Ведьма и Повелитель волков - Диана Кедровская

— Угу.

— Все это как-то жутко.

Я переваривала эту информацию, пытаясь вообразить, что такого могла сделать Карна, чтобы спалить огромную империю, но никаких идей на ум не приходило. Одна женщина. Даже если она соберет огромную армию и зажжет все факелы мира, то не сможет спалить такую территорию. В Шэньяне тоже жили люди, тоже были солдаты. Они могли противостоять. Шэньян был даже более населенный, чем Каменное Царство. Что же тогда такого сделала Карна?

— Холодно, — поделилась я дрожащим голосом.

Ян внезапно приподнялся, взял меня за руки и уронил на себя, прижимая мою голову к груди. Сначала я хотела запротестовать, но в итоге не нашла на это сил. Ян оказался очень теплым и рядом с ним холодный воздух уже не пытался откусить мне нос и щеки.

— Еще пять минут и пойдем дальше, — сообщил Ян.

Я не знала, зачем ему отдыхать, валяясь в сугробе, но за этот вечер это стало наименее странным происшествием. Я просто отогревалась, пока Ян кутал меня в края своей накидки, и старалась ни о чем не думать.

Ни о чем не думать все же не получалось.

Больше всего меня беспокоили стражники, которые рыскали где-то по лесу. Я хорошо напрягала слух, стараясь услышать разговоры, шорохи одежды или скрипы подошв по снегу, но в лесу стояла плотная тишина, как в могиле. Только рваное дыхание Яна у меня над ухом прерывало эту мертвецкую тишину.

Через некоторое время я ощутила, как Ян хлопает меня по плечу.

— Можем идти, Агнесса. — Его голос заставил меня вздрогнуть. — Ты спишь?

Я не спала, но убаюкалась и даже этого не заметила. Хорошо, что никто из нас не уснул. Уснуть на морозе очень опасно, потому что потом можно и не проснуться.

Я поднялась; ноги путались в разрыхленном снегу, поэтому меня шатало из стороны в сторону.

— Зачем мы сделали этот привал? — спросила я.

Мы столько времени тут просидели, что уже могли бы проделать половину пути до моего дома.

— Я истратил слишком много сил на то, чтобы зажили раны, поэтому мне нужно было хотя бы чуть-чуть восстановиться, иначе бы от истощения я бы по дороге просто помер.

Я нахмурилась, и Ян пояснил:

— На мне заживает все, как на собаке, но не за просто так. У Ивара ведь должно быть также?

— Не знаю, — ответила я. — Он, к счастью, никогда не был ранен. Разве что в детстве, когда его покусал волчонок.

Как вспомню, так вздрогну. Тогда он несколько дней провалялся при смерти.

— Теперь у тебя достаточно сил, чтобы дойти до моей избы? — спросила я.

— Я справлюсь, тут ведь не очень далеко, — ответил он со знанием дела.

— Ты знаешь, где я живу?

Он посмотрел на меня с таким видом, будто я его подловила.

— Вообще, я много про тебя знаю, — честно признался он.

— Тебе долго придется объясняться.

— Знаю. Надеюсь, ты не успела меня возненавидеть. И хочу, чтобы ты знала, что я не планировал того, что сегодня случилось. Точнее… планировал, но немного не это. В общем, я не думал, что Миронов решит убить Ловцова и что во всем этом обвинят нас. Да уж, недооценил я этих дворян… Прости, что втянул тебя в этот кошмар.

Я схватила его под руку и потянула по сугробам в сторону своей избы. Мне уже не терпелось услышать объяснения, а для этого надо скорее добраться до убежища.

После привала Ян и правда стал держаться бодрее, хотя и не сказать, что намного. Шел он еще не очень уверенно и постоянно запинался. Вопреки всему мы пробрались через сугробы и хитросплетения древесных ветвей до знакомой мне части леса. Не просто знакомой, родной, можно сказать. А там уж недалеко оказалось и до пруда с тупыми русалками, которые с интересом поглядывали на нас, немного высунувшись из-под воды. Я старалась не смотреть в их сторону. Наверное, выглядели мы совсем ужасно, потому что никто из них даже не стал ничего говорить. А может, нутром они ощутили какую-то энергию Волчьего Пастыря или еще что. Как бы то ни было, до порога избы мы добрались в полнейшем спокойствии.

Вот я и дома. Давно я здесь не была.

Глава 19. Все тайны

Первым делом нужно было согреть избу, потому что после моего долгого отсутствия она так промерзла, что на подоконниках появился слой льда. Ян забился в угол на скамейке, пока я зажигала свечи и переставляла вещи, чтобы добраться до печи. Когда в дело пошли дрова, Ян засуетился.

— Тебе помочь?

Наверное, он не видел девушек, которые сами топят печь.

— Я столько лет живу тут одна, — буркнула я. — Думаешь, мне с этим кто-нибудь помогал?

— Ну, надо это исправить.

— А ты умеешь?

— Ну… нет. — Мой вопрос его так смутил, что он сильнее обнял себя руками и сжался в комок.

— Тогда сиди и не мешайся.

Я закинула дрова в печь. По мере того, как они горели, в комнате становилось теплее. Лед начал оттаивать, поэтому в разных местах появились лужи. Стены покрылись сырыми пятнами и стали вонять мокрой древесиной. Я с досадой покачала головой — совсем ведь забросила свое жилище!

Пока все прогревалось, я поставила кипятиться воду, чтобы мы могли попить горячего чая, а после повернулась к Яну. В изодранной рубашке, которую он закрывал накидкой, и с грязным лицом он точно не мог оставаться.

— Тебе надо переодеться и умыться, — распорядилась я. — У меня есть одежда Ивара, может, она тебе подойдет.

Пока я рылась в вещах, которые были разбросаны у меня тут и там, то обнаружила, что одна подушка от сырости покрылась плесенью. Придется ее выбросить. Остальное не пострадало. Я разложила теплые одеяла, подушки и одежду на печи, чтобы все прогрелось и высохло.

Следом я налила немного уже теплой воды в таз и принесла тряпочку, чтобы умыть Яна. Он не позволил себя трогать и сам умылся, поплескав воду в лицо, а потом снова укутался в накидку.

— Что будешь есть? — спросила я. — Потом я могу напечь пироги или блины, но их долго ждать, а пока нам надо что-нибудь перекусить.

— Что предложишь, то и будем есть, — совсем без энтузиазма отозвался Ян.

Либо ему было все равно, либо он стеснялся. Ничего путного от него я не смогла добиться, поэтому решила сползать в погреб и посмотреть, что там можно найти для перекуса. На полках стояло много овощных заготовок, а вот какой-то пищи потяжелее,