Код волхва. Книга 2 - Алексей Даньшин

— Что?

— Так это что же выходит-то, княже?

— А вот подслушивать нехорошо! Я ведь тебе уже про это говорил не раз! — я погрозил ей пальцем.

— Кто бы говорил! — пробурчала Ника.

— Это другое! Мне для дела надо, а она — из чистого бабского любопытства!

— Может, и так, но только она-то это тоже делом важным считает.

Матрёна покраснела, но глаза не опустила.

— Выходит, ты не просто князь?

— Чего? Ты о чём?

— Вон как этот христианский старик-то перед тобой на карачках ползал да всё про какую-то печать творца баял. А ведь я чуяла! Сердцем чуяла, что ты не простой волхв!

— А какой?

— Самый главный!

— Ну… — я задумался. Всё-таки где-то глубоко в душе я ещё не растерял последние остатки скромности. — Не прям уж самый…

— А я тебе говорила, что надо в Киеве тебе править!

— Окстись, Матрёна! — я откровенно улыбнулся. — Мне бы с древлянами управиться.

— Это пока. А со временем…

— А тебе не терпится во всём Киеве хозяйство к рукам прибрать? Мало тебе забот в деревнях да во Вручии?

Она вздохнула.

— Тяжко, конечно, будет, но ты во мне не сомневайся! Я сдюжу!

И так она серьёзно это сказала, что я рассмеялся уже в голос.

…

Ни на какую охоту после Пасхи князь Ярослав не поехал. Ника успела проанализировать все разговоры между слугами князя, на которые я на Пасху, при большом скоплении народа, сумел поставить метки. И я решил не тратить время на ожидание удобного случая для работы с князем. Поэтому я спокойно принялся и дальше готовиться к запланированной на конец апреля большой презентации.

Выступать на ней самому я не планировал, отдав всё взаимодействие с гостями на откуп Ивору Северянину. Не хватало мне и тут засветиться. И так вон уже с братством себя во всей красе показал — спасибо Нике.

— Пожалуйста, — Ника старалась последнее время быть особенно вежливой, когда признала, что накосячила.

Хотя были у меня смутные сомнения, что она вот так просто могла взять и что-то такое забыть. Наверняка в этом был какой-то тайный и точно злой умысел!

— Параноик!

— Ну, не без этого! Так как? Колоться будешь?

— Не дождёшься!

— Ясно. Значит, я прав! Неспроста ты меня этому старому пеньку слила?

— Случайно.

— Ладно. Всё равно ведь рано или поздно узнаю.

— Удачи!

— Спасибо!

Вот и поговорили. Коротко и по делу. Как всегда.

…

Корчма сверкала, как большой театр после капитального ремонта.

— Ну, как тебе? — я развёл руками, демонстрируя одноногому купцу новую локацию для нашего шоурума.

— … — вырвалось у него.

— Ну, можно и так сказать. Но мне бы хватило и простого «хорошо».

В просторном зале стояло десять столов на восемь человек каждый. Столы мне срубили дубовые, прочные и устойчивые к крепким ударам. Тут бывало всякое. Так что стоило заранее подстраховаться.

В воздухе плыла тихая, нежная мелодия.

— А это зачем? — он ткнул в пустое пространство за столами. — Столов не хватило?

— Плясать тут будут.

— Вот оно чё⁈ — он почесал бороду. — И кормить будут?

— А то ж! Садись, Ивор, гостем первым будешь.

Матрёна ткнула девку-разносчицу в бок, и в зал стали заносить блюда, расставляя их по столу, куда мы с Ивором примостились.

— Это чё ж такое? — он понюхал поставленную перед ним тарелку и улыбнулся. — Уха?

— Чем богаты, тем и рады. Вот наладишь торговлю, тогда и поглядим. Может, ещё и трюфелей с фуагрой попробуем.

— Это что ж за еда такая? Заморская?

— Заморская, — я махнул рукой. — Ты ешь, а то остынет.

Мы поели. Потом ещё поели. А потом ещё.

Когда в купца уже больше не лезло, и он замахал руками на девку, которая пыталась поставить перед ним очередное блюдо, я тоже решил остановиться. Пора было и о делах поговорить.

— Девять купцов будет и четверо из старых родов, — Ивор сыто рыгнул и вытер усы рукой. — Не шибко богатые, но при деньгах точно. Я их сам всех обошёл, а не просто посыльного отправил. Так что придут.

— Старые рода не те, которые братоубийце служили?

— Да кто их сейчас уже разберёт. А тебе какая разница? Не сам же Святополк тут будет.

— Ну, с этой точки зрения разницы и впрямь никакой. Тогда давай ещё раз пройдёмся по плану.

…

В назначенный день двадцатого цветня (апреля) к полудню начали приезжать гости. Расселять на постоялом дворе никого из них надобности не было — все были местными. Но обиходить лошадок, запряжённых у кого ещё в сани, а у кого-то уже и в возки на колёсах, всё же пришлось. Но за этим у меня следил Колыван.

Гостям с дороги подносили по чарке с горячим сбитнем и провожали в корчму. Сестёр Ваньшиных я для такого случая принарядил и даже купил им новые сарафаны. Младшенькой сестре Стеше сарафан, правда, был великоват, но Матрёна умудрилась его подшить так, что это не бросалось в глаза. Девки улыбались и кланялись. Всё как на репетиции.

На столах в едальном зале стояли зажжённые свечи. Гостей рассаживали по заранее прописанным местам. Местничества тут ещё не было, но зато процветало махровым цветом родовая знатность и старшинство, и всех рассаживали грамотно. Там уже Ивор распоряжался, кого куда.

Такого рода собрания именитых купцов с представителями старых родов в Киеве ещё раньше не проводились. У купцов свои торговые дела. А у старых родов были дворы и сёла, люди и угодья, где их право держалось на древности рода, силе, договорах и княжьей милости; князь мог и подтвердить, и отнять. Интересы у них у всех были разные, но деньги объединяли.

А тут вдруг известный на весь Киев и Новгород купец Северянин такое сборище созвал. Те, кого не пригласили, могли ведь и сильно обидеться. Но Ивор изначально всех гостей предупредил, что хочет просто показать новый товар, дабы понять, насколько он интересен в Киеве. Хотя это мало кого могло обмануть. Явно ведь товар не из дешёвых будет. Вон какие зубры тут собрались. Один другого богаче и знатнее.

Ивор на правах приглашающей стороны старался оказать всем должное внимание и поддержать разговор. От общения с ним никто нос не воротил, и все были достаточно благожелательны. Получить первыми доступ к новым на торге товарам хотели все.

Я нарядился в простой кафтан и штаны, ничем не отличимые от большинства слуг Ивора, которые тут шустрили по хозяйству. Пару раз вышел в зал, где получил какие-то мелкие поручения от Ивора, вполне правдоподобно делавшего вид, что я один из его холопов.

Защита