Напряжение 1-7 - Владимир Алексеевич Ильин

место было относительно пустынным, мимо то и дело проходили посторонние. Разговаривать же на приватные темы в такой обстановке… И уж тем более ставить собственную защиту в чужом доме…

— Возможно, вам будет удобно в другое время? — Тоже посмотрев по сторонам, Роман Глебович демонстративно взглянул на наручные часы. — Сейчас очень много дел. Есть буквально пара минут.

Еще раз ждать и искать?..

— Думаю, нам хватит и пары минут, — удержав раздражение, постарался улыбнуться Черниговский. — Вы получили деньги?

— Деньги считают, — дипломатично ответил великий князь, отразив улыбку.

Значит, этот точно в курсе кучи денег. Беседа будет проще.

— Роман Глебович, у вас никогда не возникало непреодолимое желание убить человека? — прежним светским тоном продолжил князь.

— Бог миловал.

— Представьте, я тоже раньше не был знаком с этим чувством. Но сейчас моя родовая башня в руинах, а виновник ходит на свободе.

— Мы живем в столице светского государства, на его улицах нельзя убить человека просто так. Подобное было бы уместно где-нибудь в пригороде Екатеринбурга…

Черниговский невольно сжал ладони в кулаки — до боли впившихся в кожу ногтей, но тут же постарался расслабиться.

— …но никак не в Москве, — подытожил, примирительно улыбнувшись, Рюрикович. — Без расследования, без доказательств…

— Мне не дают расследовать, — быстро вставил фразу князь. — Ваше сиятельство, эта плотная опека над Самойловым весьма расстраивает верного слугу государства. Сотни лет, отданных службе отчизне. Кровь, пролитая на защите рубежей отечества. Верность долгу и дисциплина в известных вам финансовых операциях… Неужели это меньше, чем жизнь одного мастерового? — уже искренне недоумевал Черниговский.

— Самойловы — семья из особого списка, — не проявил сочувствия Роман Глебович.

— Но сам Самойлов Максим — приемный, — надавил на известное обстоятельство князь.

— Если мы начнем делить семью на полезных и бесполезных, то потеряем всех вместе. Самойловы задействованы в оборонных проектах, нам важна их лояльность.

Настроение Черниговского резко упало.

— И теперь ему дозволено устраивать бомбардировки в Москве?!

— Никому не позволено, — резким тоном заставили его осечься, напоминая, что тон тут повышать не следует. — К слову, что вы забыли в Екатеринбурге? До нас доходили весьма спорные сведения.

— Искал Самойлова, — сухо ответил Черниговский. — Желал доставить его под суд и следствие.

И не важно, что полевой суд планировался немедленно и на месте.

— Нам известно о битве.

— Княжич Шуйский воспротивился законным намерениям. Обстоятельства его появления там мне доподлинно не известны. Представительству княжества направлена нота от лица моего ведомства.

— Есть информация о некой тайной тюрьме в месте вашей встречи… — отвел взгляд великий князь, глядя в метель за окном.

— Ее следует немедленно проверить, — как положено слуге закона, внимательно выслушал и кивнул Черниговский. — Возможно, появление этих двух молодых людей неслучайно. Будем верить, что они не успели замести следы.

Все обратилось в пепел. Пусть ищут.

— Доподлинно известно, что в тюрьме были выжившие. Трое, — обронил Роман Глебович, слегка покосившись на собеседника.

Но князь был абсолютно спокоен. Досада — та присутствовала. Слегка опоздал, как выяснилось. Да еще все трое… Супруга наверняка расстроится.

— Пожелаем же бедолагам ясного ума. Доводы невменяемых будет сложно оформить в уголовное дело, — поцокал сочувственно Черниговский. — Вдобавок их могли специально запугивать, внушая в качестве похитителей имена самых честных людей государства. Обычная практика, поверьте моему широкому опыту. Взять мерзавцев будет не так просто.

— Если мы коснулись ваших профессиональных обязанностей… Князь, как обстоит дело с расследованием похищения девушки? Той, ролик с которой задевал и ваше честное имя.

— Наше имя не могло быть задето. Тот человек на видео был изгнан из рода много лет назад, лишен наследства и вычеркнут из родовых книг, — похолодел голос князя. — Что касается расследования, то преступник найден. Я лично присутствовал при его казни.

Боль сдавила сердце, но эмоции остались под маской спокойствия.

— Тем не менее спешу выразить сочувствие… И толику восхищения… — задумчиво произнес Рюрикович. — Расследование закрыто?

— Расследование похищения девушки привело вновь к неугомонной паре «Самойлов плюс Шуйский», — даже с некоторой усталостью произнес Черниговский. — Вы же знаете, какие у золотой молодежи бывают «развлечения», — с негодованием выплюнул он. — Не удивлюсь, если одной из спасенных из той тюрьмы окажется сама невеста Самойлова.

Великий князь задумчиво покачал головой, словно отвечая то ли на предположения князя, то ли на собственные невысказанные мысли.

— Мы пригласили отца Самойлова для беседы. Сегодня, этим вечером. Уверяю, поступок сына не пройдет бесследно. Разумеется, если он виновен.

— Роман Глебович, что я должен сделать, чтобы Максим умер? — спросил Черниговский напрямик, не опасаясь ни лишних ушей, ни камер.

Всему есть цена. И сегодня он был готов платить — потому что решение этого вечера по семье Самойловых будет окончательным. А жить и знать, что обнаглевших мастеровых просто обяжут работать бесплатно… и любое уже его личное наказание будет воспринято как оплеуха императору… Это раздражало до дрожи.

— Лишите его статуса гражданина, — подумав, выдал Рюрикович.

— Считаете, император поспособствует? — задумался над вариантом князь.

Персона нонграта, человек без господина, выведенный из-под власти закона, враг государства — назови как угодно, никто не вступится за изгоя. Это было бы… сладко.

— Император выше подобных вопросов. Но если дюжина равных вам посчитает, что человек недостоин жить с ними на одной земле, — их древние права не будут оспорены.

— Дюжина?.. — с сомнением произнес Черниговский, оценивая время до вечера.

— Можете посчитать себя, а если найдете еще десять голосов, то я обещаю к вам присоединиться, — мягко ответили ему.

— Премного благодарен, — глубоким поклоном отразил признательность Черниговский.

— Да, еще, — щелкнул пальцами Роман Глебович. — С вами желает переговорить иностранная делегация. У них тоже проблемы с похищенной девушкой.

Дверь кабинета рядом словно сама собой отворилась, отражая пятерых мужчин в красно-золотых длиннополых одеждах, вставших полукругом и внимательно смотревших на князя. Индейцы, что ли? Любопытно.

Рядом с ними совершенно терялся уставший юноша славянской внешности в дешевом пиджачке — явно недорогой переводчик. Но вот сами господа смотрелись очень дорого и очень… перспективно.

Надо же как-то гасить долг перед китайцами? Доход от родовой должности будет как никогда кстати — а эти заплатят, никуда не денутся. Только слово министра внутренних дел может заставить городовых по всей стране начать работать всерьез — не отворачиваясь от притонов и нелегальных постоялых дворов. А если гаркнуть — тряхнут весь криминал, да так, что те сами взвоют и притащат эту девку в ближайший околоток.

— Пусть запишутся ко мне на прием, — в предвкушении распрямил Черниговский плечи и благосклонно кивнул темнолицым. — Думаю, мы найдем, как друг другу помочь.

Юноша-переводчик тут же принялся нашептывать перевод его слов стоящему подле старику.

— Надеюсь, эти господа знают традиции подарков нашей страны? —