Егерь. Последний рывок - Николай Скиба

Борис принял вызов. Костяная лопата рухнула на южанина — тот самый удар, что секундой ранее едва не переломил Кару пополам.

Призрачные клешни с гулким металлическим лязгом сомкнулись на летящей кости. Удар, способный расколоть крепостные ворота, завяз в фантомной хватке. Рик просел под чудовищным давлением, но стена устояла.

А я уже был под правым боком.

Лезвие вошло снизу вверх, точно под мышку твари — туда, где массивный плечевой сустав не прикрывала костяная броня. Клинок прошил мясо по самый локоть. Я с силой провернул, разрывая связки изнутри, и с хрустом выдернул лезвие. Чёрная кровь ударила тугим фонтаном. Правая рука Бориса дрогнула и заметно просела — сустав был критически поврежден.

Слева возник Карц.

Узкий конус белого пламени ударил Генералу в открытый бок. Задубевшая плоть вспыхнула, обнажая обугленные рёбра. Лис тут же отскочил, экономя тающий резерв, и начал заходить на новую цель.

Серый цербер не отставал. Три пасти вновь выдохнули. Чёрный туман поглотил ноги твари. Лёд намертво сковал правое колено Генерала коркой толщиной в палец. А пламя хлестнуло по груди, въедаясь в раны и выжигая скверну прямо под кожей.

Затем с крыши сорвалась Афина.

Я почувствовал её ментальный рывок за мгновение до удара. Тигрица обрушилась Генералу на загривок. Её «Доспех Катаклизма» ревел в полную силу — белое пламя и сжатый воздух слились в единый шторм. Ядовитые когти вонзились в шею монстра от затылка до самых лопаток, вспарывая плоть, как десятки раскалённых бритв.

— РРРРАААААОООООР!

Борис взревел. Впервые за эту ночь в его первобытном рыке прорезалась настоящая боль. Хвалёная регенерация Сухого захлебнулась. Разорванная подмышка, выжженный бок, скованное льдом колено и исполосованная спина — урон сыпался со всех сторон, и гнилая плоть просто не успевала срастаться.

Я зашёл на второй круг.

Целью стало то самое правое колено. Броня там стала хрупкой от перепада температур. Лезвие вошло под коленный сгиб. Короткий рывок вбок — и главное сухожилие лопнуло со звуком порванной корабельной снасти. Нога Бориса подкосилась, заставив его перенести весь вес на левую сторону.

Рик не упустил момент.

Призрачный Краб за его спиной растаял, уступая место Горному Титану. Силуэт обезьяны с руками-брёвнами повторил движение хозяина. Рик пробил короткий, вкручивающийся удар ладонью прямо в живот Генерала.

Фантомный кулак вошёл в цель. Бориса сложило пополам с влажным хряском — так хрипит бык, получивший обухом в брюхо. Его костяная лопата бессильно опустилась, открывая шею.

Карц немедленно выжег в ней сквозную дыру размером с кулак.

— МАКС, В СТОРОНУ! — раздался крик Нойса. К нам уже пикировала Урвия. Я отпрыгнул назад, давая мантикоре пространство.

Зверь зашёл идеально. Гладиатор вскинул руку, и хвост хлестнул вперёд, с пугающей точностью вбивая жало в открытый плечевой сустав.

Мантикора зависла на долю секунды, вкачивая под кожу монстра толстую струю концентрированной кислоты. Зелёная слизь мгновенно расплавила суставную сумку изнутри. Кожа Бориса вздулась гроздьями пузырей и лопнула, разбрызгивая вокруг дымящуюся ядовитую жижу.

Рёв Сухого оборвался — тварь повело вправо, и подрезанная мной нога окончательно сдала.

Генерал тяжело рухнул на правое колено.

Левой рукой он всё ещё цеплялся за реальность — пальцы впились глубоко в землю, удерживая массивное тело от падения. Генерал замер в полупригнутой позе. Голова безвольно болталась, выбитая челюсть висела на одной связке. Грудь дымилась, спина кровила, суставы были расплавлены или подрезаны.

Я остановился в трёх шагах от него.

Лезвие пустоты пульсировало. Цель перед глазами — открытая шея монстра. Идеальная точка. Но я не спешил.

Любой охотник знает: нет ничего страшнее рывка крупного подранка в состоянии агонии. Зверь может на одном адреналине забрать тебя с собой на тот свет. Я ждал подлянки.

И она случилась.

Борис сделал неуловимый, смазанный взмах левой рукой. Когтистые пальцы метнулись прямо к моему лицу. Сработал вбитый годами рефлекс — я ушёл с линии атаки мгновенным перекатом вправо, выжимая из тела максимальную скорость.

И только оказавшись в воздухе, понял, как страшно меня развели. Тварь использовала животный инстинкт против меня самого.

Это была обманка. Пустышка. Генерал прочитал меня.

Его костяная лопата уже шла снизу вверх. Без замаха. Из того самого положения, в котором тварь опиралась на землю. Борис просто провернул предплечье и ударил на опережение — не туда, где я стоял, а туда, куда я неизбежно приземлюсь.

Широкая кость шла по идеальной траектории. Через мгновение она должна была разрубить меня пополам.

Между мной и смертью встал Рик.

Южанин покрыл расстояние длинным, нечеловеческим скачком, вклиниваясь прямо в траекторию удара. За его спиной вновь вспыхнул Краб с Коралловых рифов. Призрачные клешни скрестились, образуя над нами абсолютный живой щит.

Костяная лопата встретила фантомную преграду. И прошла сквозь неё.

Я завершал перекат, когда по ушам ударил этот звук. Сухой, пугающий треск пробитой призрачной брони и чавкающий хруст разрываемой человеческой плоти.

Вскочив на ноги, я увидел то, во что мозг отказывался верить.

Лопата Бориса пробила Рика насквозь. Широкое костяное лезвие вошло в живот и вышло из спины, между почек. Южанин повис на ней, как кусок мяса на вертеле. Призрачный Краб осыпался мёртвыми искрами. В глазах Рика мелькнуло то самое мутное, стеклянное понимание неизбежного конца, которое я сотни раз видел у смертельно раненого зверя.

— РИИИИИК!

Сорванный крик Кары резанул по нервам.

Ждать, пока Генерал сбросит тело и замахнётся снова? Черта с два.

Я рванулся вперёд раньше, чем Борис успел выдернуть свою кость. Лезвие пустоты ударило снизу вверх, метя в локтевой сустав твари. Генерал дёрнулся, спасая руку, и с силой выдернул лопату. Рик рухнул на землю, захлёбываясь кровавой пеной. Серый цербер взвыл тремя глотками, бросаясь к умирающему хозяину.

Борис отшатнулся, поднимая окровавленную кость для нового удара, но в этот момент сзади пронеслась чёрная молния.

Огромная пантера пересекла двор двумя прыжками. На втором она уже приземлилась в двух шагах от Рика, прямо в воздухе перетекая из звериной формы в человеческую. Шерсть втянулась под кожу, лапы стали руками, и она рухнула на колени рядом с южанином.

Я не стал отвлекаться. Шагнул вперёд, закрывая их своей спиной. Моя задача — удержать Генерала.

Но краем глаза я всё видел.

Лана впечатала голые ладони прямо в распоротый живот южанина. Прямая передача жизненной силы — проклятый дар её рода.

Под руками пантеры зашипело, как от калёного железа. А затем от корней волос поползла мёртвая, пепельная белизна. Седина сжирала её молодость с каждым ударом сердца.