Код волхва. Книга 4 - Алексей Даньшин

Гнешич всё-таки взялся делать перевязку, хотя кровь уже не так текла из раны. Болеслав почувствовал страшную слабость. Откат ударил в него новой волной.

Едва вновь придя в себя, он взглянул на Никодима.

— Ты сказал «десница Сварога»?

…

Никодим кивнул.

— У нас не было выбора. Они пробрались слишком близко к тебе. А у нас есть чёткий приказ от Горемысла — защищать тебя любыми способами. Вот Левша и ударил последним старым амулетом.

— Но как она смогла выжить? — спросил Болеслав. — Ведь от этого заклятия спасения нет!

Волхвы опять переглянулись между собой и опять почти синхронно пожали плечами. Этот вопрос их тоже очень сильно волновал. Им было реально страшно, ибо про результат воздействия этого древнего заклятия они все знали очень хорошо.

— За мгновение до моего удара «десницей» мне показалось, что у неё над головой мелькнул синий нимб, — тихо проговорил Левша.

И от его слов всем стало ещё страшнее.

…

Горемысл откусил кусок от тощей заячьей ноги и медленно задвигал челюстями.

— Нимб, говоришь?

Левша кивнул.

— Может, и померещилось. Там темно было.

— Может, и померещилось, — спокойно сказал старый волхв, — но если сложить всё вместе, то получается, что, скорее всего, не померещилось тебе.

— И что? Она та самая? — Левша переглянулся с Гнешичем.

Они, пока до Киева добирались, уже не раз говорили с ним про это. Но поверить в факты было сложно.

— Её же никто после смерти княгини Ольги и не видал.

— Те, кто видали её при жизни бабки крестителя, уже все за кромкой, — тихо пробормотал Горемысл. — Она могла где-то затаиться на время. Я искал её семь зим назад, когда слух прошёл, что видели похожую девку недалеко от Киева. Выходит, Корней мне всё же солгал, говоря, что ничего в этой девке особенного не углядел.

Пожевали ещё зайчатину молча, думая каждый о своём. Соли было маловато, и жёсткое мясо застревало в зубах, но на такие мелочи волхвы даже внимания не обращали.

— Девка с ним в Новгород ушла? — спросил наконец Горемысл.

Левша кивнул.

— Неспроста он туда собрался, — старый волхв покачал головой. — Выходит, и нам туда путь-дорога.

…

Аудиенцию у дуки Андрония никто из них не запрашивал, но у военного правителя фемы Халдия были на то свои взгляды. Поэтому, когда перед самым отплытием волхва из Трапезунда в дом Михаила пришёл отряд доспешных воинов с копьями наперевес, и сам волхв, и хозяин дома были сильно удивлены. Вроде уже всё оговорили, всем всё отдали, все свитки с договорами на поставку ещё тысячи камней составили и подписали, приложив пальцы к дорогой самаркандской бумаге.

— Сработал второй вариант или всё-таки грабить будут? — шёпотом поинтересовался Шастун у купца. — Неужто не поняли ещё, с кем дело имеют?

— Вряд ли, — так же тихо проговорил Михаил, вышагивая вперёд между шеренгами стражников. — Но мне и самому интересно.

Князь Илия в переговорном амулете молчал. Значит, ничего страшного их во дворце стратига не ждёт. Такая вера во всемогущество и всеведение своего князя уже давно впиталась в кожу волхва, и он был абсолютно спокоен. Даже присутствие такого количества одетых в блестящую броню воинов его не смущало. И наличие на них на всех защитных амулетов, в случае чего, никого из них не спасёт от гнева его князя.

Их провели в богато обставленные и украшенные фресками и тканями покои, где за столом, заваленным какими-то бумагами, их поджидал дука. Стратига Давида в комнате не было.

«Значит, переговоры будут тайными», — мелькнула мысль у обоих гостей.

— Присаживайтесь, уважаемые, — голос Андрония был мягким и слегка заискивающим, что вовсе не вязалось с его статусом и взглядом. Глаза у него были колючими.

Михаил с Шастуном поклонились и уселись в два кресла напротив стола лицом к дуке. Михаил начал было приветственную речь, как подобает при встрече с таким высоким имперским вельможей, но Андроний его прервал, обратившись к Шастуну:

— Я получил сообщение из Константинополя о том, что великий вазилевс отправил в Киев караван с посольством к князю Ярославу. Илия Древлянский ведь его племянник?

Шастун непроизвольно кивнул.

И Михаил на него удивлённо посмотрел. Ведь волхв сделал это до того, как Михаил перевёл ему вопрос с греческого. Но купец уже понял, что Шастун спалился не просто так. Он работал по второму варианту.

— Значит, ты всё-таки понимаешь по-нашему? — удовлетворённо улыбнулся дука. — Я так и думал.

— Если уважаемый дука захочет, он тоже сможет понимать меня, — Шастун улыбнулся в ответ.

Когда Михаил перевёл, Андроний удивлённо приподнял брови.

Волхв залез за пазуху и достал такой же амулет-толмач, какой висел у него на груди.

Михаил взял его из руки волхва и протянул уже двумя руками в сторону дуки, положив амулет на стол.

— Его надо надеть на шею, уважаемый дука, — проговорил он. — Это амулет-толмач.

Андроний посмотрел на улыбки гостей и, протянув руку к амулету, надел его на себя.

— Нам предстоит долгое взаимовыгодное сотрудничество, — проговорил Шастун на отличном греческом языке у него в голове, несмотря на то что его губы двигались совсем не в такт словам. — И у князя Илии есть ещё много удивительных вещей в запасе.

Дука открыл рот, чтобы что-то ответить, но захлопнул его, явно шокированный.

— Этот толмач работает так же, как и другие «древлянские камни», — между тем объяснил Шастун. — Включается прикосновением к центральному камню. Может работать целый год без подзарядки и позволит понимать любой известный язык. Его можно также привязать к владельцу, но этот будет работать и без привязки. Уважаемый дука сможет надевать его на любого человека, и тот будет понимать его речь.

Шастун, видя вновь открытый в удивлении рот вельможи, слегка поклонился и добавил:

— Князь Илия весьма щедр со своими друзьями.

— О, для меня большая честь считать князя Илию своим другом, — тут же правильно отреагировал Андроний. — И если князь столь щедр, может быть, у него найдётся и второй такой амулет, чтобы мне при беседах с нужными людьми не приходилось каждый раз снимать и надевать обратно этот единственный?

— Конечно, — Шастун всё так же с улыбкой протянул дуке второй амулет, вынутый им из-за пазухи. — Только прошу учесть уважаемого дуку, что каждый такой амулет стоит по пятьдесят золотых солидов. И если вдруг среди его друзей кто-то захочет его приобрести, князь с удовольствием организует поставку таких амулетов по заранее согласованной цене и в нужном количестве.

Никаких предоплат при заказе товара тут, естественно, никто никому давать не собирался. Купцы верят клиентам на слово. Не