Алхимики - Владимир Петрович Батаев

толстой серой шкурой и увенчанная длинным рогом, выломилась на полянку, топча подлесок. И уставилась малюсенькими глазками на вольготно расположившегося на травке грифона. Лис снова вздохнул, теперь с облегчением, поняв, что им и его насестом единорог ничуть не заинтересовался.

Грифон взмахнул крыльями и взлетел, ровно в тот момент, когда серокожая туша понеслась прямо на него, выставив вперёд рог. Птицелев сделал в воздухе пируэт, развернулся, спикировал и приземлился прямо на спину бегущему единорогу, вцепившись львиными когтями в его шкуру. Впрочем, вряд ли единорог вообще это почувствовал. Как и могучий удар клюва, которым грифон снёс две трети его рога.

Зажав обломок рога в клюве, грифон снова взлетел, на этот раз направившись прямиком к Лису. Пролетев мимо камня, он развернулся и пошёл на второй заход, гневно заклекотав.

— Э, нет, я на такое не подписывался! — запротестовал Рейнард, разгадав план химеры.

Грифон ответил новым клёкотом. Из-за того, что в клюве держал рог, сказать по-человечески он ничего не мог.

— Ладно, ладно, давай ещё заход, сейчас примерюсь! — заорал Лис.

Всё же прыгать с камня прямо на спину пролетающему мимо грифону — это чуть лучше, чем прыгать прямиком на землю, а потом удирать от разъярённого единорога! Главная проблема в том, что мимо земли он точно не промахнётся, а вот насчёт спины грифона такой уверенности не было.

Приземлился он животом, поперёк львиного хребта. И если бы грифон не склонился влево, точно сверзился бы вниз. Но разумная химера всё же намеревалась выполнить сделку настолько честно, насколько могла. Так что через пару минут судорожных барахтаний Лис всё же уселся почти нормально.

— А вот это в Императорском Цирке пользовалось бы успехом, — пробормотал он себе под нос.

Грифон снова издал недовольный клёкот.

— Да никто тебя в цирк выступать не заманивает, успокойся, — отозвался Рейнард.

Хотел было даже отмахнуться, но решил всё же не отрывать руку от гривы. Да и не подставлять руки туда, куда грифон может дотянуться клювом. Если уж он рог единорога способен перекусить, что от руки-то останется?

— Если меня будут расспрашивать про бой грифона и единорога, то я распишу твою победу во всех красках! — заверил Лис.

Чем заслужил клёкот с куда более одобрительными нотками. Впрочем, красочно наврать он собирался в любом случае, независимо от одобрения или недовольства грифона. Как и умолчать о том, что данный грифон вообще-то является разумной химерой. И Император, да живёт он вечно, знает, что там создатель этой твари накрутил и чем укрепил ему клюв!

— В поместье, потом в Вельгу, потом в Академию, — пробормотал Рейнард. В ответ на клёкот пояснил: — Ну, в Академию это уж без тебя, мы своим ходом. Я так, планирую вслух. А потом…

Он чуть было не сказал «домой». Но вспомнил, что места, которое мог бы так называть, у него нет. И никогда прежде Рейнарда Лиса это не волновало. А сейчас вот ёкнуло что-то. Неужто дурной пример решившего остепениться Лофта оказался заразителен? Или это на высоте ветром в голову надуло? Вот встанут ноги на твёрдую землю, все глупости из головы и выветрятся. Ведь ещё столько дорог не истоптано его пыльными сапогами. Ещё столько девушек не… Не имели чести быть знакомыми с Рейнардом Лисом, добытчиком редчайших алхимических ингредиентов!

— Кстати, о девушках, — пробормотал он совсем тихо, чтобы грифон снова не взялся невнятно комментировать.

Для начала надо где-то отыскать Даниэллу. И решить, что именно сделать с ингредиентами для создания Магистериум Ребис. Насчёт томления в жаркой темноте при участии в этом процессе алхимички у него некоторые мысли были. Как и сомнения, что от такого может появиться философский камень. Но ведь попытка-то — не пытка! Даже наоборот, обоим этот процесс понравится, проверяли уже.

Глава 26

— Это зелье истинной личины? — Даркус даже не пытался скрыть своё удивление. Даниэлла медленно махнула веером над котелком, разгоняя скопившийся фиолетовый дым.

— Да, слегка усовершенствованное для большего эффекта.

Даркус протянул что-то на своём наречии. Зелье истинной личины не только меняло внешность — оно же корректировало энергетическую оболочку, не позволяя артефактам и охранным плетениям почуять подвох. Стоило такое зелье как половина особняка, подобного графскому. И не только из-за редких компонентов, но и из-за энергии, которая требовалась для его приготовления. Солнце уверенно катилось к зениту, когда Даниэлла закончила приготовление зелья и аккуратно перелила его в пузырёк.

— А вы ведь так и не сомкнули глаз, — покачал головой вагр.

Сам он успел поспать и привести себя в порядок в соседней комнате. Даниэлла же заперлась в гостиной у камина и просидела так, судя по всему, до утра.

— Отосплюсь, когда упеку эту заразу лживую за решетку! — процедила та и еще раз оглядела содержимое пузырька на просвет. Удовлетворившись увиденным, спрятала пузырёк в сумку и повернулась к вагру.

— Мне нужна ваша помощь, — без тени лукавства или намека на хитрость протянула девушка.

— Вы хотите, чтобы я каким-то образом устранил донора вашей личины, так?

Вагр добавил вопросительной интонации чисто из вежливости. Оба уже знали, кому какая роль отведена в этом спектакле. Но, не желая прерывать его раньше времени, вагр продолжил:

— А еще каким-то образом достать для вас один из вечерних туалетов этой госпожи.

Даниэлла смутилась под прямым, пристальным взглядом вагра.

— Вы очень проницательны, мастер!

— А вы наверняка уже заготовили какое-нибудь сонное зелье, которое уложит бедняжку в кровать как минимум на трое суток?

— Я… Я думала, вы пригласите её сюда, и уже тут я утащу её платье! — честно призналась Даниэлла.

Синие глаза вагра опасно сощурились. И в голосе как будто засквозил знаменитый северный холод. Но тон его был всё такой же слегка насмешливый, чуть ироничный, но в целом спокойный.

— Вы же были графиней, госпожа. Вы должны знать, как сильно утреннее платье и платье для выхода в город отличается от вечернего бального туалета!

Даниэлла сникла. Объяснять вагру, что в бытность её графиней балы и наряды интересовали её значительно меньше древних манускриптов, а в своих подземных лабораториях она появлялась куда чаще, чем на балах — она не стала.

— Иного плана у меня нет, — развела руками алхимичка. И тут лицо вагра озарилось лукавой улыбкой.

— Зато у меня есть! Я нанесу визит госпоже Стелле, так её, кажется, зовут, да? Приглашу её прогуляться по саду, где так к месту стоит садовый домик. У подруг, видно, вкусы схожие…

Договорить вагр не успел. Даниэлла вскочила, чудом не сбив котёл, и порывисто обняла великана. Но тут же отскочила и пробормотала: