Ярость на краю империи - Ян Анатольевич Бадевский

Мы получили достаточно сведений, чтобы делать выводы.

Лишь одного мы ещё не поняли — как простой смертный получил силу и возможности одарённых, не умея оперировать энергией ки. Добытые артефакты сейчас изучает Михалыч.

— Давайте подведём промежуточные итоги, — сказал я. — Против нас выступил не орден убийц, как мы полагали изначально, а служба устранения Ганзы. Поскольку эта структура подчиняется ганзетагу, большому совету городов, мы можем с уверенностью считать, что приказ отдал Густав де Линь.

— Рядовые исполнители не в курсе, кто отдал приказ, — заметил мастер Багус. — Но цепочка ваших размышлений, господин, верна. Этот же человек причастен к санкциям, наложенным европейцами на финансовый сектор империи.

— Он же, — добавила Чу, — несёт ответственность за негласный запрет продавать акции и другие ценные бумаги европейских компаний нашему холдингу.

Накануне я прочитал досье Густава де Линя.

Могущественный княжеский Род, происходящий из старинного бельгийского городка. Земли и замки в разных уголках Европы. Густав входит в Совет Директоров «Транскапитала», хотя и не с контрольным пакетом акций. Зато он возглавляет ганзетаг — нечто вроде собрания представителей вольных городов Ганзы. Поскольку де Линь, несмотря на бельгийское происхождение, ухитрился занять главенствующую позицию в Любеке, ключевом городе Ганзы, то и председательствовать назначили его. Причём бессменно. Должность закрепилась за этим мужиком на протяжении… если мне память не изменяет, последних семидесяти лет.

Де Линь был бесом.

Уайра хорошо выполнила работу и нашла чёткие взаимосвязи между ганзейским руководством и владельцами ведущих фондовых бирж, отказывающихся с нами работать. У брокеров холдинга возникли проблемы в Лондоне, Цюрихе, Франкфурте и ещё нескольких западных городах. Часть бирж давно объединилась в группы, подконтрольные одним и тем же влиятельным семьям. Де Линь ухитряется давить на эти группы. Мне расписали его экономические рычаги, но гораздо важнее — политическая поддержка. Так называемые регуляторы. И вот здесь у семейки де Линь всё в порядке. Потому что они научились взаимодействовать как с Верховным Советом Евроблока, так и с властями промышленно развитых стран.

У меня сразу возник вопрос: а с хрена ли этому княжескому Роду вместо того, чтобы расширять бизнес, сворачивать дела в России и терпеть колоссальные убытки? И тут меня ждали сюрпризы. Прежде всего, Ганзу не устроил экономический союз РИ с Небесным Краем, в результате которого образовались новые торговые возможности. Для наших стран, не для Ганзы. Позиции европейских торговцев в Юго-Восточной Азии и на Дальнем Востоке пошатнулись. Во-вторых, промышленники Евроблока проигрывают конкурентную борьбу с японскими корпорациями и нуждаются в дешёвых энергоносителях. А Россия и Халифат снижать цены на газ и нефть не хотят. Наска пытались давить на рынок, но потерпели неудачу — качать сырьё по трубам выгоднее, чем перевозить танкерами. Значит, решили лидеры Евроблока, надо сбить цены искусственно с помощью санкций. А ещё лучше — развязать войну, победить в ней и получать энергоносители бесплатно.

В общем, интересы правящих кругов впервые за десятилетия совпали.

— Служба устранения, — задумчиво произнёс я. — А они даже не пытаются соблюдать приличия.

— А зачем? — хмыкнула Уайра. — Ганза — очень влиятельная торговая структура. Они умудрились запустить щупальца в десятки стран мира. Даже в Африке открыты отделения «Транскапитала». Все знают, что у них такое есть.

Да уж.

Я представил себе, что началось бы по телевизору в моём мире, просочись в общий доступ, что корпорация «Майкрософт» обзавелась штатом наёмных убийц и даже объединила их в одно подразделение. Хотя… Не факт, что телеканалы и газеты вообще стали бы это освещать. Как и сам «Майкрософт», они принадлежат одной и той же группе лиц…

— У нас есть имена других агентов, — напомнила Джан. — Всех, кого внедрили в представительства холдинга. Человек двенадцать, если я не ошибаюсь. Надо вывести их из игры как можно скорее.

— Приказы уже отданы, госпожа, — ответил мастер Багус. — Пока мы с вами беседуем, ударные тройки Чёрного Ока выполняют зачистку.

— Это хорошо, — похвалил я. — Но меня интересует другое. Как получилось, что вражеские агенты систематически внедряются в наши структуры, следят за моими перемещениями и организовывают ловушки, а мы этого не видим?

— Моя вина, господин, — поспешно произнёс индонезиец. — Операция по внедрению началась больше полугода назад. Некоторые агенты убивали «оригиналов», занимали их места и являлись на работу под иллюзией. Другие проходили собеседования и устраивались по поддельным документам. Мы их проверяли, но всё выглядело безупречно. Холдинг разросся, и у нас нет физической возможности добраться до каждого сотрудника на ментальном уровне. Не хватает специалистов.

— Я вас не упрекаю, мастер. Но следует проделать работу над ошибками. Схема ясна. Подумайте, как прикрыть эту дыру.

— Будет исполнено, — старик слегка поклонился.

— Уайра, — я посмотрел на перуанку. — Биографию де Линя я изучил самым тщательным образом. Но этого недостаточно. У всех имеются слабые места. Найдите точку, на которую можно надавить.

Чу сухо кивнула.

— Позволено ли мне спросить, — вмешался Багус, — почему мы не рассматриваем смерть нашего врага? Де Линь связан с ключевыми политическими фигурами, от которых исходят приказы, направленные против нашего Рода. Убив князя, мы нарушим цепочки.

— Хороший вопрос, — я посмотрел на Джан. — Дорогая, что думаешь по этому поводу?

Жена вздохнула.

— Сергей, ты можешь это сделать. Аналитический отдел утверждает, что мы выиграем несколько недель. Потом Ганза оправится, а новый председатель ганзетага поведёт ещё более жёсткую политику против нас. Ганза — это очень могущественная организация. Я бы сказала… это не по зубам нашему Роду.

— Предположим, я убью всех, — кинул я следующую версию. — Де Линя, Меркен, Доннерсмарка, королеву Астрид…

Глаза девушки расширились.

В конструкте повисла гробовая тишина.

— Ты же не серьёзно, — прошептала Джан.

Уайра Чу сохраняла каменное выражение лица.

Мастер Багус терпеливо ждал, когда к нему обратятся.

— Солнце, — я нежно улыбнулся. — Разве я когда-нибудь шутил со смертью? Если я предлагаю устранить этих господ — значит, это осуществимо в ближнесрочной перспективе.

— Я даже не знаю, что начнётся, — честно призналась Джан. — Это обрушит всю международную систему безопасности.

— Вот незадача, — я хмыкнул. — Им позволено хозяйничать в нашей стране, а я не могу ответить? Убийцы нападают на меня, не стесняясь. При этом Ганза больше не относится к числу торговых партнёров империи. Что мы теряем? Или Трубецкие?

— Решение грубое, — сказала Чу. — Но в эффективности ему не откажешь.

— Вы что, сговорились? — не выдержала Джан. — Никто просто так не убивает особ королевской крови и лидеров… Евроблока!

— Когда-нибудь всё случается впервые, — философски изрёк я.

Глава 26

— Что ты делаешь?

Федя замер на пороге додзё, уставившись на меня.

Моя тренировка выглядела очень странно. Представьте себе человека, застывшего