Маленькая хозяйка замёрзших фьордов - Оксана Руф

— Верно.

— А-а-а… Он же…

— Наследник бога и трона империи. Он единственный, кто может одобрить ваш союз и сделать его законным. Но есть проблемка.

— Да ты что! — рявкнула нечаянно я и тут же стушевалась. — Прости. Я просто нервничаю. Не каждый день слышишь, что рядом с тобой живёт потомок бога.

— А кто сказал, что он живёт? — опустил меня на землю Белун. — Я сказал, что там хранится его тело.

— А душа? — чуть не плача спросила я.

— Она вся здесь. — Гном развёл руками, указывая на лёд. В этих стенах, потолке и на улице. Здесь везде рассеяна его сущность.

Глава 31

Чёрт возьми!

Чёрт, чёрт, чёрт!!!

— Мальчики! — снова заорала я, испугав нескольких охранников, что несли службу перед замковыми переходами ведущими на другие этажи.

Кулда появился первым. Повис на штанине, перекувырнулся, зацепился пальцами за верёвку и пополз по куртке вверх, к шее. Дрыг уселся сразу на макушку, ну а Фель изволил встать передо мной уперев руки в тазовые кости.

— Ты! — Я отцепила Кулду от куртки, и удерживая его в подвешенном состоянии, спросила: — Так ты поэтому не хотел мне говорить, что там за дверью, да?! Там же Утис! Наследник бога! Почему ты не сказал?! Мы давно могли всё исправить, если бы ты не молчал, паршивец!

— Соля? — Из-за поворота показался всклокоченный и донельзя уставший Габ.

Мне стало стыдно за крики, но дело не терпело отлагательств. Теперь я знала, кого хотел вернуть на небесные равнины бог. Дитя его брата. Это не было иносказанием. Он и правда хотел вернуть племянника.

Если Артус отвечал за знания и врачебное искусство, то его близнец Турис ведал хворью и искусством забвения.

Артус настолько любил знания, что породил в себе жадность к ним и исследованиям, что вылилось в ужасающую привычку разрушать человеческие жизни. А Турис наоборот славился тем, что насылал на земных существ болезни, правда, они были смертельными лишь в случае, когда от человека требовалось раскаяние. Забвение же он использовал, чтобы дарить покой душам, которые уходили на перерождение. С исчезновением Туриса стали рождаться люди с памятью прошлых жизней. Потом они медленно сходили с ума и на равнины богов попадали сломанные, хрупкие и негодные к дальнейшему использованию души.

Именно Турис возжелал смертную.

Именно он подарил этому миру Третью звезду, за что был растерзан своими же собратьями, и развеян по миру.

В душе Утиса наверняка хранится осколок отцовского существа. Вероятно, Артус желает возродить брата, использовав слепок души Утиса.

Сумасшествие.

Если я просто отдам Артусу душу принца, то он никогда не станет человеком. Скорее всего он просто исчезнет, развоплотится, отдав часть себя для возрождения отца. Я сразу должна была это понять. Имя Третьей звезды созвучно именам богов. В нашем мире никто не смеет делать подобное, дабы не навлечь на себя гнев небожителей.

— Нам надо поговорить. — Я оглянулась, смотря на стражей, и схватив маркиза за рукав, потащила его в в лабораторию. — А вы за мной, — зыркнула я на провинившихся фамильяров.

Только оказавшись внутри, где никто не сможет нас подслушать, я отпустила Габриэля, упала на кровать и застонала.

— Всё пропало, Габ.

— Что?

Он присел на корточки и попробовал отнять от моего лица ладони, но без толку. Я настолько сильно вцепилась в волосы, что едва не оставила ссадины.

— Белун рассказал. — Он нахмурился, но перебивать не стал. — Не ругай его. Он хотел, как лучше. Я знаю, что во внутреннем дворе хранится тело твоего дяди. Но не это главная проблема!

— Не это? — Габ вздохнул и уселся рядом, удерживая при этом ладонь на моей коленке. — А что тогда в твоём понимании проблема? И как это связано с Тисом? Мы росли как братья, — пояснил он.

— Помнишь, я взывала к богу Артусу, чтобы тот помог мне с Доулем? — Габ кивнул. — Так вот, Артус потребовал в обмен на помощь отдать ему дитя его брата.

— Отдать?..

— Ну, вернуть на равнины, если быть точнее. Я же не знала, что Утис здесь и что он член твоей семьи! Я думала, что это просто очередной апостол или что-то в этом роде!

— Погоди. — Габ успокаивающе погладил меня. — Объясни так, чтобы я понял.

— Белун рассказал мне о твоей семье и-и о том, что ты принадлежишь к императорскому роду… Ах, сейчас не это главное! В общем! Я узнала, что в замке хранится тело Утиса, Третьей звезды, и что душа его во льду. Ты ведь о ней тогда говорил, да? — Я не стала ждать подтверждения и продолжила закипать. — Так вот, гном о нём рассказал только для того, чтобы помочь. Ты — маркиз, твой брак должен быть освящён в храме, но даже если без этого! Печать на документе должен заверить кто-то равный герцогу. На этих землях никого с подходящим титулом нет! А значит, наш брак не признают действительным! — Я задохнулась быстро остывающим воздухом и попыталась закончить на одном выдохе: — Только Утис может стать свидетелем! А это значит, что я должна провести ритуал и воскресить его, как Доуля! Но у меня нет сил, а храмовники близко и ещё этот бог хочет, чтобы Утис не воскрес, а вознёсся, и это проблема!

Габ некоторое время молчал, а потом сказал:

— Я понял. Тот бог, что дал тебе знания, хочет, чтобы ты выпустила душу Утиса. Но если мы так сделаем, то Тис умрёт, а я этого не хочу. И даже не в браке загвоздка. Я сто лет заботился о том, чтобы он не достался русалкам, а теперь его хочет забрать какой-то бессмертный родственник?!

Габриэль сжал кулаки и стукнул себя по коленям.

И тут я вообще ничего не поняла.

При чём тут русалки и дядя Габриэля? Говорили, что принц пропал в день своего совершеннолетия. Без единого следа и свидетеля. Но он не пропал. Он здесь, в собственном замке.

И его хотят забрать русалки.

Так. Стоп. Я так с ума сойду. Габ же говорил, что старшие хиёлты для первого выводка ищут себе подходящих мужчин из числа… людей. А Белун сказал, что Энель Пятый не хотел отдавать трон отпрыску бога. И та реакция Габриэля на мой рассказ о том, что русалки озлобились на главу рода Эсфиль за кражу…

Что же всё-таки случилось здесь сто лет назад?

— Возможно ли, что твой дедушка пытался заключить договор с хиёлтами? — осторожно спросила я.

— Оба.

— Что?

— Они оба пытались продать Тиса русалкам, — процедил Габ. — И хозяин маркизата