Вожак стаи - Влад Лей

груз, там как минимум есть запасы деталей на всю бригаду. Но, смею надеяться, что туда уже завезли и мехов. Вряд ли они полностью собраны после транспортировки, готовы к бою, но нас это всецело устраивает. Главное — личного состава на базе еще нет. Там лишь охрана. Причем, судя по имеющимся у меня данным, из церковных вояк, которые толком пороха не нюхали и в настоящих боях не участвовали. Все, что они умеют, — худо-бедно управлять мехами, несут гарнизонную службу. Все.

Почему эта цель идеальная? Потому что первый же мой удар будет нацелен на Шито или, по крайней мере, на его авторитет. Второе — это возможность разжиться мехами. Ни много ни мало, а мех-бригада — это огромная сила. Если удастся найти пилотов на все эти машины, то я не просто ворвусь в баронство, а сразу стану там силой, с которой придется считаться всем остальным.

Единственный минус — это сам факт нападения на территорию церкви.

Как правильно заметила Мелиса: «Нас объявят еретиками».

И если Маркус и Серый считаются внешниками— безбожниками, я и вовсе еретиком, то Артус, Мелиса и Гриф не пылали восторгом от того, что присоединятся к нашей славной компании атеистов.

Впрочем, Мелиса после того, как ей кто-то рассказал о моих размолвках с церковью в лице Шито, явно поменяла свое мнение, и тем не менее сейчас я требовал от них фактически предать то, к чему они привыкли, в чем воспитывались.

Вот тогда мне пришлось рассказать обо всем, что я видел и слышал, пока был с Киром и герцогом.

— Этого просто не может быть, — покачал Гриф головой, — империю хотят отдать этим… демонам? Нет! Невозможно!

— От нынешних святош можно ждать чего угодно, — буркнул Артус, — плевать они хотели на религию, на заповеди и на наше прошлое. Они не священники, они — политики. Их интересуют только деньги и власть…

— Так что скажете теперь? — спросил я.

Все прекрасно понимали, что значит этот мой вопрос. Нападение на церковь — это не просто преступление, это фактически заявление каждого из нас, что мы отвергаем веру, плюем на традиции и устои.

Ответ долго никто не давал. Ну у Маркуса и Серого даже спрашивать его не надо — они с момента появления в империи люто ненавидели религиозных деятелей всех мастей и званий, а вот остальные…

— Черт подери! — наконец взял слово Артус. — Так понимаю, что жить империи все равно осталось всего ничего. Власть имеющие готовят условия для того, чтобы эти чертовы деусы зашли чуть ли не с фанфарами и по красным дорожкам?

— Ну, по сути да, — кивнул я.

— Так какой смысл тогда бояться? — спросил Артур, и вопрос его был обращен к Мелисе и Грифу. — Если все полетит в тартарары что так, что так, чего нам бояться?

— А если Лэнги ошибается? — спросил Гриф.

— Тогда станем еретиками, — пожал плечами Артус, — но мне, если честно, плевать. Мой дед и отец положили жизни, чтобы империя стояла. А что получили взамен? После своих походов они еле сводили концы с концами, так как нужно было платить налог церковникам, которые все то время, пока мои родные проливали кровь, сидели на заднице и жрали всласть все, что им вздумается. Что получил я за службу? Вернувшись, я узнал, что все земли, которые принадлежали моей семье, отошли жирным монахам. Где справедливость? К черту их!

Он повернулся ко мне.

— Я с тобой. Вжарим по святошам так, чтобы они взвыли.

— О да, наш человек! — заржал Маркус.

— Заткнись, внешник, — рявкнул на него Артус, — тебе не понять, что это все для меня значит!

— Нам как раз понять, — вмешался Серый, — мы понимаем, что для тебя значит империя. Только пойми — империи как таковой уже нет, есть лишь красивый фасад, которым прикрывают свои делишки то самое духовенство и особо приближенные.

— Это правда, что барона Круа уничтожили имперские корабли? — спросила у меня Мелиса.

— Похоже на то, — кивнул я, — сам не верю и хочу перепроверить, но герцогу незачем врать. Да и не замечал я за ним или его людьми грязной игры… Если он что-то делал, это должно было дать результат. Чего он бы добился, убив моего отца и барона Круа? Ему это попросту было не нужно…

— Кто отдал приказ ударить по барону Круа? — спросила Мелиса.

— Не знаю, — вздохнул я, — но обязательно узнаю… И отомщу.

— Тогда я с тобой.

— Уверена?

Мелиса кивнула.

— Что ж… — я перевел взгляд на Грифа, — а ты?

— Это все очень плохо кончится, — вздохнул он.

— Тебе не обязательно идти с нами. Ты можешь в любой момент отойти от дел. Никто из нас плохого слова тебе не скажет…

— Я знаю, но… — Гриф вздохнул, — никто из вас толком не умеет управлять кораблем. Вы же без меня не справитесь.

Он неловко улыбнулся. Артус тут же хлопнул его по плечу, Маркус подбодрил:

— Правильное решение, Гриф! Мы перевернем старый мир!

— Надеюсь, сделаем его лучше!

— Обязательно, — кивнул я.

* * *

Цель была выбрана, решение принято всей командой и дело оставалось за малым — найти тех, кто поможет нам в исполнении задуманного.

Будь у нас целью что-то другое, военная база, чье-то имение, даже город — найти наемников не составило бы труда. Но мы намеревались атаковать орден святого воинства. А для имперца это запрещенная цель. Подпишись кто на такое дело — и больше работы ему не сыскать. Да чего там, скорее всего, весь остаток жизни (если не сбежит во внешние миры) вынужден будет прожить, прячась от полиции, вояк, соглядатаев духовенства.

Раз так, значит нам нужно искать тех, кому плевать на империю.

И я таких нашел.

Бориан Эллин. Воитель из внешних миров, собравший команду отчаянных рубак, таких же, каким был он сам, был командиром наемного подразделения «Клинки». Отряд этот пусть и не был «легендарным», но все же имел какую-никакую репутацию в империи. И именно что имел. Эллину не посчастливилось взять контракт у некоего лорда, который пообещал крупное вознаграждение за работу, и Эллин работу выполнил, пусть при этом и положил треть своих людей, а когда явился за наградой, лорд решил, что наемнику незачем платить и погнал «вшивого внешника» прочь.

Но Эллин был не из тех, кто проглотит обиду, боясь законов, мести или черт знает чего еще. Так что поместье лорда Эллин покинул, сполна получив свою оплату, а также отведя душу — надавав лорду затрещин, чтобы тот впредь так не поступал, осознав ошибку.

Да вот беда, то ли рука у Эллина оказалась