Моя фиалковая ведьма - Марина Адлер

Я осмотрела охраняемые ворота, высокую каменную ограду и почти решила, что мне никак не удрать. Но новая идея возникла молниеносно, я невольно осадила лошадь, восхищаясь своей сообразительностью. Ограда за садом была совсем низкой, полуразрушенной. Мы часто гуляли с Эрбосом там, и я хорошо запомнила ту часть ограждения.

– Чего стоим, Ваша Светлость? – вымученно протянул Йен, подтрунивая надо мной, – я просила его обращаться ко мне по имени.

– Я хочу пить, скажи кому-нибудь из слуг, чтобы принесли воды. Сегодня очень жарко.

Мужчина недовольно вздохнул, но слез с коня.

– Только без выходок.

– Варговы монстры, Йен, да куда мне деваться?! Эрбос ясно дал мне понять, что из Королевства мне не выбраться, а в нем даже камни знают, что я жена главы Инквизиции!

– Попрошу не выражаться, – недовольно пробасил здоровяк. – Скоро принесу тебе воды.

Все вышло, как я и надеялась. Йен сам взялся выполнить мою просьбу, а потому у меня было пять минут на побег – время, за которое он доберется до кухни и вернется назад. Поместье оказало мне услугу собственными размерами, увеличивая время пути моего надзирателя.

Как только Йен скрылся за дверями, я, чтобы не вызвать подозрений у охраны, медленно направилась в сторону сада. Когда же въехала на каменную дорожку и скрылась вместе с Соломоном за ароматными высокими кустарниками цветущего жасмина, что есть сил рванула к месту, где прохудившаяся от времени ограда призывала меня к бегству.

Еще несколько крутых поворотов между прекрасных декоративных зарослей, и я была почти на месте. Пришпорив коня, я направила его к низкому каменному ограждению. Конь взлетел над оградой, словно та для него была смешной преградой.

Вскоре мы уже скакали по полю. Я посмотрела на то место, где заметила друга, и отругала себя за непредусмотрительность. К нему я подъехать не могла – охранники у входа могли заметить меня. Но не успела я расстроиться, как от леса отделился темный силуэт всадника на коричневом жеребце. Дорн помахал мне и поманил за собой в темные заросли деревьев, среди которых мы могли скрыться от преследователей.

– Миллиора, как ты? – вместо приветствия задал он вопрос, помогая мне спешиться уже в лесу.

– Все не так плохо, Дорн. Эти слухи… Все это лишь сплетни, – поспешила я успокоить друга.

– Меня не пускают даже увидеть тебя, поговорить. Я говорил с твоим… мужем, и он обещал убить меня, если подойду близко к поместью. Я наслышан о том, что он сотворил с Эндрюсом. Говорят, его тело было изувечено настолько сильно, что твоего брата было невозможно узнать.

– О нет… – Я только сейчас осмотрелась и поняла, что если нас с Дорном обнаружат наедине, то кары Эрбоса ему точно не миновать.

А потому поспешила объясниться с другом, чтобы не навлечь на него бед.

– Дорн, против него нам не пойти, я останусь рядом с фейцем и смирюсь со своей участью. Тем более ко мне он вполне добр и великодушен. А ты должен сберечь себя и не поступать опрометчиво. Твои родители не выдержат, если с тобой что-то случится. Ты же знаешь это…

– Ты ненавидишь фейри, Милли…

– Да. Но я не могу пойти против его власти и могущества. Как и ты. Я пришла сюда только для того, чтобы успокоить тебя и заверить в своем благополучии.

– Он уже знает, что ты осталась невинна после первого замужества?

Вопрос Дорна был неприличен, но он хотел знать правду. Как для того, чтобы быть спокойным, что меня не привлекут к ответственности за нарушение закона, так и для того, чтобы понять, делила ли я постель с мужем.

Между нами повисла пауза, я знала – своим ответом я разобью сердце этому прекрасному молодому человеку. И он явно этого не заслуживает.

– Ты была с мужем? – повторил он снова.

– Конечно была… – ответила прерывающимся от волнения и стыда голосом. – Он же мой муж…

Дорн окаменел и опустил глаза к зеленеющему под нашими ногами пушистому мху. Но минута его печали продлилась недолго, она сменилась гневом:

– И каково это?

– Что?

– Спать с тем, кто своими руками убил столько невинных людей? Тебе понравилось?

Удушающая злость, обида и негодование от такого грязного обвиняющего вопроса заставили всхлипнуть, слезы застелили глаза. Я сжала кулаки покрепче и бросилась на друга. Стала молотить его по груди и плечам.

– Да как ты смеешь?! Как будто у меня был выбор! Ты не знаешь, каково это, когда тебя силой отдают замуж! Никто не спрашивал моего согласия на этот брак!

– Прости! Милли! Прости! Я совсем обезумел от ревности и страха за тебя… – Руки Дорна прижали меня к широкой мужской груди и стали утешающе поглаживать по спине, сжимая.

Впервые мной завладела подобная истерика. Эмоции, которые я всегда сдерживала, хлынули через край, опустошая тело. Но времени на слезы не было. Когда вдалеке послышались крики мужчин и лай собак, я отстранилась от друга. Меня уже искали.

– Уходи, Дорн. Уходи и больше не возвращайся. Теперь мы точно и навсегда разлучены.

Своими словами я прощалась с нашей дружбой. Для Дорна же высказывание звучало по-иному. В любом случае итог был один…

– Я постараюсь найти способ вызволить тебя, – бросил он напоследок и, оседлав своего коня, быстро исчез в глубине леса.

В моем случае было бы глупо врать самой себе, а потому я не поверила обещанию друга, не стала таить в душе надежду, чтобы не разочаровываться. Чувствуя полное опустошение, я вытерла влажное от слез лицо, оседлала коня и двинулась в сторону поместья.

Мне не хотелось столкнуться с Йеном и выслушивать его нудные нравоучения, поэтому, проделав все тот же обратный путь по лесу, я снова выехала в объятое цветением трав поле. Навстречу мне, со стороны поместья, уже на всех парах несся Эрбос, который как раз прибыл в Сармондс и застал мой побег, если его вообще можно было так назвать. При виде мужа я ощутила волну радости, а следом сильное уныние. Хотелось одновременно сию же минуту броситься наутек и поскорее обнять его. Страшная смесь эмоций и желаний разрывали сердце на части. Но выход был лишь один, а поэтому, разогнав коня как следует, я поскакала к нему.

Но миновав скачущего ко мне навстречу разъяренного Эрбоса, я, даже не останавливаясь, продолжила свой путь к поместью.

– Миллиора, что ты, черт возьми, творишь?! – послышалось злобное рычание фейца, который развернул коня и снова бросился