Идеальный мир для Химеролога 12 - Олег Сапфир

этой газете всё проверяется. Ни одно уважаемое издание не пустит на обложку грубый фотомонтаж — за это Канцелярия их мигом распнёт. Фотографии признаны подлинными!

Я прищурился. Раз нет монтажа, значит, всё разыграли в реальности. Качественная, невероятно дорогая актриса, парочка артефактов иллюзий для идеального внешнего сходства, купленный журналист в правильном месте… Классика тёмного пиара. И тут даже думать не приходилось, чьи уши торчат за этой подставой. Наш обиженный логистический король, герцог Любомиров, решил бить не ракетами, а прямо по репутации. И ударил больно.

— Идиотизм. Неужели кто-то реально ведётся на эту херню?

— Херня не херня, Виктор, а последствия уже пошли! Акции корпорации Новиковых сегодня утром рухнули на двенадцать процентов! На биржах паника. Несколько ключевых партнёров, у которых в уставах прописаны пункты о «кристально чистой репутации контрагентов», уже направили им уведомления о расторжении договоров! Они отказываются иметь дела с «асоциальными элементами». Род Новиковых несёт колоссальные убытки! Представь, что начнётся завтра, если заказчик проплатит продолжение?

Я бросил журнал на стол.

— Это же какая-то мелочная, невероятная подлость. Мстить через грязное бельё… Тьфу.

— Да, подлость! Но такова жизнь, Вик. Сильный всегда решает, как именно жить слабым. И с какими правилами им мириться.

Я фыркнул, глядя на её опущенные плечи.

— Неправда. Это оправдание для терпил. Вот я, например, за всё время ни разу никому не указывал, как им следует жить. Мог давать дельные советы, это да… И уж тем более я никогда никого не заставлял плясать под свою дудку просто потому, что у меня больше силы. Знаешь почему?

— И почему же?

— Мне это абсолютно, физически неинтересно. Зачем тратить энергию на навязывание своей воли, если свобода выбора всегда даёт результаты гораздо качественнее?

Валерия несколько секунд смотрела на меня, а затем вдруг рассмеялась.

«Твою мать, — мысленно прошипел я, мысленно стукнув себя по лбу. — Снова вырвалось. Опять ляпнул лишнего со своими замашками Демиурга… 'Ну что я за человек-то такой болтливый стал? Возраст, видимо, сказывается».

Посмотрев на лицо Леры, я успокоился. Она всё равно думала, что я просто немного «со странностями». Для неё мои внезапные реплики о вселенских свободах отлично вписывались в образ эксцентричного гения-химеролога, поэтому никаких лишних подозрений не возникало.

— Ладно, раз хочет грязных игр, мы принимаем правила. Любомиров сам выбрал это поле.

Валерия тут же перестала смеяться.

— Вик, ты чего задумал? Слушай… Может, всё-таки не будем лезть? Это же уровень Высшего Совета, там огромные силы крутятся. А мы просто скромная клиника, ты ведь сам постоянно это повторял.

— Послушай, Лера. А помнишь тот вечер… Когда те ливонские ушлёпки потащили вас на заброшенный завод?

Она заметно вздрогнула. Память явно сработала без сбоев, услужливо подкинув картину окровавленных крыльев и фанатика, собиравшегося высушить их досуха. Плечи девушки напряглись, а глаза быстро увлажнились.

— Прости, не хотел напоминать, — я дотронулся до её локтя. — Но вспомни: вы ведь тогда смогли оттуда выйти. Никто больше вас пальцем не тронул, и всё в итоге благополучно решилось. Я просто хочу, чтобы ты поняла одно: верь своему начальнику. Я всегда найду решение и доведу дело до логичного конца. Занимайся своей работой и ничего не бойся.

Оставив её переваривать услышанное, я схватил «Столичный Кулуар» и ушёл в свой кабинет.

Мне действительно нужно было просто передохнуть, выдохнуть и дать мозгам пару минут тишины. Я сегодня конкретно задолбался: всю ночь перекраивал хомяков, потом ездил выкупать эти скулящие мешки на рынок… У меня ресурс не резиновый.

Сел в кресло, вытянул ноги и уставился в стену.

Надо нанести удар по информационной сети.

Я щёлкнул пальцами.

— Кеша! Ко мне, живо!

Попугай спустился с полки, потянулся и важно приземлился мне на колено.

— На связи, босс. Кого клюнуть? Куда летим?

— Мне нужно, чтобы ты сейчас же начал глубокий сбор инфы. Хочу знать, где печатается эта дрянь, кто редактор и всё остальное. Ищи всё.

Попугай важно кивнул, его глаза-пуговки на секунду полыхнули пламенем, и он вылетел в окно.

Через несколько минут он вернулся.

— Мне потребуется ресурс для мобилизации всех свободных клювов столицы!

— И сколько?

— Шесть мешков! Отборного зерна! Не меньше!

— Шесть мешков⁈ Кеша, ты охренел? Ты что, вообще всех птиц в этом городе нанял⁈

— Ну, почти, — попугай скромно почистил клюв о лапку. — Я, знаешь ли, привык работать масштабно. Нам нужна информация со всех проспектов, верно? Придётся оплатить их труд. Рыночные отношения, хозяин. Птичка за спасибо клювом щёлкать не станет!

Делать было нечего.

Я поднялся, пошёл в дальнюю кладовку, где мы хранили оптовые запасы для птичьего вольера. Схватил за «уши» два здоровенных пятидесятикилограммовых крафтовых мешка с отборным зерном, взвалил на плечи и попёр это добро по коридору.

Проходя мимо ресепшена, кивнул ошарашенной Лене.

— Надо высыпать немного зёрнышка.

Валерия перегнулась через стойку и с улыбкой посмотрела на мою ношу.

— О, Кеша опять своих друзей в гости привёл?

Елена, которая ещё не до конца вписалась в наши местные абсурды, непонимающе захлопала длинными ресницами.

— В смысле? — она переводила взгляд с мешков на Валерию.

— Не переживай, Ленусь, — отмахнулась администратор. — У нас просто попугай очень, э-э-э, дружелюбный и общительный парень. Он там, на улице, со всеми местными пернатыми дружит и периодически приводит их на парковку, чтобы мы их подкормили. Спонсорская помощь птичкам. Хочешь, пойдём к окну, сама посмотришь?

Я молча вышел на задний двор клиники, Лера с Еленой прильнули к стеклу изнутри.

Подхватил за дно первый мешок и начал высыпать первосортное зерно широким полукругом прямо на асфальт. Потом второй. Принёс третий и четвёртый. И так, пока все мешков не оказались на земле.

Как только дело было сделано, начался истинный апокалипсис.

Со всех сторон, из-за крыш соседних высоток, из парков и подворотен хлынул бесконечный, хлопающий крыльями поток. Небо просто потемнело. Свиристели, голуби, синицы… Огромные жирные чайки. И это была бы половина беды.

Среди обычной фауны во двор начали с диким клёкотом пикировать матёрые городские химеры воздушного типа: когтистые ястребы-мутанты с костяными наростами на клювах, какие-то совы размером с собаку и змеинообразные летуны.

Воздух гудел так, что закладывало уши. Птицы садились слоями, покрывая двор шевелящимся пернатым ковром.

За стеклом Елена схватилась бледными руками за подоконник.

— Лера… — просипела она. — Сюда же слетаются сильные химеры! Зачем он это делает⁈ Они же могут взбеситься, это