Лабиринт Аль-Ракса - Виктор Абрамовских

Человек неожиданно вышел из тени, схватил воспитанников за руки и куда-то потащил. Странно, но не в здание, а к воротам. Большие ворота были открыты, и тут стояло много машин странного футуристического вида, а еще были люди в необычных одеждах.

— Госпожа Мизуки, вот он.

От толпы отделилась женщина. Невысокая, с раскосыми глазами и густыми черными волосами. Мне она чем-то напомнила якудзу. Было в ней что-то такое… опасное. Женщина приблизилась к детям и достала из сумки кристалл, похожий на пирамидку. Пирамидка в ее руках светилась и мигала, а она с интересом смотрела на нее.

— Отлично, — кивнула она на ребенка, чьими глазами я смотрел. — Я заберу его.

— Не-е-ет! Тим, беги! Она принесет тебя в жертву демону! — внезапно закричал второй ребенок и толкнул человека, держащего нас изо всех сил.

А вот Тим, в чьем теле был я, растерялся, промедлил, хотя человек на секунду его и отпустил. Тим не смог убежать вовремя, а когда захотел, то его схватила женщина по имени Мизуки.

— Не стоит убегать, мой рыцарь…

Она подняла ребенка и прижала к себе. Следом что-то больно кольнуло в шею, и мое сознание начало мутнеть.

Глава 19

В себя я приходил медленно. Первое, что понял, что я лежу на чем-то мягком и оно даже не колется соломой. Кроме того, несмотря на пульсирующую боль в голове и болезненное ощущение где-то в районе лба, чувствовал я себя хорошо. А еще кто-то заботливый положил на больное место холодную тряпку. От удовольствия я застонал и, прикрыв тряпку рукой, прижал ее к голове.

Хорошо-то как…

Открыл глаза, чтобы посмотреть на своего спасителя и сразу же встретился взглядом с Айкой. Она сидела рядом, удерживая мокрую тряпку, и смотрела на меня странным нечитаемым взглядом.

— И что это было? — спросила она после минуты гляделок.

— Я не знаю, — честно признался я и поелозил мокрой тряпкой по больному месту. — Все так быстро произошло. Но мне показалось, это было что-то железное. Тазик?

Черт, я, кажется, в комнате у Айки. Тут на полу хоть и лежит матрас как у меня, но, в отличии от моей постели, тут на матрасе плотное одеяло, а сверху еще и самая настоящая простынь. Потому солома совсем и не чувствуется. Красота. Вдобавок тут была подушка и одеяло, что укрывало меня. Настоящий шик по местным меркам!

А еще меня раздели. М-да… Просто так не вскочишь и не убежишь. Только вместе с одеялом.

— Ты превосходно понял, о чем я спросила! Не притворяйся дураком!

— Я не притворяюсь. — Блин, это как-то странно прозвучало. Нахмурился и попытался исправить положение: — В смысле не дураком. Ай… ладно, — прицокнул я досадливо. — Ты про то, зачем я поперся в баню?

— Действительно, очень сложно понять, зачем же мужик лезет к женщинам в баню, — с сарказмом заявила Айка и недобро уставилась на меня в упор. — Слышь, белая голова. Ты как прошел через стенку?!

— А-а-а… Ну, в меня ударило молнией. А потом я подумал, что это хорошая идея… Ну а что такого? Ты вон вообще горишь, и ничего. Я же не спрашиваю, чего ты вспыхиваешь.

— Магия, значит, проснулась… — отворачиваясь, произнесла Айка.

Она постояла, подумала, а потом подошла к низкому столику в углу. Там щелчком пальцев зажгла стоящую на столике свечу. Порылась в свитках и, выловив нужный, начала пером что-то черкать на нем. Самое интересное, что перо было и оно лежало на столике, а вот чернил не было.

Делает вид, что пишет? Хм… Ну это как делать вид, что читаешь газету, держа ее вверх ногами.

— Эй, а где моя одежда? — заглянул я под одеяло.

И даже штаны ведь сняли. Интересно, она сама меня раздевала или доверила другим ведьмам?

— Сохнет. Мы ее только развесили. Ты был весь мокрый. Всю ночь лил дождь, а сейчас только утро, и она еще не высохла.

— А Малло и…

— Приходили. Оставили тебя тут.

— В смысле оставили?!

— Продали. Теперь ты мой.

Вот я не пойму. Иногда Айка говорит с серьезным видом, и это сбивает с толку. Врет, конечно. Такое чувство, что иногда она сама совершенно не понимает, какую эмоциональную окраску нужно придавать своим словам. Хоть бы улыбнулась, если шутит.

— Позови Малло, он перенесет меня домой.

— Они оставили тебя тут, потому что, кроме тебя, я единственный маг в крепости.

— И что? Магам нельзя разлучаться?

— Можно. Но в твоем случае больно. Ты думаешь, голова у тебя сама прошла?

— А почему голова прошла, а шишка на голове не прошла?

— А ты наблюдательный… — задумалась Айка, прикусив кончик пера.

Вот же…

Я простонал, прикладывая к голове тряпку. Может, сжалится и долечит? Да нет, она бессердечная.

— Ты специально, да?

— Мучайся. Ты думаешь, можешь безнаказанно врываться к нам в баню и пугать?

— Мне казалось, я вам всем понравился. Не такой уж я страшный.

Не она ли сама недавно злилась, что я не смотрю на нее? А как пришел смотреть, так она злорадствует.

— Светящееся нечто, неожиданно выскочившее из стены? Скажи спасибо, что не спалила! Ты головой вообще думаешь хоть иногда? Или только тазики ловишь? Если уж так сильно хотелось, дверь для чего придумали?

— Я маг! Теперь я могу защититься.

— После того, как прошел через стенку?

— Да что такого в этой стенке? Почему через нее нельзя ходить?

Может, у них тут некие религиозные запреты. Сродни как не убивать Высших под светом Суна, так и не ходить через стенки в грозу. Или не ходить через стенки в мокрой одежде. Или не ходить через каменные стенки, а только через деревянные. Нужное подчеркнуть.

— Можно все. Хоть на вершину Аль-Раксы себя закинь. Вопрос лишь в том, сколько на это потребуется энергии. Ведь вначале магия забирает энергию, а потом вытягивает жизнь. И если ты потратил много энергии, ты уже не можешь колдовать и защищаться.

Хм… А приятно, конечно, что о тебе волнуются.

Хотя Айка так говорит, будто я прям на месте помереть мог. Но я чувствую себя неплохо. Да и тогда неплохо чувствовал, и если бы не резкая встреча моей головы с железным изделием, я бы и не вырубился. Даже свечение показывало, что я этой энергией под завязку переполнен. Мои шрамы ведь обычно не светятся. Это излишки. Какой из этого вывод? Энергии у меня много. Или это гроза добавила? Не понятно.

Но через стенки и правда лучше больше не ходить, пока не пойму