто восемьдесят градусов и почти бегом бросаюсь обратно в сторону академии. Пока еще не понимая, что это даст и что именно я собираюсь сделать.

Глава 8

День тянется мучительно долго. Я слоняюсь по знакомым коридорам, цепляясь за каждый разговор, за каждый взгляд. Легенда о том, что мы с Джаспером вместе, сейчас мне на руку. Интерес не вызывает удивления. Люди осторожничают, но хоть не молчат в моем присутствии. Шепотки сливаются с шумом шагов и скрипом дверей.

– Джаспер…

– Дебора…

– …заперли…

– …подозревают…

Я впитываю все как губка, но конкретики – ноль. Только слухи, густые и тревожные, как туман над болотом.

К вечеру ноги сами несут меня к преподавательскому крылу. Там вижу Кирана. Сидит на широком, холодном подоконнике из темного дерева, задрав ногу. Его взгляд приклеен к тяжелой дубовой двери кабинета мирс Паулы.

Не нужно быть провидцем, чтобы понять, кого он ждет. Эта его влюбленность давно не милое увлечение, а что-то болезненное, навязчивое.

Но это его проблемы. Уверена, найдутся желающие ткнуть его носом в реальность, только не я. Меня он вряд ли услышит. Мы не настолько близки. Ну и мои отношения с Давидом лишают меня права читать кому-то лекции о морали.

Подхожу ближе. Тень от меня падает на парня, и он медленно поднимает глаза. В них не удивление, а выжидательная настороженность. Киран словно пытается определить, я друг или враг.

– Не знаешь, что с Джаспером?! – выпаливаю я прямо. Голос звучит тревожнее, чем хотелось бы.

Киран долго смотрит на меня, оценивая. Пальцы его бесцельно перебирают бусины на браслете.

– Его… увели вниз. В подземелья, – наконец произносит он тихо, кивая куда-то в сторону старых подвалов. – Боятся, что сбежит. Но ты не переживай, – добавляет он с кривой усмешкой. – Кормят там, говорят, неплохо. Как в дорогом пансионе.

– Знаю, – отвечаю сухо, чувствуя, как по спине пробегают мурашки. – Я уже испытала… удовольствие от пребывания в камере.

Его брови почти незаметно ползут вверх.

– Так он был с тобой той ночью… – Киран делает паузу, вглядываясь в меня. – Или с Деборой?

Я пожимаю плечами, стараясь изобразить безразличие, которого не чувствую.

– Это Джаспер. – Скольжу ладонью по прохладному дереву подоконника и сажусь рядом с Кираном. – Есть подозрение, что он успел все, – признаюсь, не глядя на парня. – Но я не верю, что Джаспер убил Дебору.

Киран вздыхает. Звук тяжелый и усталый. Он переводит взгляд обратно на двери преподавательской.

– Джаспер и Дебора ругались. В последнее время – постоянно, – говорит он тихо, почти шепотом. – Дебора… искала способ сбежать. И… – Киран замолкает, губы плотно сжаты. Ищет слова. – Иногда ее идеи… Они были сумасбродны. Опасны. Не для нее одной.

Я замираю, ловя каждое слово.

– Джаспер мог попытаться ее остановить? – спрашиваю осторожно.

– Да. – Киран кивает, его лицо становится мрачным. – Мог. И он, и Дебора… они оба… – Киран снова подбирает подходящее выражение и машет рукой, так как нужных слов не хватает. – Слишком эмоциональны. Вспыльчивы. Если очередная их ссора… вышла из-под контроля…

Его голос срывается, и он