Волшебный переполох в Сноусмиде - Алиса Болдырева

тогда испытывал. Но моя Фелиция… она спасла меня, как всегда. Стабилизировала моё тело, но вернуть магию, конечно, не могла. А потом… она стала вкладывать свою магию в лекарства. Именно она готовила все снадобья, хотя позволяла всем думать, что это дело моих рук.

Джулиане стало ясно, почему Элиас не смог обнаружить магический след злодея. Его просто не существовало.

— А когда её не стало… у меня не осталось ничего. Ни магии, ни сил, чтобы продолжать наше дело. Аптека опустела. Я больше не мог лечить людей. Я должен был признать своё бессилие и уже готов был это сделать, но в городе вдруг появился он. Алхимик Корбин Квирк. Проездом. Он случайно оказался в моей аптеке. Мы разговорились, и он рассказал мне о камне, способном впитывать чужую магию. Именно тогда в моей голове родился этот гениальный план.

Он поднял тёмный камень, который даже на расстоянии вызывал в Джулиане суеверный страх. В глазах же аптекаря, не отрывавшего их от жуткого артефакта, горел странный, лихорадочный блеск, натолкнувший её на мысль, что мистер Финнеган окончательно потерял рассудок.

— Я нашёл способ использовать украденную магию для приготовления эликсиров. С помощью этого артефакта. Первым стал Лео Годдард. Я одурманил его настойкой на лакрице, которая к тому же стирала память, и через тайный лаз вынес его подальше от аптеки, чтобы ни у кого даже мысли не возникло связать это со мной. А потом… потом в аптеку зашёл кузнец Янг. И я испытал камень на нём. Снова сработало. Ну а дальше ты сама знаешь.

— Не может быть... — прошептала Джулиана с ужасом. — Вы, уважаемый человек... Как вы могли? Вы же заберёте магию у всего города!

— Не позволю делу моей Фелиции умереть! — вдруг рявкнул аптекарь, и его вежливая маска на мгновение сорвалась, обнажив искаженное одержимостью лицо. — Если потребуется, я возьму всю магию Сноусмида! До последней капли!

Джулиана больше не секунды не сомневалась в его безумстве. Горе и отчаяние свели его с ума.

— А сейчас… — его голос вновь стал тихим и от этого казался ещё более зловещим. — Сейчас я возьму твою магию, Джулиана. Она… особенная. Совсем как у твоей матери. Её должно хватить надолго.

— Моя магия? — насторожилась Джулиана. Отец никогда не рассказывал, что магия её матери чем-то отличалась от магии других жителей города. — Что в ней особенного?

Аптекарь тихо рассмеялся и посмотрел на Джулиану таким взглядом, словно знал нечто такое, чего не знала она.

— Конечно, ты же не посвящена в эту старую семейную тайну. Позволь тогда мне тебя просветить. Быть может, это и не совсем правильно, но ты всё равно забудешь обо всём, что услышишь. Так вот, в тот день, когда твои... родители спасали Голубую ель, моя Фелиция тоже была там. Она помогала Селине.

Джулиана нахмурилась. Аптекарь говорил про её тётю, сестру отца? Причём здесь она?

— Это Селина была беременна, а не Линда Фэрфакс, как они потом всем рассказывали. Фелиция приняла у неё роды. Она помогла ей родить здоровую девочку, которую она нарекла Джулианой. Моя Фелиция слышала это своими ушами. Каждое слово! Как Селина умоляла губернатора позаботиться о её дочери в обмен на спасение дерева. Она, разумеется, не ожидала, что так выйдет, но её силы вскоре иссякли, и через пару дней её не стало.

У Джулианы закружилась голова от его слов. Если он говорит правду, значит…

Заметив её потерянный вид, Аластер Финнеган рассмеялся.

— Ты ещё не поняла? Губернатор взял тебя на воспитание после того, как твоя настоящая мать умерла.

— Вы говорите про Селину, сестру…

— Глупая девчонка! — рассердился Аластер Финнеган. — Никакая она ему не сестра! Селина, случайно оказавшаяся в Сноусмиде, лишь помогла спасти Голубую ель, но родства с твоим отцом у неё не было! Она ему никто! Так же как и ты, по крови, губернатору — никто! Он взял тебя в свою семью и воспитывал как родную, наряду с Вероникой, в благодарность за спасение дерева и города. А эту байку про сестру и брата они наспех состряпали, чтобы объяснить всем твоё сходство с Селиной. Поверь, любой, кто видел Селину, сразу бы догадался, что вы — родня. Вы так поразительно похожи! А народ у нас в Сноусмиде очень любопытный, сама знаешь!

Джулиана смотрела на него, не веря своим ушам. И она бы с радостью не поверила аптекарю, назвала бы его лжецом, если бы лично не видела миниатюру Селины… Её мир пошатнулся, накренился и завертелся под ногами. Она — не урождённая Фэрфакс? Она — дочь Селины, которую всегда считала тёткой? Но выходило, что та ей и не тётка вовсе… А Элиас оказался прав, когда в шутку сказал, что её подменили. Только вот теперь выясняется, что это никакая не шутка…

— Вот такая грустная история. — Аптекарь сделал шаг к ней, его пухлые пальцы сжимали зловещий камень, блеснувший одним своим боком. — Что ж, довольно разговоров. Пора заканчивать.

Глава 19. Рождественское чудо

Он поднял артефакт, и камень засветился синевато-серым, жадным свечением, обратившись в сторону Джулианы. Она зажмурилась, чувствуя, как изнутри начинают тянуть какую-то невидимую нить, а под кожу пробираться леденящий холод приближающейся потери. Джулиана дёрнулась, но лишь сильнее стёрла кожу на запястьях, стянутых верёвкой.

— Нет! Что вы делаете? Остановитесь! — послышался хриплый голосок Люси, которая пришла в себя и теперь с ужасом наблюдала за происходящим. — Пожалуйста, не делайте этого!

Аластер Финнеган даже не взглянул на неё.

— Не мешай, девочка! Так нужно, — его голос прозвучал отрешённо, будто он и вправду верил, что совершает нечто ужасное, но необходимое.

Камень засветился ярче, его сине-серое свечение стало почти ослепительным, заполнив небольшую комнатушку зловещими, пляшущими тенями. Джулиана уже почти не чувствовала своего тела, пальцы онемели, голова кружилась. Её сознание уплывало в ледяной туман, уносимое этим жадным сиянием. Ей казалось, что сама её душа вот-вот вырвется наружу, и неизвестно, сможет ли потом вернуться в тело.

Вдруг где-то вдалеке, сквозь нарастающий гул крови в ушах и вой магии, которую аптекарь собирался у неё отнять, она уловила другие звуки. Приглушённые удары, голоса, возню. Кто-то был там, наверху. Джулиана ни секунды не сомневалась — в аптеке сейчас находился Элиас, который тщетно пытался отыскать вход в эту тесную и мрачную комнатушку. Но он не успеет ей помочь. Никто не успеет. А следом мистер Финнеган лишит магии и Люси…

Джулиана с трудом взглянула на подругу, по бледным щекам которой катились слёзы. Та пыталась вырваться из пут, но аптекарь связал