Первые шаги - Наталья Овчар

— Метательные ножи. Купил, когда за седлом ездил. А ты?

— А я — пока что не в курсе. Знала бы о его днюхе, из своего Мира подарок захватила.

— Давай завтра съездим, что-нибудь подберёшь для принца, а я заплачу, — предложил царевич.

— Не хочу, чтобы ты платил. Ты и так на меня потратился. Да и разве это будет мой подарок, если ты заплатишь? — покачала головой Света.

— А у тебя совсем-совсем никакой безделицы нет? Ведь дорог не подарок, а внимание.

— Расчёска, заколки, фенечка, фонарик… Ой, точно! Фонарик! — обрадовалась девочка.

— А что это? — спросил Всеслав.

— О, это замечательная и нужная вещь. Лучше факела светит.

— Он магический?

— Нет. Механический. Я тебе сегодня вечером покажу, — пообещала Света.

Пока они разговаривали, девочка наблюдала за людьми, танцующими какой-то очень сложный танец. Во время него пары постоянно обменивались своими партнёрами. Их переходы друг к другу имели совершенно не запоминающийся рисунок и непонятную девочке логику. Эрик и мэтр Глэшни были в числе танцующих.

Но скоро этот танец закончился и начался новый — тот, который Света назвала для себя «Два притопа, три прихлопа». Эрик, уже стоявший в середине зала, выразительно взглянул на Свету и Всеслава, намекая, что они уже достаточно поотлынивали, поэтому пора включиться в общее веселье. Действительно, этот молодёжным танец проигнорировали все, кому на вид было больше тридцати. Они покинули центр и рассредоточились по краям зала — поближе к диванчикам и столикам c закусками, находящимися возле них. Остальные встали в большой круг, к которому присоединились Света и Всеслав.

После танца пересохло в горле, и девочка с удовольствием выпила полный кубок кисло-сладкого ягодного морса, потихоньку проверив напиток на присутствие зелья. Закрыв своё сознание наполовину, она излучала в окружающее пространство восторг, причём вполне искренний, а скрытой частью — обдумывала увиденное и услышанное. Король и королева после паваннии больше пока ни разу не танцевали. Даган сначала с удовольствием наблюдал за развлекавшимися подданными, но вскоре снова ушёл в себя, отвлекаясь от своих дум только тогда, когда Трэса наклонялась к нему и что-то спрашивала. Наконец королева обратилась к сидящему рядом с ней Эрику.

— Сын мой, так когда же мы увидим этот ваш новый танец? — спросила она у принца.

— Когда вам будет угодно, матушка, — улыбнулся он.

Королева хлопнула несколько раз в ладоши, привлекая к себе внимание всех присутствующих. В зале воцарилась тишина.

— Юная Хранящая пришла к нам из другого Мира. Он сильно отличается от нашего, но там тоже любят танцевать. Светлана за очень короткое время смогла разучить несколько танцев и вполне достойно показала своё умение. Также она научила нашего сына Эрика одному из танцев, который принят на балах в её Мире. Сегодня мы все вместе сможем оценить их общее старание, — сказала Трэса и кивнула в сторону музыкантов.

Пожилой скрипач поклонился и громко объявил:

— Вальс! — Он взмахнул смычком, давая знак оркестру.

Сначала зазвучали трубы, флейты и арфа, а затем звуки арфы забурлили, полились и зазвенели, словно говорливый весенний ручеёк, сплетаясь в длинное сложное вступление. Света удивлённо посмотрела на подошедшего к ней Эрика, а затем бросила взгляд в сторону оркестра. Скрипач, как будто почувствовав её взгляд, повернулся к ней и с улыбкой поклонился, продолжая размахивать смычком, как дирижёры её Мира — палочкой.

Принц, улыбаясь, словно кот, который добрался до сметаны (ведь его сюрприз удался), подал девочке руку и спустился с ней по ступеням, пройдя до центра зала. А когда вступление закончилось, повёл её в танце под звуки «Вальса Цветов» из «Щелкунчика», неведомо каким образом выученным талантливыми музыкантами, из которых половина слышали эту мелодию всего один раз, а другая половина — два раза. Они повторили её на слух, не имея нот и достаточного количества времени на репетицию, причём исполнение это оказалось довольно близким к оригиналу.

Поначалу Света волновалась, а потом просто получала удовольствие от красивой музыки и движения, пока не почувствовала на себе чей-то взгляд. Не то, чтобы он был неприятный. Упорный, заинтересованный, что ли… Девочка не разобралась в своих ощущениях, но на всякий случай наглухо закрыла сознание от вторжения.

— Эрик, не видишь, случайно, кто в моей спине дырку взглядом сверлит? — тихонько спросила Света, продолжая улыбаться.

— Да все, кто сейчас в зале присутствует, только на нас и смотрят, — усмехнулся принц. — Сама взгляни на их лица. У одних желание тебя камнями закидать за распущенность, другие — мне завидуют, третьи — тебе. Похоже, мы с тобой осиное гнездо разворошили. Осталось дождаться, что скажет матушка, но при любом исходе у мэтра Глэшни завтра не будет отбоя от учеников.

Когда замолкли последние звуки вальса, наступила гробовая тишина. Только перестук Светиных каблучков и шуршание платья раздавалось в зале, пока Эрик вёл девочку к её месту.

— Мэтр Глэшни, пожалуй, мы с его величеством возьмём у вас несколько уроков вальса, — раздался в тишине голос королевы Трэсы.

Молодой учитель почтительно поклонился. Зал заполнил гул голосов и, сначала робкие, а затем бурные аплодисменты. Света помахала рукой музыкантам и подняла большой палец вверх. Они благодарно склонили головы и заиграли следующий танец — «Элеманну». Всеслав просиял и вскочил со своего места, приглашая Свету. Король и королева на этот раз тоже решили поучаствовать в танце, однако сразу после этого попрощались со всеми и удалились из зала, предоставив возможность своим подданным продолжить веселье.

После их ухода атмосфера стала более раскованной. Переглянувшись, Света, Эрик и Всеслав покинули почётную возвышенность и присоединились к молодым придворным. Сначала те немного робели, а затем, увидев, что Хранящая не заносчива, втянули её в свою светскую болтовню. Представители старшего поколения больше наблюдали за девочкой, чем участвовали в беседе.

Света сидела, окруженная стайкой молоденьких девушек, в основной массе дебютанток. Эрика и Всеслава утянули в другую сторону зала друзья принца — молодые повесы, «золотая молодёжь». Поэтому никто не танцевал, пока не зазвучала местная мелодия, общими усилиями переделанная два дня назад под вальс. Света заметила, как окружавшие её девушки вдруг уставились в пространство за её спиной, распахнув горящие восхищением глаза. Она обернулась, ожидая увидеть Эрика или Всеслава, в крайнем случае — мэтра Глэшни. Однако в их сторону решительным, но при этом каким-то грациозным, скользящим шагом приближался незнакомый ей молодой человек — высокий, стройный, широкоплечий брюнет, возрастом с виду не старше двадцати пяти лет.

Он отличался от остальных, кто находился в зале строгостью и простотой своего наряда: чёрный колет-безрукавка,