Фантастика 2026-172 - Юрий Лермонтович Шиляев

— Твою ж мать, — прошептал я. — Это получается, мы с тобой его кабана завалили!

Бекон угрожающе зашипел, но я положил руку ему на загривок.

— Тихо. Не выдавай.

Охотник заметил нас, открыто улыбнулся и прибавил шагу, на ходу убирая в колчан стрелу. И вот тут, когда он подошёл ближе, мой взгляд сразу упёрся в его пояс. С одного бока висел объёмный ягдташ, из которого торчали две пары утиных лапок. Рядом болталась почти пустая сумка для провизии, из неё выглядывала краюха хлеба.

Я сложил всё в уме за секунду до того, как незнакомец открыл рот. Охотник подошёл к калитке, толкнул её, и она жалобно скрипнула.

— Доброго дня, — сказал он, приподнимая шляпу. — Извините, что вломился без спросу. Я тут раненого кабана ищу. У него в боку не меньше трёх стрел, моих, если что. Не видели?

— Нет, — ответил я быстро. — Не видел.

Охотник вздохнул и рассеянно огляделся. Взгляд его скользнул по двору, сместился к дверям кухне и остановился сохнущих досках. Незнакомец нахмурился, словно силился что-то вспомнить, потом перевёл взгляд на меня и простодушно, по-мальчишески хмыкнул.

— Надо же, куда меня следы завели, — протянул он. — Так это, выходит, трактир старого Винтера? Я тут с отцом бывал пару раз, ещё мальчишкой. А где же сам хозяин? Дедушка ваш, стало быть?

Я чуть зубами не скрипнул, но удержал на лице спокойное выражение.

— Он самый, — кивнул я. — Дед по делам уехал, оставил меня за главного.

— Вот оно что, — Георг, кажется, ничуть не усомнился. — А я-то думаю — лицо молодое, а стоите тут по-хозяйски. Ну, передавайте ему поклон. А я уж надеялся повидать…

Он снова посмотрел на закрытую дверь кухни и неуверенно переступил с ноги на ногу. Было видно — парень устал, как собака, и откровенно принюхивается к запахам с кухни.

— Забыл представиться, меня зовут Георг Стародубов, как видите, я охотник, — он слегка поклонился. — Из свиты князя Свиридова.

Тут-то я и решил действовать. Человек из свиты — ценный источник нужных мне сведений. Знает, что замышляет князь, зачем явился, есть ли ещё люди поблизости. Такого грех упускать. А голодный охотник с дичью, который к тому же, кажется, не ждёт подвоха — находка вдвойне.

— Далеко же вас занесло от княжьей свиты, — протянул я, не меняя тона. — С утра по лесу ходите? Проголодались небось?

Георг невольно поправил пустую сумку и усмехнулся, признавая мою правоту:

— Есть немного. С рассвета на ногах кабана гнали, какие там привалы? Только на ходу хлеб с сыром и перекусил.

— Но уток подстрелить всё же успели, как я вижу.

Охотник проследил за моим взглядом и, чуть смутившись, словно его застали врасплох, отвёл полу камзола.

— Да, утки, — сказал он без хвастовства. — Подстрелил утром, пока кабана выслеживал. Хорошие птицы, жирные.

Я позволил себе короткую, сдержанную улыбку. Утки — это мясо. Это ужин. Не крапива, и не щавель, и даже не паштет.

— Послушайте, — заговорил я, делая вид, что раздумываю. — Если не хотите есть всухомятку, могу их заодно приготовить. У меня есть травы, лук, ягоды, на кухне жар ещё не остыл. Получится вкусно. А вы пока согреетесь и расскажете, что за шустрый кабан вам попался.

Георг удивлённо поднял брови, но во взгляде его не мелькнуло и тени подозрения — только искренняя радость.

— Вы серьёзно? Прямо вот так, для случайного гостя?

— Почему случайного? — я посторонился, пропуская его к крыльцу. — Вы охотник князя, к тому же знали деда. Грех не угостить.

— Да я только рад! — Георг открыто и по-мальчишески рассмеялся. — А то хлеб с сыром, знаете ли, уже поперёк горла стоят.

Он только шагнул к входу на кухню, как Бекон, до того сидевший у моих ног настороженным изваянием, поднялся и бесшумно перетёк поближе к двери, преграждая путь. Не агрессивно — просто уселся на пороге, обернул хвост вокруг лап и уставился на гостя немигающим взглядом.

— Какой красавец, — охотник остановился и посмотрел на кота. — Ваш?

— Да, — я наклонился и легонько сдвинул рыжего с прохода. — Зовут Бекон. Умный, зараза. Чужих не жалует, но если вы со мной — трогать не станет. Главное — не дёргайтесь.

— И не подумаю, — Георг осторожно отшагнул, всё ещё косясь на кота. — У самого такой же питомец с характером был… только собака.

Я шутку оценил и проводил охотника не к дверям кухни, а через всю территорию до главного входа и махнул рукой на ближайший стол. Пока он шёл к столу, я внимательно наблюдал за ним. Вроде, довольно искренний парень, но он всё же из свиты Свиридова. Поэтому даже улыбчивый охотник с утками требует острого ножа за пазухой.

— Ну что ж, Георг, — сказал я, заходя следом и плотно прикрывая дверь. — Давайте ваших уток.

Ребята, если вам нравится книга, не забывайте ставить лайки)))

Авторам будет очень приятно, а после 1000 лайков мы выложим вместо одной главы сразу две.

И обязательно добавьте книгу в библиотеку, чтобы не пропустить продолжение.

Глава 7

Только когда оказался на кухне и повернулся к дверям спиной, смог перевести дух.

— Пронесло, — прошептал я.

Ситуация сложилась довольно неприятной. Вот тебе охотник из свиты, вроде как не сильно внимательный и довольно наивный, но любое сказанное мной слово может быстро дойти до ушей Свиридова. А что, если бы он увидел разделку кабана, выйдя из леса на два часа раньше? Я до сих пор не было уверен, что под маской простачка не скрывается какой-нибудь элитный шпион князи. В любом случае, сейчас нужно приготовить всё быстро и не дать охотнику возможность начать всё разнюхивать и шататься по трактиру.

В очаге уже тлели угли. Я подбросил ещё дров, раздул огонь и поставил на печь сковороду, а потом занялся утками. Опыт из прошлой жизни мне подсказал, что хорошая птица должна быть тяжёлой для своих размеров, обладать эластичной кожицей и блестящими задорными глазами. Те, что были передо мной, полностью подходили под все параметры.

— Будет вам ужин, господин охотник, — пробормотал я, доставая нож.

Первым делом, конечно, проверил внутренности: лёгкие, сердце, печень — всё на месте, аккуратно сложено в отдельный мешочек из плёнки сальника. Молодец, охотник, всё сделал правильно, так что мне оставалось только промыть холодной водой внутри и снаружи.

Печень, сердечко и желудок я отложил в миску — пойдут на паштет или подливку. А вот шею, гузку и все кости, которые можно было извлечь, не испортив тушку, я сразу закинул в пустую кастрюлю на бульон,