Тени во времени - Кристофер Руоккио

Наклонившись, я поцеловал ее в лоб. «Отдохни, Aнарьян».

К ней частично вернулась прежняя ясность мысли, и она пробормотала: «Еще могу помочь... Я могу помочь...»

Бум-дум.

Сигнал все еще гремел.

Выпрямившись, я покачал головой. «Ti esna il kori di tua matri, Anaryan».

Зеленые глаза скользнули по моему лицу, не фокусируясь.

Ты дочь своей матери, сказал я.

«E il kori di mia patri...», — произнесла она на своем родном джаддианском, который давался ей легче стандарта.

И моего отца...

ГЛАВА 14

ПРИНЦЕССА В БАШНЕ

«Я думала, что все это был сон», — в задумчивости сказала Кассандра. «Я помню бегство с Воргоссоса, как... вспышки молнии. Абба рядом со мной, держащий меня за руку. Помню врачей на «Гаделике». Именно они обработали меня, наложили повязку на руку». Она подняла культю верхней части руки под мандией для большей выразительности. «Если попытаюсь, то могу представить себе шаттл, который доставил меня сюда до начала боя. Но все остальное? Я даже не знала, что идет сражение, пока Абба не ворвался в комнату, и даже тогда я не была уверена.

Я не знаю, что мне дали на корабле. Это был не лауданум. Я пробовала лауданум. Это было что-то другое. Сильнее, острее, без побочных эффектов. Но я не была уверена, что Абба действительно здесь, пока не включился сигнал...» Она подперла подбородок рукой. «Но я поняла, что Капелла пытается захватить корабль. Поняла, что Абба победил большинство из них, что они пытались что-то сделать с компьютерами корабля. И поняла, что Кедрон все еще на свободе».

Она опустила руку, сжав пальцы в кулак на черном стекле стола.

«Я не понимала, что делает Абба, отправляясь на мостик вместо того, чтобы охотиться на Кедрона... для меня это не имело никакого смысла...» Она опустила взгляд. «Я знаю, что то, что собираюсь сказать, не будет иметь никакого смысла. Но это правда, и я прошу вас поверить мне...»

Кассандра поправила рукой драпировку своей мандии, пригладила короткие, растрепанные волосы. «Я боялась за Аббу. Они уже однажды убили его. Я знала, что они попробуют снова, а он уходил один, обратно на корабль. Без охраны. Без своих сьельсинов. Без меня...»

«Вы должны отпустить меня!» — потребовала я, выпрямляясь.

«Ваша Светлость, прошу вас», — сказал декурион по имени Манас. «Ваш отец приказал вам оставаться на месте!»

«Но он умрет!» — возразила я.

Они этого не видели. Не понимали.

Как они могли не понимать? Это было так очевидно.

Абба шел в ловушку.

Все его сьельсины стояли там, все трое, смотря сверху вниз своими большими, плоскими глазами, черными, как ночь. Их предводитель держал одну руку на рукояти меча и то и дело поглядывал на дверь.

«Никто не умрет, Ваша Светлость», — настаивал Манас. «Вам просто нужно отдохнуть».

«Вы должны пойти за ним!» — крикнула я, пытаясь подняться.

«Эй, постойте!» Манас бросился вперед. Я оттолкнула его, но он вернулся. «Вы должны оставаться в постели».

«Нет!»

Мужчина наполовину лег на меня, надеясь, что, физически сдерживая, он сможет убедить мой одурманенный наркотиками разум отказаться от сопротивления.

Это не сработало.

«Мать-Земля, вы сильная для девушки», — проворчал Манас. Сквозь туман, окутавший меня, я почувствовала прилив удовлетворения от этих слов. «Не шевелитесь, леди». Затем: «Вин! Помоги мне!»

Мои пальцы нащупали край его нагрудника, чуть ниже подмышки. Ухватившись за него, я обрела равновесие и оттолкнула мужчину от себя со всей силой, на которую была способна — а она была немалой. Я не настоящая палатинка, но джаддианские наталисты, создавшие меня из крови матери, сделали меня такой же сильной, как настоящую.

Даже лучше.

Манас, возможно, оторвался от земли, прежде чем ударился о стену в полудюжине локтей от моей кровати. Я услышала, как его доспехи загремели при столкновении с переборкой, и увидела, как он восстанавливает равновесие, опираясь на стойку. Его товарищи — по крайней мере, трое мужчин — стояли в дверях задней комнаты. Я не знала, что они там делали.

Подумала, что они пришли за мной.

«Не подходите!» Мой голос был хриплым, напряженным. «Все вы!»

Я перекатилась направо, следуя за шлангами, трубками, которые связывали меня с железной стойкой, возвышавшейся над моей кроватью. Я схватилась за нее, когда поворачивалась, пытаясь встать на ноги. Но упала на пол, и стойка с грохотом упала на меня.

Я услышала, как ругаюсь.

Комната кружилась, в глазах темнело, когда я повернулась, чтобы посмотреть на Манаса и его людей.

Сьельсины продвинулись на шаг или два, склонив головы набок.

Увидев их, я на мгновение забыла, кто они такие, и понимала только, что надо мной стоят трое Бледных. «Назад!» — рявкнула кто-то, похожая на Кассандру Марло. Стойка загремела, когда я попыталась встать, и мне повезло не споткнуться об нее, в спешке идя к столику у кровати.

Когда я встала, катетер вырвался из вены. Горячая кровь стекала по моей руке, и медицинская сигнализация зазвенела на консоли в изголовье кровати. На тыльной стороне ладони был еще один катетер, но я не могла его удалить, не имея другой руки.

«Леди, нет!» Манас бросился ко мне.

Я проигнорировала его и потянулась к столику рядом с кроватью. Мои пальцы нашли то, что мне было нужно. Прохладная кожа, полированный рог и латунь. Прежде чем вызвать клинок, я сообразила сорвать второй катетер с руки зубами.

Культя моей левой руки ужасно пульсировала, когда я направила клинок — сначала на Манаса, потом на его людей, потом на ксенобитов. «Я ухожу!»

Среди них не было ни одного, кто смог бы противостоять мне.

«Уйди с дороги», — приказала я, направив клинок на однорогого капитана. Бело-голубой свет плясал на черных стенах, рогатые и шлемоносные тени мерцали, когда я двигалась. Кровь все еще стекала по моей руке, капая с тыльной стороны ладони.

К моему удивлению, сьельсин отступил. Капитан поднял руки и не вытащил меч. Он узнал высшую материю, когда увидел ее, и понял значение моих слов.

«Я ухожу», — повторила я, покачиваясь на месте. На мгновение число моих врагов удвоилось, и комната разделилась на две.

Наверное, так видит Абба... — помню, подумала я.

Мне нужно было обойти кровать. Это означало, что я должна была повернуться спиной либо к сьельсину, либо к Манасу и его людям.

Если только...

Я бросилась вперед через всю медику, направляясь к дальней стене и стойке, на которой были сложены медицинские инструменты —