Первый БПЛА Второй Мировой. Том 2 - Максим Арх

края лесного болотца. Переднее колесо провалилось по ступицу в жижу, издав тихий чавкающий звук. Сергей, ехавший сзади, мгновенно остановился. Мы спешились, и вдвоём, с трудом вытянув байк назад, ощутив, как холодная вода залилась в ботинки. После этого решили обогнуть опасное место, потратив на манёвр лишние двадцать минут. Но это того стоило — технику сохранили и силы.

Через два часа изнурительного пути добрались до условленной точки — небольшой поляны в густом ельнике. Судя по карте, отсюда до нужного нам полевого аэродрома оставалось около полутора километров прямо на северо-восток. Место было идеальным: укрытое, сухое и в то же время с относительно чистым участком неба над прогалиной для связи с дронами.

Остановились, выключили байки и прислонили их к толстым стволам деревьев. В свете карманного фонарика с затемнённой фильтром линзой я вытащил из рюкзака Сергея планшет, пульт управления и очки виртуальной реальности. Затем пригнал к нашей позиции «Семицветик», который шёл по заранее заданному маршруту следования. Аккуратно разгрузили с него детонаторы, отнесли их в сторону, метров на двадцать от байков с минами и после этого я вновь поднял дрон в воздух.

Первый беспилотник из будущего, появившийся в этом времени, жужжа почти неслышно, рванул вверх, пронзил слой веток и растворился в ночи. На экране планшета поплыли тёмно-зелёные картины тепловизора. Я вёл его через лес, к северной опушке. Вскоре в поле зрения попали первые признаки человеческой деятельности: тёплые прямоугольники домов спящей деревни, несколько горячих точек — скорее всего, печные трубы.

Минуя Давыдкино, дрон вышел на обширное открытое пространство. И тут я невольно ахнул.

— Ну нихрена себе, — только и прошептал я, увидев количество немецкой авиации.

— Смотри, как их много, — вторил мне Сергей, прильнувший к второму экрану. Он начал считать, тыча пальцем в тёплые, чёткие силуэты, выстроенные в аккуратные ряды: — Один, два, три… пять… десять… двадцать три, двадцать четыре…

Через пару минут, перепроверив, он произнёс глухим от напряжения голосом:

— Сорок шесть штук. Сорок шесть, Коля!

— Где-то так, — мрачно согласился с ним я. — И это только то, что стоит на краю поля. Возможно, часть укрыта в капонирах или под маскировочными сетями. Времени на подробный подсчёт нет. Поэтому слушай, что будем делать.

И я стал быстро излагать план, параллельно продолжая пилотировать «Семицветик» вдоль периметра, запоминая расположение самолётов, палаток и возможных зенитных точек.

А основная мысль не хитрого плана предстоящих военных действий, была проста: не дать противнику опомниться.

— Наши дроны могут нести разное количество мин: «Алый» — четыре, «Семицветик» — две. Но атаковать одновременно мы не будем — это приведёт к быстрому истощению заряда и потере контроля, — говорил я. — Главная задача — парализовать аэродром с первой же минуты, не дать ни одному самолёту взлететь. Поэтому основную работу будет выполнять «Алый», нанося удары волнами. «Семицветик» же всё это время будет висеть над полем на большой высоте, исполняя роль наблюдателя, целеуказателя и резерва на экстренный случай. Его камера с зумом даст нам общую картину и позволит заметить любую попытку противника к бегству.

В конце своей речи я определил так: Кудрявцев, находясь в десяти метрах от меня в укрытии за валежником, будет приводить мины в боевое состояние, устанавливать взрыватели и подвешивать их на возвращающийся дрон, о чём немедленно сообщать по рации коротким кодом «Готово». Я же буду заниматься только пилотированием и сбросом, постоянно переключаясь между двумя аппаратами.

Пока вытаскивал «Алого» из рюкзака, раскладывал лучи крепления и проводил предполётную диагностику, напарник готовил две импровизированные взлётно-посадочные площадки. Ему пришлось нелегко: в лесу, даже с нашей тусклой подсветкой, была темень — «хоть глаз выколи». Но он справился, работая почти на ощупь, и через семь минут всё было готово к началу операции. После чего я поднял ударный беспилотник в воздух.

Глава 20

А мы к вам

«Алый», груженный четырьмя минами, тихо оторвался от земли и, набрав высоту, ушёл в сторону аэродрома подскока. Дистанцию в полтора километра дрон преодолел довольно быстро. На экране очков поплыло освещённое тепловизором поле.

Выбрал первую цель — два крупных двухмоторных бомбардировщика, стоявших крылом к крылу.

«Юнкерсы-88», — мысленно идентифицировал их я.

Рядом копошилось несколько тёплых точек — вероятно, ночная смена техников.

Не став атаковать, подтянул к месту второй дрон, а затем вновь вернулся к управлению основным ударным беспилотником, и только после этого нажал на сброс.

Первая мина со свистом пошла вниз. Направил я её не прямо в самолёт, а чуть в сторону, в самую гущу суетящихся у крыла человеческих силуэтов.

Вспышка на экране на мгновение ослепила даже через фильтры тепловизора. Взрывная волна сбила с ног несколько фигур, а осколки и пламя ударили в борт «Юнкерса», вспоров обшивку. Вторая мина ушла точно в соседний бомбардировщик. Кадр крупным планом показал, как его фюзеляж разорвало надвое, а вырвавшееся пламя тут же воспламенило растёкшееся по земле топливо.

Третью и четвёртую мины я сбросил на следующую пару целей — это были уже более лёгкие одномоторные самолёты, похожие на «Мессершмитты-109». Обе попали точно и «Алый», освободившись от груза, рванул на перезарядку.

Ну а на поле к этому времени уже начиналась суматоха. Тёплые точки людей забегали, из палаток и небольшого капитального строения возле редких деревьев хлынул поток новых.

Я мгновенно переключился на «Семицветика», увеличив изображение.

Хаос нарастал.

И тут я заметил, что один из пилотов, уже в шлеме, сидит в кабине ближайшего к взлётной полосе «Мессера», а несколько техников, отчаянно крутя винт рукой, пытаются завести ему двигатель.

Мгновение и винт дрогнул, начав медленно вращаться.

— Сергей! Срочно! — крикнул я в рацию. — «Алый» ещё не готов?

— Нет, минуту!

Но никакой минуты у нас не было самолёт уже начал движение.

Я принял решение атаковать «Семицветиком». Счёт шёл на секунды.

Сброс.

Взрыв раздался прямо под хвостовым оперением «Мессера». Осколки и ударная волна разворотили кабину и срубили техников. Горящие обломки разметало по земле.

«Отлично!»

Повёл камеру дальше и увидел, что ещё один гад, уже выруливал из своего укрытия. На него ушла последняя мина. Самолёт вспыхнул и замер, превратившись в пышный костёр. Место, на котором я его поразил, оказалось очень удачным — горящие обломки частично перекрыли проезд к началу полосы.

Вернув беспилотник, тут же получил от Сергея доклад: «Алый» готов.

Снова надел его очки и устремился на поле битвы. Картина была адской. Несколько очагов пожара, бегающие люди, рёв сирен (теперь их было слышно даже через микрофон дрона). Обнаружил две новые приоритетные