Роанна. Хайланд - Виктор Постоенко

— В умении подбирать талантливых и знающих людей и расставлять их на важные посты и направления. При этом знатность и происхождение для неё не имеют никакого значения. Когда-нибудь слышали, чтобы в дворянство возводили мертвецов?

— Но разве это возможно?

— Она возводила в дворянство геройски павших воинов, чтобы их семьи смогли пользоваться привилегиями дворянства. Прямо после сражения, на общем построении. И у неё есть правило второго шанса.

— Поясни, что за правило.

— Как пример — она даже мятежникам даёт искупить свою вину работой на страну или кровью на войне. Мятежника, который хотел её захватить, она отправила командиром отряда. Сейчас он генерал и командует пятидесятитысячным корпусом. Две сестры, которые явились её убить, на сегодня возглавляют её же службу безопасности. И много таких примеров.

— Я представляю, какой это стимул для остальных.

— Если вернуться к награждениям после сражения: живых она тут же перед строем делала не только дворянами, но и графами и баронами, раздавая земли и замки мятежников. Придумала награды и их статус, ордена и медали не только для офицеров, но и для простых солдат.

— Привязывала к земле и к себе в первую очередь. Но каким образом вы обошли все остальные страны в техническом развитии?

— Не только в нём. Я считаю, что в политическом тоже. Она у себя запретила рабство, а для беглецов из Старого Света ввела правило трёх лет.

— Что за правило трёх лет?

— Каждой семье давали скот, возможность строиться (или пустующий дом в деревне), инвентарь, семена и на три года освобождение от всех налогов и податей. Женщинам разрешено не только учиться в университетах, но и преподавать в школах. Впервые женщина была назначена на пост заместителя министра — представляете, сколько Император выслушал от стариков в Совете?

— Я не просто представляю, у меня это даже как бы перед глазами стоит.

— Женщина возглавляет одну из спецслужб, вторая командует личной охраной Императора и Императрицы. Да возьмите меня — я владею двумя крупными островами, возглавляю островную провинцию, купила ещё шесть островов в соседнем королевстве, у меня свой торговый флот, и я заказала пароходы.

— Но вы скорее исключение из правил.

— Да что Вы говорите! Герцогиня Харрасская создала промышленную империю. У неё десятки заводов, фабрик, рудников и шахт, она строит корабли, прокладывает дороги. Ещё десять лет назад такое было просто немыслимо. Это только то, что я знаю.

— Жаль, что Ваша Империя находится так далеко. Очень захотелось посмотреть на всё своими глазами. Министр финансов сказал, что уже решил все вопросы с Вами.

— Да, и мы обговорили с ним возможность открытия у вас филиала нашего Имперского банка, а у нас — филиала Франкского государственного банка. У меня на вторую половину дня уже назначены встречи с некоторыми вашими промышленниками и финансистами.

— Кора, мне очень не хочется тебя отпускать. Может, останешься ещё?

— Так будет хуже для нас обоих, пойми меня правильно. То, что я вчера сделала, это было моё и твоё желание, на тот момент единственное и верное. Нас потянуло друг к другу, едва мы встретились глазами. Если бы я была твоей подданной, я бы рассмотрела любые варианты. Но я не твоя подданная, я замужем, и самое главное — от моих решений зависят судьбы работающих на меня сотен тысяч людей. Я не хвастаюсь.

— Очень жаль. Мне бы хотелось иметь рядом с собой такую женщину, я бы её арендовал лет на семьдесят, — и он рассмеялся.

— Хочешь, дам тебе совет, исходя из информации, которая мне известна?

— От тебя выслушаю что угодно.

— Сблизься с россами. Я не знаю как — может, через женитьбу, или выдай туда замуж любую свою юную родственницу. Императрица Анна старше меня на четыре года, но у неё могут быть сёстры или братья. Бюлов собирает империю, и она скоро станет опасной. Даже граф Ганин её опасается. Он прислал проект договора, где предлагается создать союз россов, франков, нас и подключить туда Штирию.

— Штирию? Это исключено. Они смертельно обижены за казнь королевы, дочери их Императора.

— Но вы не то королевство и не свора мятежников, узурпировавших страну и погрузивших её в кровавый хаос. Ищите решение, любое. Потому что на горизонте появится союз Бриттии, северных стран и новой германской империи, которая предъявит счёт и штирийцам — тем более есть за что.

— Вы хорошо осведомлены для аристократки, занимающейся делами торговли и производств.

— Просто перед отъездом я имела длительную беседу с Императрицей и сейчас передаю Вам её слова и пожелания.

— Хм, то есть наша встреча была не случайной?

— Нет, случайной. Но я в любом случае должна была записаться к Вам на приём. А в тот момент я забыла обо всём, когда увидела твои глаза. Мы с тобой взрослые люди и всё решили по-взрослому.

— А твоя Императрица не сгущает краски по поводу возни канцлера Бюлова? Мои дипломаты пока не видят там никакого намёка на возникновение империи.

— Значит, или не видят, или не понимают. У Императрицы свои люди у вас и там. И каждую неделю через Новый Свет имперская разведка получает свежие сведения. Почему именно её люди? Потому что она их подбирала и рекомендовала. Я видела начальника её внешней разведки — молодой человек с глазами, которые не дай бог ночью приснятся.

— Вы христианка? Я не ослышался?

— Да, я приняла католичество два года назад. Папа Палатинский объявил у нас отдельную митрополию, и кардинал Дэвид Битон стал нашим митрополитом.

— Сколько нового я узнал за сегодняшнее утро. А что за железные корабли, о которых мне доложили вчера утром?

— Насколько я поняла, работы в этом направлении велись не один год. Да, корпус корабля полностью строят из железа, но подробностей я не знаю. Знаю только, что новые имперские паровые корабли развивают скорость до двадцати семи узлов, и на них стоят принципиально новые пушки и оборудование. Но я женщина и не сильно разбираюсь в этом.

Кора прекрасно разбиралась в этом вопросе, тем более заказала себе два железных грузовых парохода. Но она отлично помнила, что можно говорить и даже нужно, а о чём умолчать. Ну а съехать с темы она умела виртуозно.

— Арман, у вас во дворце есть стрельбище? В нашем Имперском есть — император каждый день там тренируется, и его гвардейцы.

— Конечно есть. А почему ты спросила?

— Хочу кое-что тебе показать. Прогуляемся?

Они вышли из павильона и через прекрасный парк