По обе стороны времени - Станислав Петрович Федотов

– Да как сказать… Вроде бы рановато…

– А зданию нужен капитальный ремонт?

– Да его проще снести и новый построить! – вырвалось у завхоза. – Тут же чёрт ногу сломит!

В справедливости этих отчаянных слов директор успел убедиться лично: во время обхода он трижды попадал в глубокие тупики и один раз банально заблудился. Кто другой на его месте плюнул бы и отложил обследование на неопределённый срок, но у Владимира Николаевича был личный интерес.

Дело в том, что, покидая этот мир, прадед призвал потомка и, приказав плотнее закрыть дверь, поманил его к себе поближе.

– Я тебе, Володьша, про тёмную силу… ещё не всё сказал…

По правде сказать, о тёмной силе юный Янусов уже услышал от старика столько, что считал её просто сказкой, а тут, оказывается, ещё не всё. А прадед помолчал, собираясь то ли с силами, то ли с духом, и, когда правнук уже нетерпеливо заёрзал на стуле, продолжил:

– Тёмная сила в тебе возрастёт многократно… ежели сумеешь поймать… чёртову сущность… и заставишь служить…

Прадед задыхался, закатывал глаза, елозил руками по одеялу, но не терял нить мысли, и хоть с большими паузами, но – говорил:

– Я не видел её… однако чуял… она где-то в театре… прячется…

– Почему в театре, дед? – не выдержав, перебил правнук.

– Молчи и слушай… Эта сущность навроде птицы… служила одному стихоплёту… контре… я не успел его расстрелять… а сущность почему-то оставила его… Улетела!

– А всё-таки, дед, как она выглядит? – попытался дознаться правнук.

– Знал бы прикуп, жил бы в Сочи… – Прадед неожиданно ухмыльнулся, взгляд его заострился. – Но найдёшь, ухватишь её – будет тебе счастье. Может быть, богатство и власть… а может…

Тихий голос, почти шёпот, прервался. Старик слабо шевельнул рукой – должно быть, прощался – и закрыл глаза. Отошёл.

Обойдя театр, Янусов понял, что до конца своей жизни может искать здесь неизвестную «чёртову сущность». Поэтому идея завхоза – снести это дряхлое здание – бальзамом пролилась на его жаждущую силы и власти душу.

– Ионыч, вы – гений!

А ещё Владимир Николаевич искренне порадовался, что идею постройки нового театра высказал не он – один из «старожилов». Конечно, у области денег на стройку нет, надо искать инвесторов, но снести эту обитель «чёртовой сущности» надо обязательно. Тогда шансы найти и поймать её возрастут многократно.

Глава 2,

в которой приоткрывается завеса времени

– Так ты хочешь увидеть прошлое?! – изумлённо спросил Рамон.

– Ну да, – спокойно ответил Сева. – Ты же помнишь… Ой, нет, тебя тогда с нами не было… Это в прошлом году… В общем, Яков Иванович говорил, что никакие в мире события не пропадают – они как бы отпечатываются вибрациями в тонком эфире, слой за слоем. И звуки, и картинки. Если правильно настроиться, можно увидеть и услышать то, что было.

– Вот так вот просто: настроился и увидел этакое кино?

– Нет, конечно, – усмехнулся Сева. – Нужны соответствующие сканер и детектор. В прошлом году я сконструировал астрофон, чтобы слушать шёпот звезд, потом случайно переделал его на другой, который ловил звуки из прошлого, а теперь вот этот, – Сева скинул с плеч рюкзачок, с которым ходил постоянно, и вынул из него чёрный чемоданчик, похожий на кейс, но потолще.

– Сам?! – не поверил Рамон, разглядывая обыкновенную с виду вещь. – Умножил два на два и сконструировал?

– Ну, не совсем сам, – признался Сева. – Кент помогал. Кое-что подсказывал. Он в технике, как рыба в воде. Ничему ни разу не учился, а чего ни коснись, во всём петрит. Интуитивно. Яков Иванович говорит, что это у него врождённое. А Эйнштейн говорил, что интуиция – великий дар!

– Кент, он такой, – согласился Рамон. – Один его вандлер[5] чего стоит! Кстати, а как вы с ним этот гаджет, – он кивнул на чемоданчик, – назвали?

– Пока никак. И это не гаджет, а девайс.

– Но он и впрямь ловит прошлое? – не унимался с вопросами Рамон, пропустив уточнение Севы мимо ушей.

– Ловит! – Было заметно, что Севке надоела назойливость друга-полицейского, но тот не отставал.

– Покажи, а? Ну будь другом, Севк, покажи!

– Что я тебе покажу? Какое прошлое?! Как бабушка Белова козу с луга тащит? Или как моя мама на работу идет? Что на этой улице можно найти?! Каждый день одно и то же! О! Может, показать, как ты у Балагулов документы проверял? – Сева засмеялся. – По пустым бумажкам!

– Откуда ты знаешь?

– Кент рассказывал.

– Вот болтун!

– Да я и сам видел. Правда, с Дашкиной «вышки».

Был такой малоприятный эпизод в полицейской службе Рамона. В прошлом году.

– Не-а, – мотнул головой Рамон. – Не стоит.

– Тогда придумай что-нибудь другое. Романтичное! Ты же песни сочиняешь – тебе и карты в руки.

– Вообще-то уже не сочиняю. И группа разбежалась. Варя обещала попросить свою маму, чтобы она вытащила нас на ТВ, да, видать, забыла.

– Ну всё равно, извилины-то не заросли. И талант не пропьёшь!

Рамон польщённо усмехнулся и задумался.

Приятели сидели на дворовой скамейке возле Севкиного дома. Молодой полицейский Роман Величко (Рамон – это был сценический псевдоним, но в Угорье его все так и называли) после знакомства с Балагулами в их усадьбе у Тихого омута очень сблизился с членами необычной компании. Эта компания состояла, кроме Балагулов, из Севы Дегтярёва, Вари Беловой, Даши Антоновой и её семьи. Правда, сейчас она (не семья, а компания) распалась. Сначала Варя вернулась в Благолепинск: она приезжала в Угорье на каникулы. А через год в конце июня в областную столицу отправилась Даша – в гости к Варе, на всё лето. Без непоседливых девчонок стало скучновато.

Что касается Балагулов, то семейство это, как показалось Рамону с той самой злосчастной проверки документов, не очень-то было расположено к дружескому общению с полицией: оно замкнулось в своей усадьбе у Тихого омута и в Угорье не показывалось. Только Кент, то бишь Иннокентий, в прошлом августе приходил как-то к Варе, та позвала Дашу, Даша – Севку, и они все вместе исчезли на целый день. Звали и Рамона, но тот дежурил по отделу и пойти не смог. Девчонки потом рассказывали, что Кент показал им иной мир, где время течёт по-другому, не как на Земле, но Рамон назвал их рассказ «голимой фантастикой». Хотя фантастики-то в Угорье и без иного мира было в избытке. Взять того же Севку с его изобретениями. Поверил парень Кенту, что он – потомок каких-то древних изобретателей-йонов, вот и клепает свои девайсы. Надо же