Избранный воин - Элис Кова

– Откуда ты… – прошептала Ви.

Джейми знала о болезни матери.

– Вот видишь, в этом и заключается проблема: ты сосредоточена исключительно на себе и даже не понимаешь, что происходит вокруг и что говорят о тебе. – Джейми влетела в свою комнату. – И еще удивляешься, что я не хочу рассказывать кому-то вроде тебя о своем отце.

Она поставила точку в этом разговоре, громко хлопнув дверью, отчего у Ви зазвенело в ушах. Ви стояла в гостиной, но ей хотелось позвать Джейми, ведь она еще не закончила этот спор.

Но вместо этого Ви воспользовалась остатками благоразумия и бросилась в свои временные покои, так же громко хлопнув дверью. Захотелось хотя бы на пару секунд прислониться к ней, однако силы внезапно иссякли, и Ви опустилась на пол, а потом подтянула колени к груди.

– Нарро хаат хуло, – вяло прошептала Ви. К счастью, магия уже пустила настолько глубокие корни, что глиф возникал без малейших усилий – словно продолжение ее собственной воли.

В поле зрения появилась пара обуви. Ви подняла взгляд вверх – на свободные брюки, заправленные в потертые у колен сапоги; на одеяние, без которого он редко обходился, и глаза, которые она, казалось, не видела целую вечность.

Она встала, двигаясь словно в тумане. Ей необходимо было ощутить присутствие Таавина, который всегда дарил ощущение уверенности, спокойствия и стабильности в мире, вдруг ставшем крайне нестабильным.

Таавин обнял ее, а она уткнулась лицом ему в грудь, из-за чего следующие слова вышли приглушенными:

– Я скучала по тебе. – От такого простого признания у Ви едва не перехватило дыхание. В каждое слово было вложено огромное количество эмоций.

Она ощутила тепло его щеки на своем виске. И, заговорив, он чуть коснулся губами ее уха.

– Я тоже невозможно сильно скучал по тебе. – Таавин медленно сделал вдох и судорожно выпустил воздух. – Но, Ви, скажи, почему ты так расстроена? – Он не стал комментировать обстановку или расспрашивать, где Ви сейчас. Даже не поинтересовался, как продвигается ее путешествие на Меру. Таавин сосредоточился лишь на причине, из-за которой она дрожала в его объятиях. – Я чувствую… Чувствую твои эмоции… Почему у тебя на душе такая тяжесть?

Но Ви не могла ответить сразу. Открой она сейчас рот, со словами полились бы и слезы.

– Ви, со мной ты в безопасности, – прошептал Таавин. – Все будет хорошо.

– Как ты можешь это утверждать, ведь ты не знаешь, что будет, – отчасти раздраженно ответила Ви. Как он мог говорить, что все обойдется? Она была так далеко от дома – от всего, что ей было знакомо. Случившиеся потрясения были настолько сильными, что казалось, потери перевешивают приобретения. В глубине души Ви осознавала, что это просто слабость. Но сейчас эмоции брали верх над разумом.

– Я точно знаю.

– Откуда?

– Потому что ты со мной, в моих объятиях… Значит, все будет хорошо.

Его заявление едва ли поддавалось логике, так что причин верить в него не было. Как и не ясно, почему оно успокаивало, вот только именно это и произошло. Ви ощутила, как расслабились ее плечи. Напряженный комок в горле исчез, а ему на смену пришла тихая икота. Как отражение усталости и разочарования по щеке скатилась одна-единственная слеза.

– Все нормально.

Она закрыла глаза, чувствуя, как замысловатая вышивка камзола на груди Таавина впивается в кожу, когда Ви пыталась сократить расстояние между ними. Ничего нормального. Ее мир менялся быстрее, чем она это осознавала.

Но Таавин продолжал уверенно обнимать ее, своими действиями придавая ей уверенности. Возможно, именно об этом он и говорил – у них все хорошо. Их отношения, единственное прекрасное, что было в ее жизни, являлись оазисом спокойствия и уверенности, ведь все остальное менялось слишком стремительно.

Теснее прильнув к Таавину, Ви выпустила один дрожащий вздох, затем другой. Скопившаяся у ее запястья магия овевала таким же теплом, как и дыхание Таавина на ее щеке. А когда Ви наконец отстранилась и посмотрела на него, то увидела лишь уверенный, добрый взгляд, полный большего обожания, чем она заслуживала в своем нынешнем состоянии.

Чуть отклонив голову, Ви поцеловала его.

Затем, следуя своим желания, медленно во второй раз коснулась его губ.

В третий раз Таавин сам проявил инициативу. И третий раз оказался самым удачным. Именно тогда мир вокруг перестал существовать, и Ви потерялась в своих чувствах, уверенная, что если отпустит пытавшиеся проникнуть в сердце страх и гнев, то все будет хорошо.

Глава 22

Огонь потрескивал за спиной, а от воды в ванне шел пар. Всего несколько месяцев назад Ви и мечтать не могла о том, чтобы научиться греть воду. Но теперь ее магия походила скорее на старого друга, чем на чужого соседа, которого она видела лишь издалека. Пытаясь привести мысли в порядок, она подтянула ноги к груди.

Во-первых, нужно было собраться и поговорить с Джейми да как следует извиниться. А затем заняться лордом Эрионом Ле’Даном.

Ви пыталась придумать, что именно сказать Джейми, но ничего не приходило на ум. Вздохнув, она наконец вышла из ванны и направилась в комнату. Оставалось действовать по обстановке и верить, что в нужный момент она не растеряется и нужные слова придут сами.

Выйдя из ванной, Ви обнаружила, что одежда уже разложена на кровати – как и обещал Ивос.

Естественно, там были лишь образцы, но, несмотря на его уверения, размеры Ви совершенно не подошли. Западные фасоны не щадили ее пышные формы. Если ей удавалось подобрать что-то хорошо сидевшее в бедрах и талии, низ оказывался смехотворно широким. А если наоборот, брюки были впору в голени, они совершенно не сходились в талии.

В итоге Ви остановилась на предмете одежды, который, несомненно, считался не очень модным. Но это небольшая цена за то, чтобы не уродовать свое тело, а наоборот, подчеркнуть его достоинства. Шелковая юбка облегала бедра и опускалась до колен, а затем слегка расширялась, как будто швея хотела использовать лишнюю ткань. Выбранный топ оказался трикотажным и, учитывая предпочтения жителей Запада в моде, казался несколько скромным.

Ви нерешительно положила руку на дверную ручку. Затем, взяв себя в руки и сделав глубокий вдох, открыла дверь.

– Джейми, я…

Однако Джейми там не оказалось. Ви подумывала постучать к ней и извиниться, как собиралась ранее, но вместо этого направилась к выходу. «Извинюсь вечером», – подумала она. И трусость здесь ни при