Молчаливые секреты - Александра Флинт

вариантам, которые мне сейчас оставались, пока Элио что-то говорил нам, но я не слышал ни единого слова. Я несколько раз прошелся взглядом по библиотеке, вспомнил план этажа со всеми выходами и эвакуационными маршрутами и наконец заметил сумку на плече Зеллы.

Вуаля!

– Сейчас вам нужно успокоиться, а я сообщу службе охраны музея, что этот случай… – Наш гид так и не договорил, потому что именно этим моментом, когда все взгляды были прикованы к Элио, я решил воспользоваться, чтобы высвободиться из хватки Нова. Прежде чем они успели отреагировать, я схватил сумку Зеллы (тонкая ручка поддалась с громким щелчком) и побежал прочь. Даже не нужно было оборачиваться, чтобы понять, что Нова следуют за мной. Их тяжелые шаги гремели в моих ушах, а яростные слова отражались от стен. Я невольно ускорился, пока сердце не приспособилось к темпу.

Весь замок Святого Ангела внутри походил на большую улитку: длинный проход без окон с высоким сводчатым потолком, уходящим ввысь, ведущий в важные помещения, такие как терраса, похожая на тупик, поэтому я решил выбрать первое ответвление и отправиться вниз в сторону выхода. При этом я не обращал внимания на сбитых с толку туристов или резкие проклятия Нова.

– Остановись, черт побери, Абернати! – шипела Зелла, едва переводя дыхание. – Мы будем гнаться за тобой через весь этот дурацкий город, если понадобится.

Я не стал обращать внимания на ее угрозы, пробормотал извинение, когда столкнулся с группой девушек, и поспешил к следующему повороту. Если честно, я понятия не имел, как избавиться от Нова. Рим не был моим городом, но останавливаться точно было нельзя. Все еще сжимая сумку Зеллы в руке, я пробился сквозь группы туристов и мысленно порадовался удачному стечению обстоятельств, потому что людей ближе ко входу и выходу становилось все больше. Очень удобно, я понадеялся, что этого хватит, чтобы избавиться от преследователей, которые нагоняли меня с каждым метром. Я был быстрым, много лет тренировался, чтобы как раз в такой ситуации получить преимущество, однако здесь и сейчас мне казалось, что Зелла похожа на чертову бегунью на марафоне и для нее все это всего лишь шутка.

Фух!

Чертыхаясь, я оперся на грубую стену из обожженного кирпича, потому что поскользнулся и только она остановила мое падение. Наконец я добрался до внешнего двора замка. Там было очень много людей, они стояли группами и, хотя служили отличной маскировкой, в то же время мешали быстро проскочить вперед. Я постоянно слышал жалобы на разных языках, пока, не обращая внимания на наносимый ущерб, пробирался сквозь толпу. В ушах звенело бесчисленное количество голосов. Жара буквально заполнила пространство между толстыми стенами, а солнце немилосердно обжигало, и уже через пару секунд на лбу выступил пот. С каждым шагом было все сложнее втягивать в легкие воздух, но я надеялся, что этого хватит. Беспрестанно вытирая лоб, я быстро бросил взгляд за плечо. И тут же заметил обещающее смерть выражение лица Зеллы. Она все еще, черт побери, слишком близко. Практически дышит мне в затылок, не получится от нее избавиться.

Я снова осмотрелся и заметил вход, через который мы с Реми и попали в замок Святого Ангела. Перед пунктом проверки безопасности набралась огромная очередь, и эта толпа находилась очень близко к нашему отелю. Я решительно отбросил мысли о побеге и вспомнил карту, которую вчера заучивал. На севере замка находилась парковка с несколькими выходами, что, как я надеялся, предоставит мне достаточно пространства, чтобы избавиться от Нова. Поэтому я побежал дальше.

Я бежал, не обращая внимания на охранников, которые много раз меня окликали.

Не обращая внимания на локти и тела, в которые врезался.

Не обращая внимания на боль в боку, из-за которой каждый шаг в этой ужасной жаре давался невероятно тяжело.

Я просто бежал дальше, пока не добрался до северных ворот, и в тени обеих башен Бастиона Святого Марка и Святого Луки попал на парковку. Когда я свернул с дороги и побежал в сторону деревьев, в нос ударил запах сухой травы, песка и дерева. Из-под сникерсов поднималась пыль, по мне хлестали ветки, и я еще слышал шаги преследователей прямо за собой. Неужели они не устали?

Впереди оказались остатки запруды, а песок под ногами превратился в выжженную солнцем траву. Я снова повернулся к Нова, чтобы… и тут же на всей скорости врезался во что-то твердое. Весь воздух выбило из легких, и я без сил свалился на землю. Все тело от бедра и дальше пронзила боль, мир перед глазами поплыл. Я, стеная, катался по земле. Merde. Моргая, я пытался вернуть сознание, так как края поля зрения все еще были мутными, и увидел, как ко мне подошли Зелла и оба ее партнера.

– Я же говорила, что поймаю тебя, маленький Писатель, – вкрадчиво произнесла Зелла, присела на корточки рядом со мной и с какой-то гротескной нежностью погладила меня по щеке. – Мы на шаг впереди тебя. Всегда.

– Пошла ты, – выдавил я и скривился. Во что бы я ни врезался, повреждения явно есть.

– Твоя точка зрения скоро изменится, не волнуйся.

Зелла махнула рукой, и Нова подняли меня, вырвав у меня еще один стон, за который я сам себя ненавидел. Теперь я понял, обо что ударился: чертовы металлические перила.

– Отвезем его в Лондон, Чарльз порадуется, – сообщила Зелла и подняла свою сумку с пожелтевшей травы, на которую я ее уронил. – Мы уже потратили достаточно времени.

Глубоко внутри я знал, что нельзя ни в коем случае позволить этому произойти. Что мне нужно к Реми и потом обратно в Париж. Что мне придет конец, если я попаду в руки к Нова.

Трудно сказать, какие из мыслей подействовали, но этого хватило, чтобы во мне зажегся новый огонь, на мгновение прогнавший боль. Без предупреждения я дернулся в тот момент, когда Зелла развернулась, и затылком ударил в нос парня позади меня. От боли он отпустил меня и схватился за лицо, а я упал на другого Нова. Рефлекторно его пальцы крепче сжали мои руки, а я дернул локтями и ударил его в область солнечного сплетения. От резкого движения в глазах поплыли темные пятна, отчего на пару мгновений мое зрение ухудшилось. Достаточно для того, чтобы у Зеллы появилась возможность ударить меня кулаком в живот и второй раз по виску.

– Это была ошибка, писака! – прошипела она, собираясь ударить в третий раз, но я чудесным образом отразил удар. В эту секунду я почувствовал благодарность дяде Корбину за то, что он настаивал на тяжелых тренировках, после которых я часто возвращался с