Кормление - Энтони Райан

Пора спать, решила она и возобновила свой неуверенный путь в Крестовый город. Она обнаружила, что Стэйв уже спит. Сбросив с себя рюкзак, она рухнула на койку и потянулась рукой в карман, чтобы достать пузырек с таблетками. Она заснула под звуки гитарной музыки и далекий смех.

18

К сожалению, спиртное не избавило от снов. На этот раз она снова оказалась в офисе в Спарктауне, но вместо гнилого трупа за столом сидел Стрэнг. На его лице было выражение глубокого разочарования, которого она никак не ожидала увидеть на его настоящем лице. Но, несмотря на всю его фальшь, она все равно нашла его обидным.

— Кто занимает место между Бетджеманом и Браунингом в разделе поэзии? — потребовал он.

— Что? — Лейла прищурилась на него, отвлекаясь на нарастающую головную боль и странное ощущение давления вокруг рта.

— Секция поэзии в библиотеке! — крикнул Стрэнг, хлопнув руками по столу, чтобы подчеркнуть свою значимость. — Кто занимает место между Бетджеманом и Браунингом?

— Я не знаю... - начала Лейла, а потом замялась, поняв, что действительно знает. О Роза, ты больна... Теперь она это вспомнила. Иллюстрированная табличка в одной из его любимых книг: Песни невинности и опыта. Но кто ее написал?

— Блейк! Уильям Блейк! — Это имя прозвучало как нечленораздельная, задушенная тарабарщина, и ей стало больно сжимать рот. Она попыталась заговорить снова, надеясь развеять разочарованную хмурость Стрэнга, но тот с шокирующей внезапностью превратился в Стэйва. Наклонившись к ней вплотную, он вперил в нее суровый взгляд и зажал ей рот рукой. По запаху его дыхания она поняла, что больше не спит.

— Собирайся, — приказал Стэйв суровым шепотом.

— Что такое? — прошептала она в ответ, когда он убрал руку.

Он подошел к своей койке, взвалил на плечи рюкзак и взвалил на плечи винтовку. — Кормщики в стенах, — сказал Стэйв и кивнул на все еще спящую Эйлсу. — Разбуди ее. Не шумите. — Он двинулся к крышке палатки, приседая с винтовкой у плеча. Во внешнем мире было еще темно, и быстрый взгляд вокруг палатки не обнаружил никаких признаков Люса.

Вопросы роились в голове Лейлы, соперничая с нарастающим страхом и ноющим чувством, что ее ночная встреча была очень важной. Уильям Блейк, поэт, пропавший с библиотечных полок в Искровом городе, автор стихотворения, которое она услышала только прошлой ночью. Она отбросила все эти мысли и подошла к Эйлсе. Потребовалось несколько секунд тряски, чтобы разбудить ее, и Лейла успела увернуться от удара, когда ветеран очнулась с гневным стоном.

— Кормщики! — прошипела Лейла, схватив ее за руку. — Вставай!

Эйлса с впечатляющей быстротой стряхнула с себя путы сна, натянула сапоги и собрала снаряжение гораздо быстрее, чем это удалось Лейле. — Как, черт возьми, они сюда попали? — спросила она у Стейва, приседая рядом с ним и держа в руке пистолет.

— Думаю, так же, как они попали в Искроград.

Глаза Эйлсы забегали туда-сюда, по лицу пробежала гримаса. Лейла не видела и не слышала ничего необычного, а вот два ветерана явно были в курсе. — Ворота? — спросила Эйлса.

— Почти уверена, что они уже пали. И стены тоже. Мы отправимся в доки.

— Может, предупредить людей? — спросила Лейла, проверив, что пузырек с таблетками все еще в кармане, и потянувшись за рюкзаком.

— Это место уже покинуто, — сказала ей Эйлса. — Просто пока об этом не знают. Если мы начнем кричать, то только привлечем к себе кормщиков. — Она нетерпеливо махнула рукой, призывая ее поторопиться. Лейла начала натягивать свой рюкзак, но остановилась при виде рюкзака Люс. Присмотри за моими баллонами, ладно?

Оставь, — решила Лейла. Слишком тяжелые... Ее зовут Уна. Сглотнув, она подошла к рюкзаку Люс и достала баллоны. Они весили около килограмма каждый, не особенно обременительно, но она знала, что почувствует это через несколько дней. Взять только один?

— Лейла! — Эйлса хмыкнула.

Запихнув оба баллона в рюкзак, Лейла затянула ремни и натянула его.

— Пистолет наизготовку, — сказала Эйлса, указывая на револьвер в кобуре на бедре Лейлы. — Он тебе понадобится.

Они покинули палатку пригнувшись. Любые сомнения Лейлы в правильности суждений ее коллег развеялись при виде тела, распростертого на земле в нескольких ярдах от хижины. Она также услышала звук бегущих ног, слишком быстрый, чтобы быть человеческим. Крики начались, когда они добрались до окраины Крестового городка: вопль удивленной агонии, быстро оборвавшийся, за ним последовал еще один, затем шквал выстрелов, когда среди палаток замелькали фонарики.

— Люс... - пробормотала Лейла, увидев, как первый кормщик прорвался сквозь брезентовую стену, и узнала вытянутый череп и конечности беты, прежде чем она умчалась прочь слишком быстро, чтобы за ней уследить. Желание вернуться было маленьким, мгновенно подавленным трепыханием в ее груди. Она ушла, решила она, ненавидя собственную безжалостную трусость, хотя и знала, что это правда.

Стэйв и Эйлса пустились бежать, Лейла бежала за ними. Они пронеслись через ряд лавок с едой и свернули в узкие переулки самого города. Лейла надеялась, что кормщики будут полностью заняты обильной добычей в Крестовом городе, но быстрый стук нечеловечески быстрых ног по металлическим крышам доказал, что она ошибается. Они добрались до рынка, когда обитатели гавани начали выходить из своих домов. На площади толпились люди, многие из них были одеты не по погоде, некоторые были вооружены, большинство — нет. Вид трех бегущих Крестовых вызвал шквал вопросов. Стэйв не обращал на них внимания, но Эйлса сдержала вздох, чтобы ответить кратко: — Кормщики в стенах!

Их возгласы сомнения и шока превратились в крики, когда бета приземлился среди них. Лейла успела заметить мелькание режущих конечностей и красную вспышку, прежде чем отвести взгляд и последовать за Стейвом и Эйлсой в другой переулок. Заткнув уши от звуков бойни, она продолжала бежать, но подступающая паника заставила ее несколько раз отскочить от металлических стен. Впереди она услышала приглушенный щелчок винтовки Стейва, два выстрела, за которыми последовал более громкий треск пистолета Эйлсы. Лейла не отрываясь смотрела на труп кормщика на своем пути. Перепрыгнув через него, она испугалась, обнаружив, что переулок впереди пуст. Завернув за угол, она с облегчением вздохнула, обнаружив обоих ветеранов в доке. Менее обнадеживающим был тот факт, что они остановились.

Кормщики находились на верхней платформе: три беты лакомились недавно убитой добычей. Лейла содрогнулась от невольного озноба при виде их бледных тел, корчащихся от выпитого, и лиц, зарытых в раны, которые они нанесли своим жертвам. Они были слишком поглощены своей сытной пищей, чтобы