За последним порогом 1-13 - Андрей Стоев

— Глава Ренских Ольга — моя двоюродная сестра.

— А Стефа Ренская…

— Она родная сестра Ольги, и соответственно, тоже приходится мне двоюродной сестрой.

— Сильная семья, — удовлетворённо кивнул Скорцезе.

«Однако неплохо же ты подготовился», — в некотором замешательстве подумал Бернар.

— Собственно, что это за разговор на ходу, — вдруг озаботился кардинал. — Как раз подошло обеденное время, приглашаю вас пообедать со мной.

— Это честь для меня, ваше высокопреосвященство, — поклонился Бернар, уже вообще ничего не понимая, и на всякий случай забеспокоившись.

Обед у кардинала был весьма неплох — впрочем, у самого Бернара обеды были, пожалуй, и не хуже. Старый Юрген, бессменный повар семьи Арди, вполне мог бы потягаться с поваром Скорцезе. Обед проходил в крайне узком кругу — кроме Бернара и самого кардинала, присутствовала только женщина, представленная Бернару как госпожа Лучана, которая весь обед просидела с рассеянной улыбкой, практически не принимая участия в беседе.

— Какое впечатление вы составили о своём племяннике, дорогой Бернар? — поинтересовался кардинал, когда дело дошло до десертов и кофе.

— Смешанное, ваше высокопреосвященство, — подумав, ответил он. — Он, безусловно, порядочный человек, но при этом весьма опасен. Я бы сказал, что с ним можно без колебаний затевать любое дело, но при этом необходимо играть исключительно честно. У меня создалось впечатление, что он способен организовать серьёзные неприятности даже для очень высокопоставленных лиц. Прошу прощения, ваше высокопреосвященство, — тут же извинился Бернар, осознав некоторую двусмысленность своих слов, — я ни в коем случае не имел в виду именно вас.

Скорцезе с улыбкой кивнул, принимая извинения.

— Но вас, дорогой Бернар, тоже трудно назвать безобидным, — со смешком заметил он. — Чего стоит одно лишь представление с головой.

— С головой? — не понял тот.

— Которую вы послали в коробке Георгу Зепперу.

— Не понимаю, о чём вы говорите, ваше высокопреосвященство, — с недоумением отозвался Бернар.

— Ах, вот как! Интересно, — задумался кардинал. — Эту историю Зепперы попытались сохранить в тайне, но кое-что просочилось, конечно же. История проста — Георг Зеппер послал своего специалиста по тихим убийствам к вам, а через некоторое время получил посылку, в которой была его отрезанная голова. Я правильно понимаю, что это была работа вашего племянника?

— Полагаю, что да, ваше высокопреосвященство, — кивнул Бернар. — Я знал, что люди Кеннера задержали убийцу. Потом они сказали мне, что предупредили Зепперов, — (в воображении Бернара мелькнула очаровательная Марина, с улыбкой отрезающая голову здоровенным тесаком), — но никаких деталей при этом не сообщили.

— Какой резвый мальчик, — покачал головой Скорцезе с явным оттенком восхищения. — Уверен, что ваш племянник далеко пойдёт.

— Крови он определённо не боится, — мрачновато заметил Бернар.

— Главное, что он при этом умеет пользоваться головой, — усмехнулся кардинал. — Разумеется, той, которая своя, ха-ха. Кстати, о Зепперах — как у вас сейчас обстоит дело с ними? Они пытались задействовать архиепископа Трирского, но я порекомендовал ему не вмешиваться. Не сказал бы, что моё слово весит для него очень много — мы, знаете ли, не друзья, — но он предпочёл прислушаться к моему совету.

— Зепперы проявляли некоторую активность, в частности, пытались надавить на нас через родственников из Меца, но после истории с убийцей о них ничего не было слышно. Я недавно разговаривал с Кеннером, и он сообщил, что планирует уладить с ними дело окончательно каким-нибудь взаимоприемлемым компромиссом.

— Определённо с умом у мальчика всё в порядке, — удовлетворённо кивнул Скорцезе. — Где надо — компромисс, а где надо — отрезанная голова в коробке. Думаю, он прекрасно справится и без нашей помощи.

— Полностью согласен с вами, ваше высокопреосвященство, — кивнул Бернар.

— К тому же у нас хватает и своих местных забот, — слегка затуманился кардинал. — Вот к примеру, скажите мне, дорогой Бернар — что вы думаете по поводу предстоящих выборов императора?

«Кеннер был прав, деваться мне некуда, — с некоторым неудовольствием подумал Бернар. — Впрочем, почему бы и нет? У Скорцезе сильная партия, это неплохой вариант».

— Это, безусловно, очень важный вопрос для любого подданного империи, ваше высокопреосвященство, — дипломатично ответил Бернар. — Но к моему глубокому сожалению, мне просто не хватает информации, чтобы составить своё мнение. Всё-таки мы, рядовое дворянство, слишком далеки от высокой политики. Так что если вы, ваше высокопреосвященство, не откажетесь меня просветить, я буду вам очень признателен.

— Буду рад, мой дорогой Бернар, — расцвёл Скорцезе. — Мы обязательно обсудим это с вами за рюмочкой граппы, но чуть попозже. Сейчас пока слишком много неопределённости. Стороны, так сказать, ещё определяют свои позиции. Кстати, я слышал, что у вас немало друзей в Лотарингии?

— Наша ветвь некоторое время была в упадке, но кое-какие друзья от нас не отвернулись.

— У достойных людей и друзья достойные, — одобрительно заметил кардинал. — Как верно заметил Еврипид: «Скажи мне, кто твой друг, и я скажу, кто ты»[263]. Вы, кстати, сказали «была в упадке» — стало быть, упадок остался в прошлом?

— Не совсем в прошлом, но благодаря племяннику мы начали уверенно подниматься. Ветвь из Меца всё ещё контролирует наше имущество, но они уже не могут душить нас финансово.

— Это отрадно слышать, — благосклонно кивнул Скорцезе. — То, как с вами поступили родственники — это, конечно, отвратительно. И раз уж мы заговорили об этом — вы не собираетесь вернуть своё имущество?

— Безусловно, собираемся, ваше высокопреосвященство, но думаю, что время для этого ещё не пришло. Мы пока ещё не встали твёрдо на ноги, да и вообще, мне кажется, что будет лучше подождать, скажем, до следующих выборов папы.

— Очень правильная мысль, — с улыбкой согласился кардинал. — Уверен, что после выборов многие вещи окажутся гораздо проще. Что ж, мне приятно общаться с человеком столь разумных взглядов. Я уверен, мой дорогой Бернар, что нам с вами предстоит долгое и плодотворное сотрудничество.

— Это будет огромной честью для меня, ваше высокопреосвященство, — Бернар снова упал на левое колено и поцеловал кардинальское кольцо — как положено прощаться с папой, пусть пока ещё и не совсем папой.

Глава 9

Я постучал карандашом по столу, призывая всех к вниманию:

— Я собрал вас в связи с плохой новостью. Князь сообщил мне, кто именно убил нашего ратника, и нам надо срочно решить, что же с этим делать.

— Господин, если вы имеете в виду тех, кто убил Остромира Грека и нашего Юхо Латту, то что здесь плохого? — недоумённо спросил Станислав Лазович. — Наоборот, хорошо. Набьём из них чучела, чтобы всем неповадно было.

Чучельником ему бы работать. Впрочем, чего-то сильно умного я от него и не ожидал —