Аббарр. Песок и пламя - Хельга Воджик

Ашри украдкой поглядывала на рог-призыватель Белого Пса. Чуть изогнутый и украшенный резьбой, рог весь был усыпан кристаллами и сейчас лишь один из них светился зелёным. Неужели так велика сила Ину? Может ли он пробудить и управлять сразу всеми запечатанными камнями? А если, может, и так силён, тогда зачем ему она?

Белый Пёс повернулся и ответил:

– Это лишь формы воплощения духа, – он провёл рукой по камням. – Духи стихий принимают любой облик, но чтобы соткать его, необходимо влить пламя. Кристалл арнтару запечатывает форму и ускоряет процесс.

– Арнтару? – переспросила Ашри. – Так звали вашего с Аббис наставника.

– Да, старик родился в день пустоты, когда Орт завершил оборот, но ещё не вышел на новый. «Арн» – это позабытое название оборота колеса года. А «тхару» или «тару» – это не только земля и мир, но и пустота и память. Карп нашёл способ сохранять сотканную однажды форму пламени, запечатывать её отпечаток и разворачивать, используя особые камни, проросшие из кровавого сердца Мэй в костях Энхар.

– В шахтах Ахран? Ормы? – нахмурилась Ашри, но, увидев подозрение на лице Ину, спросила: – То есть вы налепили несколько десятков заготовок на все случаи?

– Вроде того, – ухмыльнулся Ину, прожигая единственным открытым глазом Тхару. – И о некоторых формах тебе лучше не знать. А теперь пора спускаться и закончить начатое.

Кенру приблизился, обдав брызгами искр, и замер, опустив одно «крыло» к ногам Ину. Белый Пёс подал руку Мэйре Тар, и вместе они первыми поднялись на это странное и восхитительное существо. Зурри вцепился в Ашри и, когда оказался на спине кенру, глаза ребёнка светились так, словно он получил целый караван подарков.

– Песок мне в очи! – Зурри восторженно крутил головой. – Невероятно!

Он с любопытством и восторгом разглядывал светящиеся платформы-островки, зависшие над бесконечной пропастью, тонкие мерцающие мосты, ведущие к ним, и, совсем забыв о приличиях, рассматривал самих дремлющих.

Кенру грациозно скользил по воздуху, спиралью опускаясь всё ниже. Он шёл по центру огромной воронки, и Ашри с трудом могла различить чёрные полоски каменных галерей. Она в очередной раз поразилась тому, насколько Обитель внутри больше, чем снаружи. Её разум не мог объять всю мощь и силу этого места, постичь таинство ритуала, совершаемого множеством хранителей. Она уже давно сбилась со счёта, пытаясь прикинуть, как много дремлющих ткут полотно. Казалось, тут их наберётся на целый город! Но вот грозди площадок стали редеть, огни на колоннах горели не так ярко, и вскоре лишь свечение кенру прорезало чернильную тьму.

Тьма оказалась похожей на туман, на дне которого виднелось бледное мерцающее озеро. Ашри подумала, что это и есть их цель, но кенру, приблизившись, лишь нырнул сквозь шлейф зелёных светлячков. Мимо пронёсся поток из бесконечного множества крохотных звёзд. Никогда прежде Ашри не чувствовала такой лёгкости. Её тело на мгновение утратило вес, растворилось в волне света. Дурман развеялся, и зрение обострилось.

– Мы пересекли границу, – Мэйра Тар коснулась плеча элвинг, возвращая её разум в тело.

Ашри взглянула вверх. Теперь шахта напоминала глубокую яму, дремлющие сияли как звёзды на небе, а завесы и вовсе не было видно:

– Тут так темно…

– Бездна – это не только Дыхание Интару, но и Тень Гаара, – кивнула Мэйра. – Подле Врат тьма густеет и обретает форму. Даже дремлющие не могут удерживать её в такой близи от источника. Поэтому по ту сторону, – жрица посмотрела вверх, – они ткут из пламени вуаль, а Хаос с этой стороны разъедает её. Весь вопрос – у кого окажется больше сил.

– Мы уже в Бездне? – спросила Ашри.

– Ещё нет, но Она уже знает о нас.

Они парили в абсолютной тьме. Даже огоньки дремлющих не дотягивались до дна колодца времён. Ашри всматривалась в пустоту, и иногда ей казалось, будто всё вокруг шевелится, наблюдает, изучает. Единственным светом был кенру и шлейф пламени от него.

– Но почему я не вижу поток пламени? – спросила Ашри стоящего рядом Тшакрамга.

– А разве видят окружающие твоё пламя, когда ты не желаешь его показывать? – вопросом на вопрос ответил отречённый хранитель.

Кенру замер. Элвинг уже давно потеряла чувство времени и реальности. Тут, во мраке бытия, где не существовало ориентиров, дыхания ветра, звуков и запахов, как можно было понять, движешься ты или стоишь на месте? Хотя было нечто: гул, ощутимый всем телом. Как дрожь или волна, как круги от брошенного в воду камня. Их присутствие отражалось в шахте, наполненной тьмой, и возвращалось беззвучным эхом обратно.

«Она уже знает о нас».

Страж Восточного Порога Мэйру Тар, Хранительница Обители Интару и Жрица Зелёного Пламени склонила голову, приветствуя Бездну. Её примеру последовали все псы. В этом безмолвном жесте было больше почтения, чем в самых громких словах. Когда хранители подняли головы, глаза всех стали огнём, и пламя объяло их руки, рассекая тьму. Белый Пёс Ину Хранитель Башни Силы дунул в рог, и кенру начал таять. Ашри посмотрела вниз и не увидела ничего, кроме чернильной пустоты. Зурри переминался с ноги на ногу, теребил сумку, поправлял одежду. Когда кенру совсем истончился, бистёныш посмотрел на Ашри с глазами, полными ужаса. Ашри лишь пожала в ответ плечами.

– Эти, похоже, не волнуются, – кивнула она на хранителей, шагнувших во тьму. – А значит, и нам не стоит.

Признаться, Ашри сама ждала увидеть, как все псы провалятся в Бездну. Но лишь мантии хранителей коснулись невидимой поверхности, как по ней во все стороны побежали тонкие трещины зелёного света. Мгновение – и пламенные змейки обозначили пол, колонны, стены, арку и два исполинских стража возле неё. Всё вокруг засияло до рези в глазах.

Ашри инстинктивно притянула Зурри к себе и замерла. Арка, изукрашенная резным узором, не уступала скрытым в пустыне Вратам, что вели в Обитель, и даже превосходила её. А стражи псоголовых, мужчина и женщина, были подобны застывшим богам.

– Стражи Дартау, – Алый Вихрь теперь не отходил от элвинг, без особых церемоний вглядываясь в её глаза. Он посмотрел на мерцающий мост к тёмному порталу и хрипло произнёс слова из книги легенд: – Уставшие боги создали Стражей и поставили их нести вечный дозор на Пороге Дартау. Впускать лишь тех, в ком горит Искра, кто подчинил Материю и управляет Временем. Всех остальных же карать, вырывая дух из тела, тем самым сохраняя равновесие и оставляя по части на каждый из миров.

Ашри не могла отрицать величие и красоту этого места. Всё вокруг сияло призрачным светом, а волны частиц перетекали, как светящиеся водоросли озера Разбитых мечтаний на западном плато маленького острова Архипелага – Око. Чем ближе она подходила к Порогу, тем больше воспоминаний о прошлом проносилось перед глазами. Она будет тосковать по красоте мира, который покидает. И будет