За последним порогом 1-13 - Андрей Стоев

— Не по своей воле, княже, — пожал я плечами. — Так уж вышло.

— Вышло у него, — саркастически хмыкнул князь. — Ладно, продолжай.

— Однако я нашёл способ заставить его заплатить. Я переговорил с несколькими крупнейшими клиентами его банков, и добился их согласия перевести счета в другие банки. Ни один банк не выдержит массового ухода клиентов, поэтому это будет поводом для введения в его банках внешнего управления от княжества. В этом случае никто не сможет тебя упрекнуть, а вот у Зепперов репутация будет серьёзно подмочена. При этом им в любом случае придётся гасить недоимку — либо добровольно, либо принудительно через внешнего управляющего.

— Что скажешь, Хотен? — повернулся князь к советнику. — Может это сработать?

— Что скажу? — задумался Летовцев. — В принципе, уход клиентов должен сработать. Вложения у Зепперов здесь долгосрочные, а обязательства перед клиентами придётся погашать сразу, так что кассовый разрыв у Зепперов действительно возникнет. Но почему, господин Кеннер, вы не учитываете, что Зепперы могут просто привлечь средства из своих имперских активов? Это, конечно, серьёзные деньги, но семейство Зепперов вполне способно их заплатить.

— Они могут это сделать, советник Хотен, но это не решит их проблему, — объяснил я. — Во-первых, тот факт, что им пришлось срочно привлекать деньги со стороны, чтобы выполнить свои обязательства — это уже ущерб для репутации, и многих заставит задуматься. А во-вторых, вот рассчитались они с клиентами — и что дальше? Клиенты ушли, а банк без клиентов — это уже не банк, а графа расходов. Эти три миллиона гривен — большие деньги, но они не стоят потери репутации и разорения двух банков.

— Соглашусь с этим, — после некоторого раздумья кивнул Летовцев. — Схема выглядит вполне рабочей, княже. Надо, конечно, разбираться с деталями, но на первый взгляд, заплатить недоимку будет для Зепперов единственным приемлемым выходом.

— И ты полагаешь, Кеннер, что Эрих Зеппер вот так возьмёт и вынет из кармана три миллиона гривен? — спросил князь с видом глубокого сомнения. Впрочем, эмоции этот скепсис не подтверждали. Возможно, Драгана не сказала ему, что я эмпат, а может быть, он просто не брал на себя труд изображать со мной подходящие эмоции.

— Вряд ли они у него есть в кармане, — усмехнулся я. — Но первоначальное требование будет именно таким, а затем в процессе торговли мы договоримся о рассрочке лет на десять. Ну, в крайнем случае, на пятнадцать — он как раз столько времени недоимки и копил, так что пятнадцать лет будет просто платить двойной налог.

— Допустим, Кеннер, допустим, — покивал князь. — Вопрос только в том, сумеешь ли ты добиться ухода клиентов. И кстати, о каких именно клиентах ты говоришь?

— Что касается банкирского товарищества «Ладога», то с ним всё просто — главная ветвь уходит из княжества, и соответственно, из банка. Остаётся ветвь Акила Грека, которая наверняка прислушается к рекомендации сменить банк. Добавим мой четвёртый механический, и те предприятия, которые отошли к моим защитникам. Останутся относительно мелкие клиенты, которые относились к бывшей группировке Греков, а это меньше половины клиентов. В случае массового исхода они тоже побегут, просто по инстинкту толпы.

— С «Ладогой» разобраться можно, — согласился князь, — но что ты скажешь насчёт «Хохланд Коммерцбанк»? Он работает с ливонскими деньгами. Или ты хочешь убедить нас, что имперский титул даёт тебе достаточно влияния в Ливонии?

— Определённое влияние он действительно даёт, — хмыкнул я. — Особенно в сочетании с правильными знакомствами. Но здесь надо понимать, что Зепперы работают отнюдь не со всеми ливонскими деньгами. Хоть Зепперы и связаны с партией папы, денег архиепископа Рижского у них немного. В основном они работают с деньгами ордена, ну и кое-что у них есть от епископа Дерптского. То есть с теми, кто относится к противоположной партии, и с Зепперами особо не дружит. С фон Хервартом проблем не будет — с некоторых пор у нас отношения вполне сердечные. Главная проблема будет с орденскими деньгами, но решение есть.

— И что же это за решение?

— А здесь мы приходим к контракту дружины, княже. Если мы отдаём контракт Айдасу Буткусу, то он готов будет перейти в другой банк. Да и отношения княжества с орденом от этого только улучшатся.

— Отношения с орденом стоит немного улучшить, — согласился князь. — Но отдавать такие суммы иностранцам я не готов.

— Так отдавать весь контракт и не нужно, — объяснил я — С Буткусом есть договорённость, что бóльшую часть контракта он отдаст субподрядом.

— Тебе отдаст, — утвердительно спросил князь.

— Я не иностранец, так почему бы и нет?

— А почему да? — пристально посмотрел на меня князь.

— Тебе решать, княже, — безразлично пожал я плечами. — Если ты решишь, что кто-то сработает с Буткусом лучше меня, значит, так тому и быть.

— И тебя это устроит?

— Не скажу, что буду счастлив, но и трагедией это для меня не будет. Мне больше интересна возможная договорённость с Эрихом Зеппером.

Драгана еле заметно прикрыла глаза, показывая мне, что я выбрал правильный тон разговора.

— Так я могу и с Зеппером отправить договариваться кого-нибудь другого.

— Зачем тебе это, княже? — я посмотрел на него с искренним изумлением.

— Хм, ну ладно, незачем, — согласился князь. — А с субподрядом ты рассчитываешь на помощь Драганы, так? Вы же с ней сейчас совладельцы мастерской?

— Ты это серьёзно, княже? — ещё больше удивился я. — Она с мастерской денег не получает, всё идёт её родственникам. Её интерес в этом деле такой косвенный, что можно сказать, его и вовсе нет. Да и не верю я, что она из-за денег пошла бы против интересов княжества.

Драгана еле заметно улыбнулась. По эмоциям ощущалось, что её наш разговор скорее забавляет — она явно не чувствовала себя оскорблённой.

— Про неё речи нет, — хмыкнул князь. — Меня твои мотивы интересуют.

— А что не так с моими мотивами?

— Мне не совсем понятно — ты действуешь в интересах княжества, или всё-таки в своих интересах?

— Кто-то может считать, что в интересах княжества. Кто-то предпочтёт думать, что исключительно в своих. Можно по желанию истолковать и так и так. Но поскольку мои интересы здесь полностью совпадают с интересами княжества, то это совершенно неважно. Важно это будет, если произойдёт конфликт моих интересов с интересами княжества.

— И что будет тогда? — с любопытством спросил князь.

— Тогда я выберу интересы княжества, — твёрдо ответил я.

— Хочется верить, — с сомнением заметил князь.

— Тебе виднее, кому верить, княже, — пожал я плечами.

— Я не верю в абсолютную верность, Кеннер.

— И правильно делаешь, княже. Её не существует. Всё имеет цену,