Маленькая хозяйка замёрзших фьордов - Оксана Руф

— Доль был воспитателем наследников с тех пор, как после рыцарской школы оказался в маркизате, — как бы между делом выдал мне гном.

Я приподняла голову, оглядела опустевшее помещение и нахмурилась.

— Почему мы здесь одни?

Неприятное ощущение ловушки выморозило спину. Я вскочила и едва не упала, неуклюже запутавшись в ногах.

— Сядь. Я расскажу тебе кое-что. А ты выслушай старика с должным уважением.

Странная уверенность в себе, граничащая с наглостью. Я сама была такой и оттого было неприятнее всего. Ведь приказывал мне никто иной, как гном. Проклятый, между прочим, и всеми забытый гном.

— Это обычный барьер. — Белун снова откусил мяса и добродушно усмехнулся. — Гномы работают в шахтах и кузнях, там без магического барьера никак, иначе можно отравиться шлаками или обгореть. Да не боись. Не сделаю я худого.

Я медленно села и придвинула к себе тарелку с мясом. Его прищуренный взгляд и таящаяся на дне глаз хитринка отчего-то будили зверский аппетит. А может, таким образом я пыталась достать себе хоть какое-то оружие. Ведь даже железный прут в умелых руках может стать смертельным.

— Ладно. Рассказывай, — милостиво разрешила я, решив играть по его правилам.

В конце концов, может же быть такое, что он просто решил выговориться из-за предчувствия неизбежной смерти?..

— Доль прибыл в маркизат, когда прошёл экзамен на рыцаря и получил дозволение Его Величества Энеля Пятого обучать императорских наследников.

Я перестала жевать и уставилась на гнома. А он, будто предчувствуя разгорающийся внутри меня интерес, наоборот стал медлительнее. И даже выждал паузу, прежде, чем продолжил.

— Доль стал самым молодым наставником в истории империи. Ведь на момент его назначения, ему только-только стукнуло четырнадцать лет.

— Четырнадцать?! — Я поперхнулась. — К-как это возможно? Погоди… — Я округлила глаза и открыла рот, чтобы указать на нестыковку, но гном мотнул головой, запрещая вмешиваться в рассказ.

— По прибытии в маркизат он стал наставником старшего сына маркиза — Марчело.

Марчело. Точно. Я вспомнила это имя, ведь видела его в свитках. Наследником маркизата был Марчело — сумасшедший алхимик, и азартный игрок ко всему прочему. Он был настолько сумасшедшим, что подмешивал в напитки своих любовниц алхимические зелья. И нет, они не были одобрены союзом алхимиков. Это были экспериментальные препараты. Многие после них остались не только без волос, ногтей или частей кожи, но и просто бесплодными.

Из-за иммунитета, данного роду императором, Марчело оставался безнаказанным. Просто в один момент он исчез. Что до его отца — главы рода, то писали, что он отправился грабить сокровищницу русалок, чтобы пополнить растраченную Марчело казну и найти какой-то ингредиент…

— П-погоди…

— Неужто поняла? — хмыкнул гном, и глотнул из кружки подогретую воду.

— Но ведь лорду Марчело было всего восемнадцать! Он же не мог…

— Отчего же? С женщинами он любил повеселиться больше своих сверстников, так что ничего странного в том, что одна из распутниц родила ему сына.

— То есть Габриэль внебрачный сын простит… — Я накрыла рот ладонью и сглотнула.

Так вот почему у него не было родового кольца. Он просто не мог его получить. Кольцо не было утеряно, оно где-то спрятано. И он сам не знает где.

— Несмотря на свой характер и образ жизни, — продолжил Белун, — Марчело любил сына и попросил Доля за ним приглядеть. Ведь у мальчика, что был рождён в результате такой связи, не было будущего. А с навыками мечника, он мог бы податься в рыцарский корпус. Среди рыцарей вообще всегда было много ублюдков, которых убирали с глаз долой, лишь бы те не мешали и не портили репутацию семей.

— Нет, но… почему ты сказал, что Энель Пятый разрешил Доулю учить императорских детей?

— А ты не знаешь? — удивился гном. — Вот те на. Я думал, что уж это-то точно было одной из причин твоего… Ну да ладно. Раз не знаешь, то…

— Скажи, — потребовала я. — Раз начал говорить, то скажи всё, как есть.

Белун оглянулся на вход в зал, и не заметив ничего странного, стал говорить:

— Женой главы рода была имперская принцесса.

У меня сердце ухнуло вниз. Маленькая, но навязчивая мысль всё время норовила сорваться с языка кощунственными словами, но я держалась изо всех сил. А вдруг, я окажусь неправа?

— Чего молчишь? Неужто испугалась вслух произносить?

Я нахмурилась и попыталась вспомнить всё, что читала об истории империи и смене одного рода на другой. Последний прямой потомок рода Ахария, в честь которого и была названа империя, умер вместе с Энелем Пятым. Так как император не имел сыновей, лишь дочерей.

Лишь дочерей…

А как же тогда Утис? Принц империи и Третья звезда из пророчества? Он же ведь существовал! Даже Габриэль это косвенно подтвердил.

— Габриэль — внук Энеля Пятого, да?

— Верно, — кивнул гном, обсасывая прут. — Но разве это всё, до чего ты смогла догадаться?

— Ты сказал, что Доуль был воспитателем детей маркиза, а Марчело был старшим. Значит, у Габа есть дядя или тётя? Точнее, были, — поправилась я.

— Дядя. — Белун отложил пустой прут и взялся за новый. За время нашего разговора, это был уже пятая по счёту порция, но ему всё никак не удавалось наесться. — У Марчело был младший брат. Утис.

— УТИС. — Имя шарахнуло по ушам, заставляя меня обалдело открывать и закрывать рот. На большее я сейчас была не способна. — Н-но ведь принц Утис Третья звезда. Он должен быть прямым потомком Энеля.

— Не обязательно. В пророчестве говорилось лишь о том, что ребёнок родится в имперской семье. О поколении речи не шло.

— Тогда отцом Утиса был не отец Марчело, правильно?

— Правильно.

— Утис родился от связи смертной с богом.

— И это верно.

— Почему он Третья звезда?

— Потому что первые две — император с императрицей. Он должен был стать наследником трона. Но Энель не желал передавать трон отпрыску богов, так как всей душой ненавидел всё, что было с ними связано. В его дворце были заперты все часовни, а храмовников он и вовсе истребил.

— Но зачем ты мне всё это рассказываешь? Какое это имеет отношение к нашей с Габриэлем свадьбе?

— О-о-о, самое прямое, маркиза. Самое прямое. — Белун выдул до дна кружку и с гаком поставил её на стол. — Дело в том, что под проклятье попал не только Габ, но и его дядя.

— А…

— Ага. — Гном улыбнулся. — Как думаешь, что заперто во внутреннем дворе, за десятью замками и ловушками?

— Н-не знаю?..

— Тело Утиса.

— Тело Утиса, — эхом