Ведьма. Треугольник судьбы - Любовь Фомина

этого ответа зависит вся наша судьба. Хотя, если подумать, то так оно и есть. Нам действительно нужна помощь. Гил пробегается глазами по тексту и только спустя какое-то время озвучивает краткую выжимку из длинного письма:

— Ректор Бавдиин поблагодарил за предупреждение… бла бла бла… тут опять не то…. — водит он пальцем по бумаге, — здесь он соблюдает все законы приличия… О! Вот! — Гил прокашливается и, выпрямив спину, зачитывает вслух.

«…к моему глубочайшему сожалению, я не могу вам ничем помочь. Понимаю, что ситуация крайне неприятная, но я обязан защитить Академию магии и ее студентов. В этом случае будут приняты соответствующие меры, а точнее организация срочного роспуска групп и объявление внеплановых каникул со скорейшим распределением студентов по домам. В этом году слишком много первогодников, которые не имеют достаточного уровня мастерства и знаний, чтобы противостоять темным чарам, они не смогут принять участия в оборонительных действиях. Преподаватели во главе со мной будут направлены на нижние этажи Академии магии с целью охраны магической печати. Я запрусь в подвале и буду защищать проход, запечатанный печатью, ценой своей жизни. Вокруг Академии будет установлен защитный купол высшего уровня, не имеющий брешей или ключей взлома. Уверяю вас, что меры безопасности наивысшие, не требующие корректировки. Ваша помощь не требуется»

— Он совсем ополоумел?! — срывается Кристиан, только замолкает Гил, и бьет кулаком в стену. — Вот же дурной старик! Он не понимает всей серьезности!

— Кристиан, подожжи, — пытается успокоить Гил, — может у Бавдиина есть свой план, о подробностях которого он умолчал. Не забывай, тебе мало кто доверяет. — поднимает Гил глаза на меня и пытается прочитать солидарность в моей мимике при словах о доверии.

— Выдвигаемся, — мгновенно командует Кристиан, не раздумывая.

— А план? — спрашиваю я, пытаясь хоть немного замедлить охотника. Я-то понимаю, что решения, принятые сгоряча, к хорошему не приведут. Но его глаза вновь разгораются, источая свет. Видимо, это последствие устранения знака с шеи, удерживающего магию под контролем. Теперь же малейшие эмоции вызывают в охотнике магическую бурю.

— Расскажу по пути, — бросает мне Кристиан и начинает собираться.

Он вытаскивает несколько камушек из шкафов, пучки травы закидывает в бездонный карман, беззвучно прощается с этим миром.

— Выходим! — командует охотник.

— Кристиан, надо все обдумать. Нельзя вот так бежать сломя голову, не понятно куда и зачем. — начинаю потихоньку злиться я, ведь мужчина не обращает никакого внимания. Он выкрикивает свой приказ и тут же выскакивает из дома, так что приводить его в чувство мне приходится уже на улице, переходя на бег. Выглядит все крайне сюрреалистично со стороны. Я, словно Моська, пытаюсь облаять слона, который меня совсем не замечает. Бегаю вокруг него, говорю что-то, размахиваю руками, но внимания к себе не привлекаю.

— Если тебе что-то непонятно, то это не значит, что план отсутствует. — холодно сообщает Кристиан, будто и не мне, а самому себе.

— Тогда я жду объяснений.

— Потом.

— Да куда ты так торопишься? От нескольких минут ничего не изменится! Мы даже не знаем, насколько давно письмо было отправлено! Может, Академия уже закрыта барьером. Или Ванесса поджидает нас где-то неподалеку, чтобы по очереди всех перебить. Ты ни в чем не можешь быть уверен! Если мы попадем в засаду, то точно никому не сможем помочь.

Какие я только доводы не привожу Кристиану, какие слова не произношу, ничего не действует. Он продолжает упрямо двигаться вперед, не посвящая меня в детали своей задумки. Его недоверие, конечно, в какой-то мере можно понять, но… но я понять не могу, как бы ни пыталась. Столько пройти вместе! Столько испытать!

— Стой! — кричу я. Но Кристиан никак не реагирует. — Давай остановимся на пару минут. Ты мне хотя бы в общих чертах объяснишь наши дальнейшие действия. Я, правда, не могу понять, почему ты мне не можешь довериться, я же ни разу тебя не подводила.

Чувство обиды начинает душить меня. Глаза несправедливо наполняются слезами вопреки моей воле. И смысла идти вперед за тем, кто молчит, желая меня продать, я не вижу. Останавливаюсь. Кристиан этого даже не замечает.

— Сто-ой! — кричу я изо всех сил, чтобы перекричать свои переживания, отчаяние, страх, усталость что-то доказывать. И, кажется, даже ветер начинает дуть сильнее, подталкивая мои слова.

Кристиан тут же останавливается. Вот как по щелчку пальцев! Я изумленно смотрю на него. Через несколько секунд он делает шаг вперед, оборачивается. Кристиан осматривает меня, удивленно таращась.

— Это что сейчас было? — с истинным интересом спрашивает охотник.

Глава 46

А я и не знаю, что ему ответить. Кристиан изучающе разглядывает меня и, кажется, даже воздух становится плотнее от его пристального взгляда. Я ощущаю себя словно на сцене цирка — этакая диковинная зверушка, что всегда держалась в тени, а сейчас решилась выйти под свет прожекторов.

— Еще раз! — командует Кристиан, не оставляя никакого отзыва, не высказывая своих впечатлений от испытанного. Готовый стать подопытным образцом, он просит провернуть этот трюк с ним еще раз.

— Стой, — буднично говорю я, но ничего не происходит. Кажется, это была разовая акция. Но Кристиан сводит брови и подходит ко мне. Он останавливается совсем вплотную. Я успеваю только ахнуть, как он хватает мою руку и прикладывает к своей груди.

— Что ты…

— Чувствуешь? — агрессивно спрашивает он, выпучивая глаза. Я киваю. Тогда охотник, так и не отпуская мою руку, передвигает ее к своему запястью, — теперь почувствуй поток крови. Услышь, как она течет по вене.

Мне остается только еще раз кивнуть. Кристиан явно не намерен отвечать на мои вопросы, поэтому остается лишь выжидать, чтобы потом поймать удачный момент. Но он никак не настает. После моего согласного покачивания головой, Кристиан начинает своей рукой двигать мою по всему своему телу: проводит по широким плечам, шее, где вовсю пульсирует жизнь, спускается ниже, затрагивая уже торс, начало ног. Все это время я ошарашенно слежу за своей рукой. Понимания, чего он добивается, пока не приходит, но я пытаюсь на полную прочувствовать и запомнить этот момент, вобрать тепло его тела, оставить в фантазиях округлость его мышц. Кристиан же так увлечен очередным незапланированным уроком, что и не понимает двусмысленность ситуации.

Но вот он резко бросает мою руку и, не отрывая от меня взгляда, пятится назад.

— Подними меня, — вновь звучит командный тон. — Вспомни физический контакт, мысленно нащупай тело, а потом реши, что хочешь поднять его.

Я стою в ступоре и не шевелюсь. Мысли путаются. Кристиан, толком не объясняя, что, как и для чего учит меня тому, что я осознать не