Обнулённый 3 - Виктор Рэн

Поскольку спрашивать про карту было уже некого, я убрал ее за пазуху и пошёл встречать отряд. Айрис приняла мою руку и, едва спрыгнула на землю, быстро прижалась ко мне. Потом отступила и посмотрела на бутылку, которую я все еще держал в руке.

— Мы что-то празднуем? — подняла бровь она.

— Что-то вроде того, — ответил я. — Пойдём в дом, есть разговор не для улицы.

Векс слезла с повозки молча. Иллюзия Айрис превращала её в невзрачную девушку в плаще, и внутри форта она не спешила ерничать. Или говорить вообще. Мы прошли через двор. Солдаты обращали внимание на меня гораздо больше, чем на Векс.

В итоге мы добрались до дома спокойно. Но когда Векс переступила порог, она замерла. Её плечи напряглись. Зрачки расширились, и на лице появилось выражение, которое я видел у неё только однажды: в подземелье Аббатства, перед тем как мы столкнулись с осквернёнными клириками.

— Что-то не так в этом форте, — произнесла она. — Не в этом доме. Но рядом. У меня от этого ощущения зубы сводит.

Она ходила по комнате и не могла сесть. Кружила от стены к стене, как зверь в клетке.

Я запер дверь и собрал отряд. Лазарь уже был в общем зале, а Бертран чуть позже подошел сам.

— Хорошо, что добрались в целости, — кивнул он и занял место на лавке.

— Садитесь, — сказал я. — У меня есть новости после встречи с бароном и людьми из Красса.

Я рассказал большую часть вещей, случившихся за последнее время. Про Беатрис Красс и её голубые глаза, которые были точной копией глаз Иеремии из Серого леса. Про переговоры, в которых каждая из сторон не хотела уступать. Как я выложил голову Гарлакса на стол и как Беатрис непрозрачно намекнула на шахту и еще более непрозрачно на то, что мои услуги «могли бы пригодиться не только Шторрену».

Никто меня не перебивал. Когда я закончил, в комнате стояла тишина, и только угли в очаге едва слышно потрескивали.

— Нам нужно убить ее, — произнесла Векс. — Сегодня ночью, пока она спит. Я помогу. Можем забраться в ее комнату, и к утру всё будет кончено.

Голос демоницы звучал хрипло, и в нем проскакивали звериные нотки.

— Шторрен не позволит, — ответил я. — Убийство дочери Красса на его территории — это война. Война, которую Шторрен не переживёт. Он скорее выдаст наши голову Крассу, чем допустит такое.

— Тогда уходим, — Векс шагнула ко мне. — Сегодня ночью. Забираем вещи и уходим из форта, пока она здесь. Прямо сейчас.

— Нет, — сказал я.

— Почему? — её голос стал резче.

— Потому что от Иеремии бежать бессмысленно. Она нашла нас в Сером лесу, когда мы не знали о её существовании. Навела порчу на Аббатство, которое стояло веками. Теперь она здесь, в роли дочери барона. Лучше знать, где враг, чем гадать, откуда он придёт.

Векс стояла передо мной, и через связь я видел то, чего на её лице не было. Она боялась Иеремии. Не как противника, которого можно переиграть. Как нечто, стоящее выше в пищевой цепочке. Что-то в Иеремии затрагивало в Векс инстинкты, не подчиняющиеся ни логике, ни разуму.

— Я не позволю ей тебя тронуть, — произнёс я тихо.

Векс посмотрела на меня долгим взглядом. Потом отвела глаза.

— Красиво звучит, — сказала она.

Берт откашлялся, стараясь занять чем-то неловкую паузу.

— Допустим, мы не сможем ни убить ее, ни сбежать от нее, — произнёс он, обращаясь ко мне. — Тогда что? Сидим и ждём, пока она сама что-нибудь предпримет?

— Остаётся только один путь — подобраться к ней ближе и понять, что она забыла в Крассе.

— Подобраться ближе к существу, от которого веет такой опасностью — задача трудновыполнимая, — сказал Лазарь, потирая подбородок. — Которая легко может обернуться самоубийством с дополнительными шагами.

— Возможно, — согласился я. — Но оставлять ее, чтобы Иеремия собрала новый культ и подмяла под себя целое баронство, только осложнит нам жизнь.

Лазарь покачал головой и призадумался. Берт хлопнул ладонью по колену и предложил:

— Давайте-ка я сварганю ужин, раз Кир притащил бутылочку вина. Не никаких проблем, которые не решил бы хороший ужин и хороший алкоголь.

Отряд потихоньку разошелся, пока Бертран отправился кашеварить у котелка. Векс немного упокоилась после моих слов и села в углу, поближе к огню.

Лазарь тут же потребовал осмотреть мои раны нормально. В работе он использовал мази, которые пахли так же, как и те, что наносила Хана в лазарете. Похоже, он уже успел сходить к восточной целительнице и закупиться.

Когда Лазарь закончил с медициной, я отвел Айрис в сторону.

— У тебя есть какие-то идеи, как можно защититься от ментального воздействия? — спросил я.

Айрис вскинула бровь и ожидала дальнейшей информации.

Я рассказал ей про голос, который позвал меня в баронство Харроу, пока я спал. И про ощущение, что кто-то пытался прорваться в мое сознание. Чем дольше я говорил, тем более серьезно выглядела Айрис.

— Я могу по пальцам пересчитать волшебников, кто может установить связь на такое большое расстояние. — сказала она. — И все они из великих домов Королевства.

Не слишком хорошая новость. Айрис продолжила говорить:

— Если кто-то дотянулся до тебя из далекого баронства через сон на таком расстоянии, это очень высокий уровень. Ни один из волшебников с такими навыками не стал бы тратить силу на случайного наёмника.

— Значит, я не случайный, — пожал плечами я.

— Значит, в тебе есть что-то, что его зацепило, — кивнула Айрис и тут же поправилась. — Или её. Вопрос лишь в том, что именно. Потому что сигнал не может зацепиться ни за что, у него должна быть привязка.

Я немного порылся в памяти, стараясь выудить, чем мог подать сигнал кому-то на другой стороне Предела. Вряд ли меч центуриона, первый контакт был еще до него. Может, что-то у клириков подцепил…

— Может, божественность? — уточнил я. — Я тут набрал с десяток очков, ну и…

Айрис тут же легонько стукнула меня в плечо.

— Это за что? — улыбнулся я.

— За безрассудство. — бросила айрис и потащила меня в комнату. — Ты набрал десять очков и молчал.

Она усадила меня на кровать